Саша Ленц – Повелители стихий: начало (страница 12)

— Позовите сына. Мы просто зададим ему пару вопросов.

— Сын в школе.

— Вы уверены?

— Абсолютно, — холодно сказал отец.

— Мистер Пирс, — очень тихо, так, что Дэшу пришлось вслушиваться, начал Леманн: — Вы не сможете держать его в стенах дома вечно. Мы всё равно его достанем, это лишь вопрос времени.

Инспектор развернулся и пошёл к машине. Отец захлопнул дверь. Дэш спустился и сел на нижнюю ступеньку лестницы.

— И что теперь делать? — с отчаянием спросил он.

— Не паниковать, прежде всего, — сказал отец и присел рядом. — Рассказывай, что произошло.

Дэш подробно пересказал события утра. Когда он ещё раз в точности передал слова инспектора на счёт Силы, отец спросил:

— Что ты ему сказал?

— Ничего! Я просто убежал!

— И правильно, — заключил отец, тяжело вздохнул и глубоко задумался. — Правильно…

— Что мне делать, пап? — повторил свой вопрос Дэш.

— Нужно выйти на Хранителей. Хотя… Они сами должны реагировать на подобные угрозы. Возможно, нам просто нужно немного подождать…

— Подождать? Ты же слышал, что он сказал? Они придумают, как меня вытащить.

— Мне кажется, они не станут действовать нахрапом, — задумчиво проговорил отец. — В дом он зайти не осмелился. Значит, они ограничены в манёврах. Им явно не хочется поднимать шум, сильно отсвечивать. Посмотрим, что они предпримут. Скорее всего, просто будут ждать, пока ты оступишься, сделаешь что-то, чем можно воспользоваться.

— И что дальше? Предоставить им такой шанс?

— Нет! Конечно, нет. Есть у меня одна мысль, — сказал отец. — Носители ведь не просто так живут вдали друг от друга. Это одно из правил Хранителей, за исполнением которого они внимательно следят. Значит, чтобы как можно быстрее привлечь их внимание, тебе следует объединиться с Денисом.

— То есть? — опешив, проговорил Дэш. — Ты предлагаешь смотаться в Россию? Не ближний свет…

— Но другого выхода я не вижу. Да и Денису, вероятно, угрожает та же опасность. Нужно, как минимум, поскорее предупредить его.

Дэш поднялся со ступенек и уставился на отца. Он выглядел подавленно, казалось, план не нравился ему ещё больше, чем Дэшу. Полететь куда-то, ждать чего-то… Однако ничего другого у них нет. Дэш подошёл к окну и осторожно отодвинул штору, машина Леманна стояла на соседней улице.

— На счёт Дениса ты прав, надо предупредить его, — сказал Дэш, — прямо сейчас. Сколько у них там времени?

Вместе они отыскали телефон Князевых в стареньком блокноте. Отец решил говорить сам: он набрал номер, на том конце долго не отвечали, а когда ответили, возникли языковые сложности. Отцу пришлось сесть за компьютер и запустить онлайн-переводчик. Разговор затягивался. Он вызывал тревогу своей продолжительностью и мрачной тональностью. Они будто обсуждали детали военной операции. Дважды Дэш просил позвать к телефону Дениса — тот превосходно говорил по-английски, что сильно упростило бы коммуникацию, но отец нетерпеливо отмахивался и продолжал диалог на жуткой смеси английского и русского.

Дэш ушёл на кухню, налил себе чай и сделал сэндвич, но в горло ничего не лезло. Он отодвинул тарелку с перекусом и принялся тянуть чай.

Вскоре на кухню вошёл заметно приободрённый отец.

— Мы всё решили, — сообщил он. — Вылетаешь, как только мистер Князев перезвонит и даст отмашку. Его сына второй день нет дома… — Увидев округленные глаза сына, отец поспешил добавить: — По словам мистера Князева, такое часто случается. Не стоит волноваться. Денис вернётся, и они сразу же вылетают в Москву. Вы встретитесь там. Нужно срочно подготовить необходимые документы. Этим я займусь, подключу дядю Эрла с его связями.

— Погоди, а что школа? Мама и Сью? Лиз?

— С мамой я объяснюсь. Для Сьюзен что-нибудь придумаем, в школе можно попросить академический отпуск. Ну а уж что сказать своей подруге, ты решай сам…

— Как у тебя всё просто… — проговорил Дэш с лёгкой досадой в голосе.

Тревога и не думала ослабевать, наоборот, она лишь крепла. Отец положил руку на плечи сыну, но не нашёл, что сказать.

Скоро послышалось, как открывается гаражная дверь: приехали мама и Сью. Отец пошёл помогать с сумками, а Дэш поднялся в комнату. Ему хотелось, чтобы отец поскорее рассказал всё маме, но совсем не хотелось видеть её реакцию. Она, конечно, расстроится, узнав о вынужденном отъезде, вероятно, начнёт переживать.

— Дэ-э-эш! — раздался голос Сью, она бежала за ним по лестнице. — Смотри, что мы делали сегодня в школе!

Она протянула листок с рисунком корявого человечка с огромными серыми глазами и ярко-жёлтыми волосами, больше похожими на веник. Дэш улыбнулся:

— Неужели это я?

— Ага, — радостно кивнула Сью. — Тебе нравится?

— Рисунок просто супер!

Сью просияла.

— Пойду, повешу на холодильник!

