Сарто Милен – Церера. Сияние призрачных звезд (страница 2)

– Ты позвал меня для того, чтобы оскорбить напоследок? – Она вновь махнула головой, но переливчатый звон хрусталя погас на фоне раскатов грома. Из-за тумана кожа Цереры покрылась мельчайшими капельками влаги, которая постепенно стала стекать вниз.

“Какой же густой сегодня туман…” – подумал я про себя, наблюдая за тем, как Церера глубоко дышала, устремив взгляд вдаль.

Я потянулся к ней рукой, чтобы стряхнуть капли с её лица. Чтобы в последний раз ощутить её кожу. Но она резко отстранилась от меня и быстро задышала. Её глаза широко раскрылись, словно от испуга.

И тут я всё понял.

– Цери, моя ласточка, неужели ты меня боишься? – Удивлённо прошептал я хриплым голосом, вдыхая запах предстоящего дождя.

– Н-н-нет. С чего ты это взял, Багдест? – Спустя какое-то время сказала она надтреснутым голосом... И всё-таки.

И всё-таки её дыхание, поверхностное и быстрое, говорило об обратном.

Об обратном говорили также и её широко раскрытые глаза, полные испуга. Говорил и клинок, который она старательно прятала у себя за спиной.

Я заметил, как она крепче сжала рукоять холодного оружия, чтобы унять дрожь и придать себе храбрости. Почему-то от этого мне стало одновременно смешно и грустно. А Ночь не отступала. Она продолжала наступать, затуманивая разум. Густая, вязкая, словно слизь, обволакивала меня всего изнутри. Если бы только Церера могла, если бы только все остальные Боги могли, они бы увидели это. Увидели, как внутри меня всё постепенно заполняется Ночью, несмотря на мои попытки это остановить.

– Если ты не боишься меня… То зачем взяла с собой клинок, смазав его севиолистом? – Платиновый холод с крапинками тьмы столкнулся с синевой льда, искрящейся светом. Я аккуратно, но крепко взял её лицо в свои ладони, чтобы она не могла отвести взгляда.

– Отпусти… – Церера начала сопротивляться, пытаться оторвать мои руки от неё. Она царапалась и извивалась. Но я был сильнее.

– Отпусти меня, Багдест…!

Каменные статуи приближались к нам. Я услышал звук падающего на землю кинжала. Молния разрезала небо. Раскат грома гулких эхом отозвался в ушах. Я чувствовал, как быстро бьется сердце Цереры. Тук-тук-тук-тук.

– Ответь, и я подумаю об этом... Ласточка, скажи мне правду: ты боишься? Боишься того, кем я стал?

Я не знал, что она увидела в моем лице, но в её я теперь вижу животный, дикий страх. Тёмно-синие глаза Цереры бегали из стороны в сторону, но она молчала, не находя слов для ответа. Меня это почему-то расстроило и разозлило ещё больше.

И тут она хотела нанести удар.

Но для моей Цереры подобное было слишком непривычным: в её руках всегда лежали лишь акварельные кисти и полевые цветы, а не холодное оружие, способное убить живое создание. А в моих руках привычно находилась её тонкая и бледная шея с прозрачной кожей, сквозь которую отлично виднелись все сосуды.

Весь мир сжался на нас двоих, и я понял: этот момент настал. Я должен покончить с тем, что тормозило в выполнении моих планов столько времени. Ночь была права: любовь к Церере делает меня слабым и никому не нужным. Я дарил ей всего себя, дарил ей свои чувства… Я отдал ей своё сердце. А взамен? Взамен она разорвала его на маленькие кусочки. Из-за неё меня лишили силы, звания, всего, что я имел. Из-за неё я вынужден был обратиться к Ночи. Из-за неё я стал сейчас тем, кто я есть. Монстром, чудовищем, выродком. Тем, кого все боятся и избегают. И теперь я сделаю с ней тоже самое: уничтожу всё, что с ней связано. Включая её саму.

– Церера… Моя Церера… – На выдохе прошептал я у самого уха, аккуратно целуя его. Но затем зубы впились в него и я почувствовал во рту привкус крови. И мне захотелось большего. Я начал сжимать шею, чувствуя, как она пытается сопротивляться. Мне стало так приятно, ведь теперь я почувствовал себя поистине Богом. Жизнь Цереры, жизнь Эфира, судьба королевства… Сейчас всё это находилось в моих руках. Сейчас только от меня зависело: жить ласточке или умереть. Это ли не есть – быть Богом? Не сосудом для каких-то эфимерных сил, а Богом.

– Н-нет… Б-б.. Багдест… – Прохрипела Церера, стараясь вдохнуть хоть немного воздуха.

Всё вокруг завертелось, задрожало. Я почувствовал, как кто-то грубо схватил меня за плечо. Церера впилась ногтями мне в руки. Вкус её крови таял на моём языке. Туман обволакивал нас, оставляя мельчайшие капельки росы. Под пальцами я ощущал её быстрое сердцебиение. Лицо Цереры посинело. Она всё слабее извивалась в моих руках. Изо рта вышел сдавленный хрип.

