Саша Costa – Кольцо мира (страница 5)
Вероисповедание: православный христианин.
Служба: 1986 – 1988 гг. проходил службу в рядах Советской армии в составе 40 армии ОКСВА3 56-й гвардейской десантной штурмовой бригаде. С октября 1987 года – в составе 154 отдельного отряда специального назначения. Воинская специальность – снайпер. Участвовал в операции «Завеса» (Джелалабад – Кандагар – Газни). В августе 1988 года во время выполнения боевого задания прикрывал отход разведгруппы, был ранен. Шесть месяцев находился в лагере военнопленных на территории Пакистана. Бежал.
С 1989 по 1991 гг. находился в лагере беженцев в Квете (Белуджистан). С 1992 по 2001 гг. служил в качестве католического священника в церкви Святого Розария в Квете. После создания Ватиканом в 2001 году апостольской префектуры, а с 2010 года апостольского викариата в Квете являлся ближайшим помощником епископа Виктора. В мае 2011 года в ходе расследования инцидента с убийством российских граждан в Квете в качестве переводчика оказывал помощь российскому вице-консулу. Инициативно вышел на контакт. Оперативный псевдоним – «Пахта» (Хлопок).
В 2012 году переведён в Ватикан. Помощник секретаря по международным делам Святого Престола. Кардинал.
Дополнительная информация:
– имеет чёрный пояс по каратэ (Вадарю);
– владеет восточными языками: узбекский, турецкий, белуджи, пушту; европейскими: итальянский, английский, русский;
– отличный стрелок.
«Серьёзный парень этот Пахта», – резюмировал, закрывая личное дело, Шереметьев. Информация пришла по каналам отдела внешних связей РПЦ. Она интересная, перспективная, но абсолютно недостаточная, чтобы принимать решение.
Директор нажал кнопку селектора специальной связи:
– Свяжите меня с Алексашиным.
Через 30 секунд голос из селектора доложил: «Алексашин на связи».
– Приветствую Вас, Вадим Сергеевич! Поздравляю с юбилеем! Время летит быстро, уже 70. С интересом наблюдаю за работой Палестинского общества. Чувствуется профессиональный подход. Нужна Ваша консультация. Лучше, если я приеду сам. Спасибо. Хорошо. До встречи.
Вадим Сергеевич Алексашин, генерал-полковник запаса, и сегодня был «в обойме», возглавляя Императорское Православное Палестинское общество. По делам организации часто бывал за рубежом, решая задачи, к которым было неудобно привлекать официальные ведомства. У «них» это называлось «мягкой силой», а у нас по традиции «дружбой народов». С поправкой на время – «русским миром», так что звонок «коллеги» его не удивил.
Приехав в особняк Палестинского общества, Шереметьев преследовал несколько целей: поговорить о деле, навестить товарища и поздравить его с недавним юбилеем. Высокого гостя встретил сам Алексашин. Провёл его по выставке фотографий Паломнического центра, вскользь упомянул о работе иностранных отделений. Шереметьев слушал внимательно, особенно ту часть рассказа, которая касалась Рождества, Вифлеема, царя Ирода и бегства Святого Семейства в Египет. Даже в конце спросил: «Где сейчас находятся дары волхвов и что они из себя представляют?»
Выполнив протокольную часть, Вадим Сергеевич пригласил гостя в свой кабинет. Принесли чай и восточные сладости. Сделав глоток, Шереметьев перешёл к делу.
– Интересно! Очень интересно, – периодически повторял Алексашин, попивая чаёк из гранёного стакана в красивом серебряном подстаканнике. – Чем мы можем быть полезны? – спросил он, после того как Шереметьев закончил свой рассказ.
– Информацией, дорогой Вадим Сергеевич. У тебя тут столько специалистов, а мы даже не знаем, как выглядит это колечко.
– Дело непростое, – констатировал Алексашин. – А когда мы занимались простыми делами? Будем работать, Евгений Сергеевич.
Была середина марта. Снег в Москве ещё не начал таять. «А в Иерусалиме тепло, – подумал Вадим Сергеевич. – Поразительно всё-таки. Столько веков прошло, а поди же ты, круги от этой истории достигают сегодняшнего дня. Имея такое кольцо, все мировые проблемы можно решать за столом переговоров. Если, конечно, перстень существует».
