Саша Гран – На каменных страницах (страница 24)

– Кхм, ну… ладно, да, я уже довольно стар по вашим меркам, – откашлялся он. – А сколько тебе лет, юная леди?

– Я не леди. Леди – это моя мама. А я просто Рин, мне десять, – ответила девочка с уверенностью, кинув на него пронзительный взгляд голубых глаз.

– Вот как, ха-ха. Хорошо, тогда буду называть тебя малышкой Рин, – тут же исправился советник. – Так… ты наблюдаешь за феями?

– Угу, – тихо ответила она, кивнув, и снова отвернулась. – Я никогда раньше не видела фей. Я впервые покинула свой дом.

Она снова присела на корточки перед клумбой, и Меголий, недолго думая, тоже опустился рядом.

– И как тебе? Правда красивые?

– Красивые? Это значит, что они приятны для глаз? – уточнила она. Получив одобрительный кивок, Рин задумчиво нахмурилась. – Хм… да, на них приятно смотреть.

Эльф быстро понял, что, кажется, она не особо рассматривала внешний вид цветов, и тогда решился спросить еще раз:

– Чем они тебя так заинтересовали? Что-то заметила?

– Просто задумалась о том, как они летают, – неуверенно ответила девочка.

– Хм? В смысле? – удивился советник.

– Ну… они не машут крыльями, как птицы. Взмахи птиц поднимают пыль и сильный ветер, который помогает им взлететь. А феи… они по-другому машут крыльями. Словно и не машут совсем. Тогда как они держатся в воздухе?

В ее голосе слышалось детское любопытство. Меголий ошарашенно уставился на нее, а затем засмеялся. Рин с обидой подняла на него глаза.

– Почему вы смеетесь? Мой вопрос слишком глупый?

– Ха-ха, нет-нет, конечно нет… Когда-то я тоже интересовался подобным вопросом. Мне было интересно, каково это – взлететь высоко над землей и видеть все сверху вниз. И… однажды мне это удалось. Я понял эту истину там, у вас в стране, на пике Грозовой Песни.

Она с любопытством посмотрела на него.

– На пике? Вы там были?

– Да, и покидал я его по воздуху с помощью магии старейшины по имени Чжи Кан, – улыбнулся Меголий. – Я понял, что птицы летают потому, что у них есть этот навык с рождения, а феи… потому, что тоже одарены природой, но еще им помогает магия. Они магические существа.

– Магия… – Девочка опустила голову, нахмурившись.

– Ты ведь тоже изучаешь ее, малышка Рин? – с улыбкой спросил эльф. – Меч на твоем поясе ведь духовный?

Он обратил внимание на ножны, скрытые под хаори[30].

– Да. Я недавно сформировала его.

– Ты хочешь быть воином, как твой отец? – с любопытством спросил Меголий.

– Да, чтобы защищать своих людей от вампиров и монстров, как это делали мои предки, – без тени сомнения ответила Рин.

– А ты не хочешь быть, как твоя мама? Она ведь тоже защищает страну, но словами. Прямо как святая Амира.

– Я не умею говорить так, как это делает мама. Так что пусть она занимается этим, – Рин встала с земли и отряхнулась, – а я буду защищать ее и папу. А еще Казуху и других ребят – мы вместе учимся магии. А еще Яна и служителей храма. И работников квартала красных фонарей…

Советник тоже встал. На его лице расплылась улыбка, словно он смотрел на что-то невероятно милое.

– Твое стремление похвально, малышка Рин. – Он положил руку ей на голову и мягко погладил. – Я уверен, в будущем ты станешь очень сильной. Достаточно сильной, чтобы защитить тех, кого любишь.

Она непонимающе подняла бровь.

– Господин советник, а что значит «любить»? Я иногда слышу это слово, но не понимаю его…

– Хм-м, дай подумать. – Меголий сделал вид, словно принялся размышлять. – Вот у тебя есть папа и мама. Ты ведь хочешь, чтобы они были счастливы? Чтобы были живы и здоровы?

– Конечно хочу, – кивнула она.

– Значит, ты их любишь. Любовь – это чувство, которое ты можешь испытывать к другим. Ты хочешь, чтобы у них все было хорошо, чтобы они были счастливы. Поняла?

– Думаю, да. Господин советник, а это нормально, если я и к вам чувствую любовь? Вы хороший, я знаю это. И не хочу, чтобы с вами что-то случилось. – Она немного наивно посмотрела на него.

