Саша Игин – Коптевский дедуктор 1: Дело о полынном венке (страница 2)

Он вздохнул, сложил папку, собрал со стола кружки. Развернул коляску, которую прятал от бабушкиных глаз в кладовке, — лёгкую, немецкую, с большими колёсами. Анна Павловна покосилась на неё с привычной брезгливостью, но села, опираясь на его руку. Илья накинул ей на плечи старую шаль — ту самую, в которой она ездила на археологические раскопки ещё в восьмидесятых.

Во дворе было тихо. Детская площадка опустела, на скамейке сидел только дед Гриша с радиоприёмником. Тополя шумели уже по-осеннему, хотя на календаре было начало июня — ранняя жара в Москве всегда была предвестником гроз. Илья поставил коляску так, чтобы бабушка видела и небо, и старый флигель во дворе, где раньше была прачечная.

— Ну, рассказывай теперь про своё новое преступление, — сказала она, подставив лицо ветру. — Только не как следователь, а как внук. Как у тебя на душе? Тяжело девушку двадцати одного года?

Илья сел на корточки рядом, взял её холодную руку.

— Тяжело, бабуль. Очень. У неё мама вчера приходила — вся седая, хотя ей только сорок пять. И всё просила: «Найдите, умоляю, только найдите». А я что? Я должен смотреть на эту петлю, на венок и не плакать. Профессия.

— Профессия, — эхом отозвалась бабушка. — Знаешь, Илья, когда я в архиве работала, у меня тоже были такие дела. Только мёртвые лежали не на столе у патологоанатома, а в старых описях. Дело 1736 года: монахиня, удавленная собственным кушаком, на голове — венок из бессмертника. И никто не нашёл убийцу почти двести лет. А нашёл его простой писарь, который заметил, что во всех описях, которые вела эта монахиня, не хватало одной страницы. Понимаешь, куда я клоню?

— Девушка-практикантка. Она что-то вычитала в старых делах.

— Именно. Ты проверь, какие фонды она обрабатывала в последнюю неделю. Что-то, что городской архив хранил, но не афишировал. Может быть, дореволюционные уголовные дела. Может быть, переписку городского головы. Но там, в этих бумагах, — ключ.

В это время у Ильи завибрировал телефон. Он взглянул на экран — мама. Елена Николаевна, преподаватель русского языка и литературы в московском Колледже имени Чехова, звонила всегда внезапно и с интонацией, которая не терпела возражений.

— Илья, ты у бабушки? — спросила она звонким, чуть насмешливым голосом. — Передай, что я подъеду через час. С пирогом с капустой, потому что знаю, что она не ест сладкое на ночь. И у меня есть для тебя кое-что интересное.

— Что именно, мам?

— Не телефонный разговор. Найо Марш в помощь, — загадочно ответила Елена Николаевна и отключилась.

Бабушка услышала:

— Это мать? Ох, сейчас начнётся. Приедет, сядет в угол, будет цитировать своих детективов, а потом скажет что-нибудь вроде «Убийство — это всего лишь неудачная композиция, как плохой роман». И окажется права. Знаешь, внук, твоя мать — скрытый гений. Она никогда не лезет, всегда только реплики и цитаты. Но за каждой её цитатой — целая библиотека. Если хочешь раскрыть своё дело, сегодня никуда не уезжай. Будем ужинать все вместе.

Они ещё посидели во дворе, глядя, как зажигаются окна. Анна Павловна рассказывала, как в 1968 году в этом самом дворе нашли чемодан с костями — оказалось, анатомический театр съехал. Илья слушал вполуха, думая о полынном венке, о симбирском архивариусе и о том, что, возможно, уже завтра нужно ехать в Зареченский архив и требовать описи 1840-х годов.

Но сначала — семейный ужин, цитаты и старые папки.

* * *

Часом позже на кухне стало тесно. Елена Николаевна — высокая, седая в висках женщина с острыми глазами и вечно прикушенной губой — разогревала пирог. Она была из тех людей, которые умеют молчать красноречиво. Каждый её жест, каждый взгляд нес в себе комментарий. Сейчас, например, она смотрела на папку с жёлтой обложкой так, будто собиралась взять её в библиотеке, но не знала, с какой полки.

— Показывай, — сказала она кратко. — Илья, я хочу видеть твою распечатку.

Он протянул телефонограмму. Елена Николаевна пробежала глазами, хмыкнула и процитировала:

— «Когда вы исключаете невозможное, то, что остаётся, каким бы невероятным оно ни было, и есть истина» . Это Шерлок Холмс, всем известная банальность. Но сейчас я вам скажу не банальность. — Она положила бумагу на стол. — Узел, описанный экспертом как «хирургический с дополнительной петлёй», в литературе о ритуальных убийствах встречается всего дважды. Первый раз — в романе Дороти Ли Сэйерс «Пять красных сельдей», где его называет «узел смерти» (death knot). Второй — в реальном отчёте лондонской полиции за 1923 год, который цитирует Сэйерс в своём эссе. Таким образом, твой убийца либо читал Сэйерс, либо читал полицейские отчёты. Я склоняюсь к первому, потому что полынный венок — это прямая отсылка к её же роману «Сильный яд», где героиня, химик, использует полынь для маскировки.

Анна Павловна хлопнула ладонью по столу.

— Мать, ну ты голубушка! А я-то всё по своим архивам Илья, слышишь? Он не историк, он литератор! Мамин клиент.

Илья застонал:

— Ещё один подозреваемый-филолог. У нас в Зареченске целая кафедра иностранных языков в филиале университета.

— Не просто филолог, — поправила Елена Николаевна, режа пирог. — Человек, который одержим идеей создать идеальное преступление, описанное в классическом детективе. Сэйерс, кстати, была одной из первых, кто писал о ядах и узлах с медицинской точностью. Убийца подражает ей — но подражает нелепо, с ошибкой. Настоящий узел в романе был завязан иначе, тут опечатка. Эксперт не обратил внимания.

— Откуда ты знаешь? — выдохнул Илья.

— Потому что я сорок лет читаю детективы, — просто ответила мать. — И потому что я люблю тебя, мой недогадливый Шерлок Холмс из Зареченска. Возьми вот это. — Она вынула из своей сумки старую, зачитанную книгу в мягкой обложке — «Сильный яд» на русском, перевод шестидесятых годов. — На странице 156 есть описание узла. Сравни с экспертизой. Убийца перепутал левую петлю с правой — характерная ошибка правши, который вяжет узлы глядя в зеркало. Психологический портрет: ему около сорока, он одинок, его не признают в академической среде.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.