Саша Фишер – За глупость платят дважды (страница 35)

Дверь захлопнулась, дважды щелкнул замок. Крамм убрал пистолет в кобуру.

— Вы думаете, пугать их оружием было разумно, герр Крамм? — Шпатц задумчиво смотрел на открытый портсигар.

— Я привык пользоваться всеми доступными средствами, — Крамм пожал плечами. — Драка более непредсказуема. Сейчас они какое-то время повозмущаются в своем кругу и остынут. Никаких повреждений никто не получил.

— И вы бы правда выстрелили Майнеру в ногу, если бы он не остановился? — Шпатц поморщился, захлопнул портсигар и сунул его обратно в карман.

— Конечно, — Крамм пристально посмотрел на Шпатца. — А ты разве нет?

— Хм... — Шпатц задумался.

— Неважно, герр Шпатц, — Крамм махнул рукой и направился в сторону Маритимштрассе. — Думаю, нам с вами нужно навестить герра пакт Гогенцоллена.

— Геца? — Шпатц догнал своего анвальта и подстроился под его торопливый шаг.

— Нет, другого, — Крамм оглянулся на дверь типографии, но она все еще была закрыта. — Того светского хлыща, на приеме у которого мы были. Он дружил с Вишерингом, может быть, он сможет нам подсказать, куда тот перевез Лангермана.

— Вы думаете, ему тоже угрожает опасность? — Шпатц нахмурился, прикидывая, как им быстрее добраться до особняка Гогенцоллена. — Можете не отвечать.

Дверь открыла горничная Ансгарда пакт Гогенцоллена. Тонкая, почти прозрачная девушка, с невыразительным бледным лицом, одетая в серое платье с накрахмаленным кружевным передником.

— Вы предупреждали майстера о своем визите? — спросила она, впуская Шпатца и Крамма в прихожую.

— Нет, фройляйн, — Шпатц снял плащ и подал девушке. — Но у нас очень срочные дела, которые не терпят отлагательств. Устаревшее «майстер» слегка резануло Шпатца слух Шпатца. Это слово практически вышло из обращения несколько поколений назад. В свое время так обращались к своему господину люди, всецело ему принадлежавшие. И еще так называл Дедрика некий его подчиненный...

— Хорошо, я доложу... — фройляйн поджала тонкие губы.

— Кстати, вроде бы в прошлый раз нас встречал батлер, — Шпатц пересек холл, сел на бархатный пуфик и вытянул ноги. Мимоходом подумал, что надо бы почистить ботинки, а на улицах Аренберги, как назло, мальчишки-чистильщики совершенно не встречаются.

— У герра Мундера сегодня выходной, — горничная направилась к лестнице. Крамм передвинул еще один пуфик поближе к Шпатцу.

— Меня не оставляет предчувствие, что мы снова опоздали, — Крамм задумчиво посмотрел в сторону лестницы, по которой ушла горничная. — Хотя с другой стороны, мы вообще занимаемся сейчас не своим делом. Бенингсен, Вишеринг и Лангерман по своей воле во все это впутались. А мы же...

— Не поверите, герр Крамм, я тоже думаю именно об этом, — Шпатц криво усмехнулся. — И еще о том, что это дело меня сейчас волнует исключительно потому, что мне совсем не хочется заниматься... настоящим заданием. Понимаете?

— Но ты же понимаешь, что нам в любом случае придется этим заняться?

— Кстати, об этом... — Шпатц опустил взгляд и посмотрел на свои ладони. — Я хотел попросить... Хотя нет. Или... А, проклятье!

Шпатц сжал кулаки и крепко зажмурился. Крамм молча ждал продолжения.

— Я не уверен, что смогу в нужный момент сохранить хладнокровие, — Шпатц посмотрел Крамму в глаза. — И очень рассчитываю на ваше понимание.

— Кажется, я понимаю, о чем ты, герр Шпатц, — Крамм подался вперед.

— И обещаете не принимать это на свой счет?

— Обещаю, — Крамм хлопнул Шпатца по колену. — Мог бы и не просить. Мы все еще не знаем, что именно за способности у островитян. Никто не будет упрекать человека в том, что он сделал под контролем виссена...

— Давайте закроем эту тему, — Шпатц бросил взгляд на лестницу. Невесомая горничная возвращалась. Мягкое ковровое покрытие глушило звук ее шагов.

— Герр пакт Гогенцоллен ждет вас в янтарном кабинете, — сказала она без выражения. — Следуйте за мной.

Шпатц и Крамм поднялись со своих пуфиков. Девушка повернулась к ним спиной и снова начала подниматься по лестнице. Шпатц подумал, что, пожалуй, не нанял бы такую в прислугу. Вроде бы, отсутствие эмоций на лице — это достоинство. Никакого показного недовольства или, скажем, смешков в неподходящий момент. С другой... Шпатц поежился. Ему было неуютно рядом с этой девушкой. Именно потому что она вообще не выражала эмоций. Как кукла.

Они поднялись на третий этаж и оказались в просторном коридоре, стены которого были украшены светильниками, стилизованными под факелы, а пол устилало ковровое покрытие с узором под каменную кладку. Если гостиная, в которой был прием, напоминала о море, то этот коридор явно пытался быть похожим на пещеру или подземелье.

