Саша Кей – Игра на инстинктах (страница 50)
Не с чего мне ревновать.
Мы не вместе. И вообще.
Ну все равно козлина же.
Хотя бы просто потому, что в отличие от меня он выглядит, как человек, а не как черт знает что.
Не сразу замечаю, что подмышкой у Демида что-то есть.
И, видимо, я на самом деле соображаю не очень хорошо, потому что, когда Артемьев ставит передо мной тапочки, я на них тупо пялюсь.
Есть в них какая-то странность, но я никак не соображу какая. Все мысли заняты тем, что Демид не любит без секса, а я ему не дала, и теперь, внимание, вопрос: куда он понесет своих сперматазоидов?
И если понесет, то я закажу ему вынос черного ящика.
Устрою полное «Что? Где? Когда?».
Пофиг, что прав у меня на это нет.
А Артемьев ведет себя подозрительно. Прям очень. Не пытается меня выставить и при это мне пытается разложить. Собирается на работу. Надеюсь. Часы напяливает, как большой. Ремень застегивает на брюках. Мерзавец.
И что-то у меня в воспаленном мозгу крутится. Раздражающее такое.
Но понимаю я, что именно не дает мне покоя, только когда я добираюсь до своей родной постели.
Демид провожает меня до квартиры, целует так, что сердце ухает в желудок, отвешивает шлепок по пятой точке и исчезает в кабинет лифта, а я шаркаю к койке.
Спать, спать.
Черт, сапоги остались у Артемьева…
Потом заберу, обменяю на тапки…
Тапки.
ТАПКИ!
Я подскакиваю на кровати.
Тапочки новые. Маленького размера.
ЖЕНСКИЕ!
Ну гад! Ну подлец! А ведь раньше у него для бабцов нечего не было! И кружку я сегодня для кофе нашла не пятиведерную, а вполне вразумительную.
ТОЖЕ НОВУЮ!
Ну и кому мы приготовили зону комфорта, а?
Пыхтя, как Змей Горыныч, вот-вот дым повалит из каждого сопла, я набираю Демида.
— Фрося? — удивляется он. — Я думал, ты уже впала в анабиоз.
— Я у тебя сапоги забыла, — начинаю издалека, но терпения у меня не хватает: — Чьи тапки ты мне дал?
Артемьев паскудно ржет в трубку.
— Что смешного? — злюсь я.
— Тебе это спать не дает, да?
— Ничего подобного! Отвечай!
— Твои тапочки. Я купил их для тебя. Можешь даже подписать. Пометишь территорию.
— А… Э… О! Это то, о чем я думаю? — и голос у меня придурошный.
— Да, Фрося. Мы в отношениях. Но гештальты надо закрыть.
Глава 50. Две полоски
И понеслось.
Благодаря ранимой психике Артемьева гештальты у него плодились один за другим. Только и успевай закрывать. Выходы в люди перемежались домашними свиданиями, но любая встреча заканчивалась в коленно-локтевой.
Я начала подозревать, что тапки и кружка — это своего рода взятка за безлимитный секс. И ведь как я не вякала, а покорно сдавалась Демиду в его притязаниях, хотя валить все на овуляцию уже не получалось.
Второй месяц пошёл, а освобождение от сексуальных обязанностей у меня появлялось только в женские дни. Это был какой-то гормональный угар. Спасало только то, что Артемьеву приходилось заниматься своим бизнесом, и пара выходных в неделю все-таки у меня было.
Самое интересное, про Артемьева за это время я узнала больше, чем про Макара, с которым мы встречались не в пример дольше, хотя лично у меня складывалось впечатление, что мы с Демидом только и делаем, что сношаемся, и почти не разговариваем.
В общем, хорошо, что я до сих пор не вышла на работу. Мало того, что я все время хотела спать, так ещё и мозги были в абсолютно жидком состоянии.
Настолько, что через месяц после незащищенного секса я не чухнулась купить тест на беременность, хотя вроде как я связалась с Демидом ради определенной цели. Ага. И самоотверженно достигала ее. Прям на волевых. Разумеется. Оправдывает мою безалаберность только то, что женские хоть и с опозданием, но в октябре все-таки объявились.
А вот сегодня я, наконец, осознаю, что в этом месяце срок наступления критических дней неделю как прошёл, и у меня задержка.
Когда меня озаряет, я чувствую, как колючие мурашки вылупляются вдоль позвоночника, и холодок заливает затылок.
Одно дело — планировать беременность, и совсем другое — столкнуться с ней впервые.
Меня колбасит.
Я беременна?
У меня будет малыш?
Я растолстею? Появятся растяжки? Токсикоз неизбежен?
Моя жизнь изменится необратимо. Мне страшно.
А что я буду делать, если это мальчик? Что женщины делают с сыновьями?
А вдруг я стану плохой мамой?
Это надо на учёт вставать? Ненавижу женские консультации.
Зубы надо проверить.
Витамины, наверное, тоже нужны…
И все эти мысли призваны заслонить собой одну единственную реально паническую: говорить или нет Артемьеву?
Вообще, может, я зря истерю?
Мало ли по какому поводу задержка. Неделю назад я валялась с температурой и в соплях, подхватив какую-то заразу в кинотеатре, куда я затащила Демида. Артемьев тоже заразился, но уже от меня, правда, очухался за пару дней, а я вот по классике. Семь дней была сморкающимся слезливым задохликом.
Так что очень даже может быть, что организм просто сбоит на пониженном иммунитете.
Побегав немного по потолку, я принимаю волевое решение купить тест на беременность, а лучше десять. Хочу заказать доставку, но понимаю, что пока дождусь курьера сойду с ума. Мандраж набирает обороты, и я не выдерживаю. Влезаю в сапоги, натягиваю пуховик и чешу в ближайшую аптеку. Услышав количество затребованных тестов, фармацевт смотрит на меня понимающим взглядом.
Разжившись всем необходимым, я вдруг трушу.
Это глупо. Или произошло, или нет.
Но мне правда страшно.
Причем, страшно и что не залетела, и что залетела тоже.