– А-ха-ха… – Он неловко почесал затылок. – Кажется, тебе еще многому нужно научиться, дитя. Ну, у нас достаточно времени, пока ваша делегация тут, в Телисе.

Советник снова похлопал ее по голове. Когда он направился к выходу из сада, Рин пошла следом.

– Господин советник, а у вас есть кто-то, кого вы любите?

– Конечно. У каждого есть те, кого он любит. У меня это прекрасная и сильная жена и двое чудесных детей, которых я хочу защитить. Кстати, моей дочке сейчас девять – она на год младше тебя.

– У вас тоже есть дети? – удивленно спросила Рин.

– Да, как-нибудь я вас познакомлю. Обязательно, – ответил он ей. – А сейчас пойдем внутрь. Наверняка твоя мама уже потеряла тебя и ищет.

– А… хорошо…

Они быстро покинули сад, оставив Дэмиана и Хиро одних.

Облив не мог не заметить выражения лица эльфа и мог понять его: тот, за кем они только что наблюдали, кто только что рассказывал о своих чудесных детях, погиб, и сейчас они видят его всего лишь во сне.

Дэмиан грустно улыбнулся.

– Твой отец был хорошим эльфом. А маленькая Рин действительно очаровательна. Такая наивная, но такая серьезная, ха-ха…

Хиро тоже со скорбью усмехнулся.

– Да уж… отец сдержал свое слово. Мы с ней познакомились… но не при тех обстоятельствах, при которых хотелось бы.

Он поднял глаза на дворец, утопающий в лучах уходящего солнца.

– И все же как мы оказались во сне… нет, в воспоминаниях Рин? Разве такое возможно?

Дэмиан почесал затылок.

– Думаю, между вами возникла связь на духовном уровне. Это может объяснить мое присутствие здесь – я ведь часть тебя.

Хиро подумал, что это звучит логично, и кивнул.

– Тогда… мне нужно как-то проснуться?

– Подожди, не торопись. Сон еще не кончился, а ты уже спешишь наружу? – спросил Дэмиан с улыбкой. – Я уверен, тут где-то есть еще что-то, на что нам стоит взглянуть.

– Откуда тебе знать? – удивленно вскинул брови эльф.

– Я чувствую. Раз уж мы попали сюда, значит, это не просто так. Ты ведь перед сном много думал о секретах вокруг смерти твоего отца, и вот мы попали в воспоминания Рин о нем. Судя по всему, это Телис девять лет назад, если учесть, что сейчас ей девятнадцать. Тебе пятнадцать, а твоей сестре девять. А еще твой отец упомянул пик Грозовой Песни и старейшину Чжи Кана. Тебе не знакомо это имя?

– Чжи Кан? Впервые слышу, – непонимающе ответил Хиро.

– А вот мне кажется, что я уже где-то слышал его, но… я не могу вспомнить. Словно мои воспоминания… пропали, – нахмурился облив, почесав бороду. – Давай-ка пойдем вслед за ними.

Эльф послушался его, и они вместе поспешили войти во дворец, чтобы нагнать Меголия и Рин.

Те привели их к тронному залу, где сидела делегация из Кассандрики. В ее главе была зрелая, очень красивая женщина, которая выглядела в точности как Рин в свои девятнадцать. Она мягко смотрела на королеву Селену словно на дорогую подругу.

– Госпожа Миямото, вы всегда желанный гость в моей обители, – улыбнулась королева эльфов, приглашая гостей разделить с ней трапезу. – Совсем недавно я услышала, что ваша дочь развила духовное оружие. Такая юная, а уже сильная!

– Благодарю вас, ваше величество, за похвалу. Моя дочь очень старается, чтобы быть нашей с мужем гордостью, – мягко ответила мама Рин, поглаживая дочь по голове.

– Что ж, ее отец – элементалист огня третьего ранга, а вы, госпожа Миямото, владелец черной молнии. Неудивительно, что ваша дочь так талантлива, – заговорил один из эльфов, в котором Хиро признал Астила Лие – Второго Советника.

– Ха-ха, Хэйлин[31] – мой друг, а я не его владелец, – посмеялась женщина. – И все же я слышала разговоры от местных обитателей, что был найден еще один владелец цветной молнии, кроме господина Мина с пика Грозовой Песни. Это правда?

– Не то чтобы найден[32]. О нем просто стало известно, вот и все, – вздохнул Меголий. – Чжи Кан – один из старейшин пика Грозовой Песни, который не скрывал, что владеет белой молнией. Однако сорок лет назад он пропал без вести. Считается, что погиб во время зачистки зоны вокруг ваших Великих врат.