Девушка остановилась, распахнула дверь и посторонилась, пропуская Шпатца и Крамма в небольшой кабинет, оформленный в теплых янтарных тонах. От желтого до темно-коричневого. Массивный рабочий стол был девственно чист. Хозяин же сидел на диване, а на журнальном столике перед ним стоял кофейник, наполовину пустое блюдо с крохотными бутербродами. При виде гостей он отложил в сторону свежий номер Аренберги-цайтунг и поднялся. Одет он был в роскошный шелковый халат, который слегка топорщился на его животе, по всей видимости, герр пакт Гогенцоллен прибавил в весе не так давно, и не успел поменять гардероб.

— Герр штамм Фогельзанг, какой сюрприз! — Хозяин шагнул навстречу Шпатцу, радушно улыбаясь. — Я чрезвычайно рад вашему внезапному визиту, хотя и сгораю от любопытства. О нет! Где мои манеры? Надеюсь, вы не будете против разделить со мной кофе и закуски?

— Не утруждайтесь, герр пакт Гогенцоллен, — Шпатц махнул рукой и направился к письменному столу. По-хозяйски устроился в удобном кожаном кресле. — Я всего лишь хотел поговорить с вами про герра Вишеринга.

— Отто? — тон Гогенцоллена вроде бы не изменился, оставшись безмятежно-светским, но лицо его отчетливо побледнело. — Я не уверен, что могу вам чем-то по...

— Вы ведь уже знаете, что с ним приключилось несчастье, верно? — Шпатц склонил голову, не спуская взгляда в Гогенцоллена.

— Несчастье? — глаза хозяина забегали, но потом он понурил плечи и опустился обратно на диван. — Да, я уже знаю. Но я уже все рассказал, что знал. И это совершенно ничего! Я был шокирован этим известием! Герр Вишеринг был добрейший человек, я и не представлял, что у него могут быть враги...

— Вы давно дружили? — перебил нервный словесный поток Шпатц.

— Я бы не сказал, что мы дружили, герр штамм Фогельзанг, — хозяин дома взял со стола кофейную чашечку, подержал ее несколько мгновений в дрожащих пальцах и поставил обратно. Потянулся за бутербродом. — Видите ли, у меня случилась деликатная проблема, а герр Вишеринг мне помог. Я же могу не вдаваться в подробности, да? Как мужчина вы должны меня понять... Я искал человека, далекого от нашего общества, а Отто только переехал в Аренберги, вот я и решил... А потом оказалось, что он неплохой человек, и мы стали приятелями. Вот тогда я и сообщил друзьям, что мы много лет знакомы. На самом же деле...

— Вы знаете герра Бенингсена? — Шпатц потянулся к письменному прибору и взял в руки изящно выполненную янтарную перьевую ручку. Судя по всему, ей никогда не пользовались по назначению.

— Не имею представления, о ком вы говорите, — сухо ответил Гогенцоллен. — Подождите... Это что, какой-то допрос? Вы из секретной службы? И поэтому приехали в Аренберги?

— Допрос? — Шпатц иронично приподнял бровь. — Да нет, что вы, какой еще допрос? На самом деле я всего лишь хотел спросить, не известно ли вам что-нибудь о судьбе моего старинного приятеля...

— Приятеля? — глаза Гогенцоллена снова забегали.

— Видите ли, с ним приключилось несчастье в Билегебене, — Шпатц поставил ручку на место. — Может показаться, что он сейчас... эээ... не в своем уме. Но он не раз меня выручал, так что я считаю себя ему обязанным.

— Я не понимаю, о ком вы говорите, — голос Гогенцоллена дрогнул.

— Я говорю про Алоиса Лангермана, — сказал Шпатц ровным голосом.

— Боюсь, что я не могу вам ничем...

— Он нуждается в постоянном уходе, — продолжил Шпатц. — А сейчас, когда герр Вишеринг... Ну, вы понимаете? К сожалению, я не знаю здесь других его знакомых, поэтому вынужден обратиться к вам. Прошу прощения, если мой вопрос кажется вам подозрительным или бестактным.

— Нет-нет, это вы меня простите... — Гогенцоллен поднялся с дивана и бросил взгляд в сторону все еще стоящего рядом с дверью Крамма. — Просто я не сразу понял...

— Подумайте, герр пакт Гогенцоллен, — Шпатц поставил локти на полированное дерево стола. — Может быть, вы знаете о какой-нибудь квартире, которую герр Вишеринг недавно арендовал. Или, может быть, вам известно о ком-то из его близких друзей...

— Боюсь, что... — хозяин дома попытался запахнуть расходящийся на животе халат плотнее. — Хотя, подождите... Квартира, вы говорите? Я знаю про дом в пригороде. Отто просил меня помочь найти домик на свежем воздухе, а у меня как раз был знакомый... Вы позволите?

Шпатц встал с кресла, уступая рабочее место хозяину. Тот торопливо выдвинул верхний ящик стола и принялся что-то искать среди рассыпанных в хаосе блокнотах, листках бумаги, карандашах и прочих канцелярских мелочах. Краем глаза Шпатц заметил, что Крамм немного сменил позицию и держал руку рядом с расстегнутой кобурой. Но, к счастью, оружие не потребовалось. Лицо Гогенцоллена просветлело, когда он извлек из ящика блокнот в переплете из тисненой коричневой кожи. Он схватил огрызок карандаша и чистый лист бумаги и размашистыми крупными буквами записал адрес. Потом встал и протянул записку Шпатцу.