Саша Ирбе – МЛЕЧНЫЙ ПУТЬ №3, 2015(14) (страница 55)
Лошадкам сена выдали в запас,
бока и морды тряпкой натирали,
и лошади себя
в столь страшный час
важнейшими на свете ощущали.
____
За домом, что когда-то был вокзалом
и детским садом, и именьем был,
всю ночь моя прабабушка лежала,
когда прадед на небо уходил.
Из револьвера застрелился вскоре,
как увели с крыльца его табун:
не выносил ни слабости – ни горя,
ни клокотанья в сердце ржавых струн.
____
На станции, где свет давно погас,
где колея, поросшая травой,
я знаю, в летний час и в зимний час
по шпалам бродит гордый прадед мой.
Он круче дома на земле стоит,
пусть столько лет в аду или в раю,
и дом, быть может, вскорости сгорит,
но только он останется в строю.
И будет жить, как эти дерева,
что смотрят в небо –
хоть за веком век,
а все под ними теплится трава,
а все их ветви радует рассвет.
Но час придет – и возродится дом
на месте том,
где нынче ставен стук.
И станет прадед ангелом при нем.
Так разомкнется и замкнется круг.
Сева ГУРЕВИЧ{37}
* * *
Четверкой месяцев уже подзапряглось,
И тащится, невольно прибывая,
Все наше прошлое,
А каждый в прошлом – гость
Отчасти,
Гонит времени кривая…
Что скажешь?..
Для начала – улыбнись,
А я – убивец времени – не вздрогну,
Ведь наш «удел – катиться дальше… Вниз?!»,
По не могу в четверку эту вогнут,
Кручу-верчу, как путаник, и пусть!..
Ты в губы тихо так проговори мне,
Что это лишь пустые «бредь» и грусть…