Она побежала вниз. Дэш проводил её взглядом, зашёл в свою комнату и закрыл дверь. Плотные синие шторы практически не пропускали свет, кровать не убрана, вокруг вещи разбросаны. Он включил настольную лампу, взялся собирать вещи со стула, кресла и комода и раскладывать на две стопки: то, что отправится с ним в грядущее путешествие, и то, что останется дома в шкафу. В итоге первая стопка получилась совсем маленькой, он открыл шкаф и стал выискивать, что можно было бы добавить к трём футболкам, рубашке и паре носков. В итоге к ним присоединились двое джинсов, свитер и ветровка. Немного поразмыслив, он добавил ещё и тёплую куртку, вспоминая рассказы о лютой русской зиме, длящейся до самого лета.

Дэш опустился в кресло, и в голову одна за другой поползли малоприятные мысли. Их очень кстати прервала вошедшая в комнату мама. Она присела на подлокотник, положила руку на плечо. Ей ничего не нужно было говорить, успокаивало одно её присутствие. Они просидели в тишине минуту-другую, а потом Дэш спросил:

— Мам, что мне сказать Лиз?

Мама понимающе, но в то же время грустно улыбнулась.

— Хм… Надо хорошенько подумать… Скажи ей правду, но не всю. Ты же не хочешь её напугать? А когда вернешься, сможешь объясниться совершенно открыто.

Как и ожидалось, вечером позвонила Лиз. Разговор начался с допроса о том, почему Дэш опять пропустил школу, — пришлось врать, что ему до сих пор нездоровится, — а закончился нескладным рассказом о планирующейся поездке к другу детства.

— Посреди учебного года? — недоверчиво спросила Лиз. — А экзамены?

— Я же ненадолго. Просто появилась хорошая возможность…

— И когда улетаешь?

— Дня через два-три.

— А возвращаешься?

Дэш ответил не сразу, он и сам желал бы знать.

— Точных сроков пока нет…

— А почему ты мне рассказываешь о поездке только сейчас⁈

— Это решилось сегодня утром, — оправдывался Дэш, — хотя бы тут не пришлось врать.

Лиза тяжело вздохнула:

— Ты идёшь завтра в школу?

— Скорее всего, нет…

— Понятно. Тогда я́ зайду к тебе.

Как и обещала Лиз, она заглянула к нему на следующий день после уроков: встревоженная, не понимающая, что происходит. Дэшу пришлось объясняться, откуда у него рана, оправдываться за скрытность и отвечать на десятки других вопросов, например, почему нельзя сначала окончить школу, а уже потом ехать куда бы то ни было. Лиз, похоже, не убедили его невнятные объяснения. Она ушла расстроенной, а Дэш остался с тяжёлым сердцем и пустыми мечтами, что всё как-нибудь разрешится само собой.

Отныне, просыпаясь, он первым делом смотрел в окно, надеясь не увидеть машину Леманна, но синий седан стоял на месте. Теперь дни проходили в мрачном, нервозном ожидании сигнала к действию. Дэш, пытаясь занять руки и мысли, целыми днями перебирал вещи, выискивал то, что можно взять с собой. Если он не занимался сборами, то просиживал часы перед телевизором. Иногда отвлекался на то, чтобы объясняться с друзьями, о том, где он пропадает, а иногда на то, чтобы послушать наставления отца, по поводу Силы, Искателей и Хранителей.

Всё казалось до странности нереальным, Дэш по-прежнему не мог уловить в себе хоть какие-то изменения, не замечал ничего необычного. Разве что… тот случай с напарником Леманна. Дэш всего лишь его оттолкнул, а парня передёрнуло так, будто через него пропустили высоковольтный разряд. Может, это и было проявление Силы? Или Дэш искал то, чего нет?

Через четыре дня позвонил мистер Князев. К тому времени дядя Эрл как раз подготовил документы, оставалось купить билет, сложить вещи в сумку и можно отправляться в аэропорт.

За день до отъезда отец отвёз Сью к бабушке и дедушке. К вечеру пришла Лиз и, к радости Дэша, осталась с ночёвкой. Она не держала на него обиды, но не преминула воспользоваться возможностью и ещё раз попыталась выяснить подробности предстоящего путешествия на другой конец мира. Дэш просто повторял то, что уже говорил ей не единожды. Когда пришла пора выезжать, когда все топтались на пороге, Лиз чуть прослезилась. Она наградила Дэша поцелуем, и в этот момент он особенно остро ощутил, насколько тяжело даётся прощание — намного тяжелее, чем он ожидал. Дэш выдавил слабую улыбку и стиснул зубы, чтобы, чего доброго, не разрыдаться самому.

Лиз отправилась домой, а Дэш с родителями в аэропорт. Синий седан, стоявший напротив дома несколько дней подряд, последовал за ними, но на одной из кольцевых развязок от него удалось оторваться, и дальше они ехали без хвоста.

Пирсы оставили машину на стоянке. Солнце уже заходило за горизонт, небо окрасилось в лиловые оттенки, зажглись фонари и ночная иллюминация зданий. Оставшийся до отлёта час семья провела в зале ожидания. Отец без перерыва уточнял детали плана, а мама сидела, обхватив рюкзак и отрешённо глядя на экран с расписанием рейсов. Когда раздался звуковой сигнал и холодный женский голос известил о начале регистрации на рейс Дэша, она ещё сильнее стиснула рюкзак.