Директор МИ-6 Алекс Данджерс только что вернулся с закрытого заседания министерства иностранных дел Её Величества. В его портфеле лежало донесение посла Великобритании в Ватикане о начале поисков «некоего артефакта»». Учитывая мировой бардак, который грозил неминуемо привести к Третьей мировой войне, поиск «древней железки», пусть даже когда-то надетой на палец Девы Марии, представлялся ему пустой тратой времени и ресурсов. Но за годы своей работы в разведке он привык, что мелочей не бывает. Конечно, можно было бы сбросить информацию богатым янки, но те точно не будут заниматься тем, что не приносит прибыль. Они потому и богатые, что предпочитают нефть, наркотики и оружие, а не сомнительные артефакты тысячелетней давности. Впрочем, был у него один странный сотрудник, как будто вынырнувший из прошлого, которому это могло быть интересно. Его звали, кажется, Рунихер Сет. Сын выходцев из Египта, попал в поле зрения Алекса во время «арабской весны», когда предлагал, пользуясь случаем, «кое-что перевезти» из Каирского музея древностей в Лондон. В тот момент арабская улица египетской столицы бушевала, на площади Тахрир бесновалась стотысячная толпа. Национальный музей практически не охранялся, и правительству было не до древностей. Там даже задержали странного немецкого «туриста», пытавшегося поживиться ценностями египетского народа. Сет подготовил план операции, детали которого удивили Данджерса. Поразительно, насколько хорошо его сотрудник, родившийся в Англии, разбирался в расположении подземных хранилищ музея и имел чёткое представление о том, что где лежит и какую ценность для британской короны может представлять. Тогда Алекс поймал себя на мысли, что этот Рунихер знает предмет, о котором говорит, досконально, будто проработал в Каирском музее полжизни, и наверняка имеет специальное образование. Отлично! Решено! Рунихер Сет. Это будет личное поручение, и отчитываться он будет только ему.
Данджерс нажал кнопку. Вошла секретарь.
– Рунихер Сет из Второго управления. Пригласите.
– Он уже в приёмной, сэр.
«Вот как. Мистика», – подумал про себя руководитель Ми-6, хотя в мистику он не верил. – Пусть войдёт.
Окна в кабинете Алекса Данджерса были плотно закрыты жалюзи. Это помогало ему не замечать времени. Время – самый ценный ресурс в его работе, это Данджерс знал абсолютно точно. И время – главный противник. Если время позволяет, то можно собрать и уточнить недостающую информацию. Если позволяет время, то можно всё хорошо продумать и досконально проработать все детали. А это залог успеха любой операции. И наоборот, если времени нет, если информации недостаточно, а ответственность зашкаливает, тогда высок риск ошибки, провала и проигрыша. Поэтому Алекс Данджерс работал при свете лампы, не зная, какое сейчас время суток. Работал столько, сколько понадобится для решения поставленной задачи. Он играл со временем, полагая, что если он превратит его в общую массу без дня и ночи, без часов и минут, без времён года, то сможет управлять им и распоряжаться по своему усмотрению. Иллюзия? Конечно, иллюзия, но она помогала ему в работе и придавала уверенности.
Дверь в кабинет находилась напротив его стола. Когда она открылась, он сразу почувствовал, потому что свет из приёмной на секунду прорвался в полутёмный кабинет. Данджерс оторвал взгляд от бумаг. Вошедший сделал шаг и вышел из тени.
– Итак, мистер Сет… – Алекс не успел договорить.
– Шифровка из Ватикана, сэр! Кольцо Мельхитора. У меня есть предложения по этому поводу.
– А откуда Вы знаете о донесении? Вы, по-моему, работаете в Управлении Ближнего Востока.
– Так точно, сэр. Арабские страны. Донесение пришло по оперативным каналам. Возможно, артефакт стали искать русские.
– Опять русские! Всюду русские! Им-то это зачем? Вы, наверно, пересмотрели политических шоу «Би-Би-Си»?! Впрочем, мы теряем время. Давайте Ваши предложения.
Данджерс взял из рук офицера папку. Бегло просмотрел три листа текста. Предложения были составлены профессионально, со знанием дела.
– Хорошо. Займитесь этим, Сет. Докладывать мне лично.
– Есть, сэр!
Человек сделал шаг назад и растворился в тени. Данджерс опустил глаза, пытаясь сосредоточиться на документах, но ему не давала покоя мысль, каким образом его подчинённый раньше него, или пусть даже одновременно с ним, узнал секретную информацию? Случайность? «Не слишком ли много мистики и случайностей в этом деле?» – подумал Данджерс, нажимая кнопку вызова секретаря.
– Оперативные донесения Второго управления за последние сутки. И принесите мне личное дело Рунихера Сета.
Чтобы рассеять свои сомнения, Данджерс начал с просмотра оперативных донесений. Открыв папку, Алекс достаточно быстро нашёл то, что его интересовало. Шифрограмма из Египта была подписана псевдонимом «Кеб». Короткое сообщение о том, что паломническая группа из России при посещении собора Святого Марка в Александрии интересовалась Святым Семейством, дарами волхвов и какой-то умник спросил про «кольцо Мельхитора». Собственно, это было всё. Ничего интересного. Обычная группа, приехавшая по линии Императорского Православного Палестинского общества. Данджерс посмотрел на время получения шифровки – 08:27. Разница в 2 часа. Всё в порядке, в Каире уже был рабочий день. Информация пришла, когда он уже был на совещании в МИДе. С формальной точки зрения, всё было безупречно. Алекс отложил папку с донесениями и взял в руки личное дело Сета. Папка была тонкая. Внутри он обнаружил несколько листов. Это было удивительно. Конечно, сотрудник разведки должен быть неприметным, но не для своего руководства.