– Пожалуйста… Остановись… Я…

– Мне правда жаль, что наша сказка закончится вот так. – Я чувствовал кожей её слёзы, стекающие по шее. Чувствовал, как быстро бьётся сердечко моей маленькой ласточки.

Она должна запомнить, что я любил её. Всегда любил.

А затем крепко сжал пальцы, и раздался хруст костей.

Глава 1. После пепла

“Пепещиле” печальное событие, произошедшее в Церере в 9777 цикле от Прихода первых. Многие жители в тот лье потеряли своих близких, превратившихся в прах. Сам же Ривант теперь является городом-призраком, в котором до сих пор стоит запах гари. У многих подростков с этим городом связано много легенд о душах, погибших тогда. Смельчаки периодически посещают Ривант, но многие, возвращаясь оттуда, становятся немыми, а волосы – побелевшими.

Недалекое будущее

Это была она. Холодная, словно морозный ветер в Фроузвиле. Идеальная, словно кристаллы льда. Тёмные доспехи слишком грубо смотрелись на её белоснежной коже. Я даже принял её за очередную галлюцинацию или призрака, но… Эти пронзительные серые глаза, полные грусти и сожаления. Правда, в своей памяти я сохранил их живой блеск.

– Амалия? – Прошептал я одними губами, но этого было достаточно. Она обернулась. В глазах Амалии стояли слёзы.

Да, это точно была она. Но что-то в Амалии было не то. Что-то заставляло меня содрогнуться, сжаться в комок и поскорее спрятаться от неё. Возможно, это чувство вины, за то, что я не смог её спасти? Или Тьма, исходящая от неё на несколько метров вокруг?

– Что ты делаешь? – Я с непониманием и ужасом глядел на неё. Разве могла Амалия примкнуть к Ночи? Это невозможно!

Я и подумать не мог, что Амалия может оказаться одним из тех чудовищ, которыми пугают детей ночью. Оказаться одним из тех монстров, что кроется в объятиях этой самой Ночи?

“Нет…Разве такое возможно?… Амалия, что же ты творишь!”

Она быстро бросила умоляющий взгляд в мою сторону. А потом раздался звук стекла, разлетающегося на миллионы осколков. У меня было лишь мгновение. Я мчался к ней так быстро, как мог, рассекая преграждающие путь сияющие нити, из которых состояло пространство…

– Я успею!…

Но я опоздал. Снова.

Амалия исчезла.

Настоящее. Континент Диссарпил. Малая Оселия,

Цикл 9782 от Прихода Первых, лье 24.

Парень, закутанный в тёмный плащ, быстрыми шагами направлялся в сторону окраины небольшой деревушки. Он надеялся успеть спрятаться в убежище, пока Ночь не настигнет Малую Оселию.

Уже несколько циклов Май ведёт образ жизни кочевника – никогда не задерживался в одном и том же месте больше двух-трех лье. За всё это время Май побывал почти в каждом уголке Цереры. Так было проще сбить Теней, которые шли за ним уже пять циклов.

Это началось тех пор, как Май по щелчку сжёг Ривант – столицу королевства, вместе с его жителями. После этого Май больше никогда не использовал силы. Но Призракам – стражникам нового короля, хватило и одного раза, чтобы понять, что он – опасен. Ведь в крови Мая растекалось Дикое Пламя. Он был Огненным цветком. Потомком Драконов. Тем избранным, о котором говорится в пророчестве.

Тогда Май понял, что вряд ли сможет где-нибудь жить подолгу. Чем дольше он остаётся на одном месте, тем больше неприятных мыслей лезет в голову. Очень часто, находясь в полном оцепенении, он видит образ беловолосой девушки. Он видит Амалию, которая погибла по его вине.

Парень старался не думать об этом, пытаясь как можно скорее добраться до жилища. Солнце только-только начало садиться за горизонт, но на улице уже не было ни души. Лишь одиноко выл ветер, пролетающий между полупустыми домами.

Уже очень много циклов, ни на одном континенте никто не осмеливался выходить из дома в тёмное время суток. Только-только оправившись после первой войны с тенями, Цереру вновь накрыло это ужасное время. Но в этот раз всё было по-другому: раньше войну видели, слышали и ощущали всем своим телом. Теперь же она велась неспеша, медленно уничтожая всё вокруг, словно бессимптомный вирус. Пророчество неизбежно сбывалось, и многие надеялись на то, что им помогут. Что потомки Первых Богов восстанут и уничтожат Тьму, пожирающую королевство Церера. Но это было лишь в мечтах, которые со временем стали казаться неосуществимыми.

И теперь утро для каждой семьи начиналось с содроганием сердца, осмотром своих родных для поиска того, кто этой ночью проснулся в объятиях Тьмы. Даже если кому-то и повезло остаться в живых, рано или поздно можно было услышать истошные крики, означающие, что Ночь добралась ещё до одной души. Ещё одна душа оказалась в Объятиях.

Май чувствовал, что времени спрятаться у него всё меньше и меньше, а нужный дом находился ещё слишком далеко. Он ощущал, как секунды утекают сквозь пальцы, словно песок. И когда уже Ночь успела забраться так далеко?