Сарина Боуэн – Хороший мальчик (страница 45)
Он смеется.
– Джейми повел тебя к Кэти Хьюитт?
– Именно.
– Ты выпила рюмку за мой пас?
Упс.
– Нет, – признаюсь я.
Повисает недолгое молчание. Жду, что он устроит мне за это взбучку.
– Ничего, – весело продолжает он. – Ты сможешь загладить вину, если поедешь в это воскресенье на обед к моим родителям.
– Блейк, – предупреждаю я, – ты что, не сказал матери, что мы расстались?
– Не-а. Потому что мы не расставались.
– Тебе опять нужно прятаться от бывшей? – устало спрашиваю я.
– Нет. Молли там быть не должна. Это просто обычное воскресенье с семьей.
– Тогда зачем тебе я?
Мысленно представляю, как он закатывает глаза.
– Потому что мы встречаемся. Так делают люди в отношениях. Они тусуются с семьями друг друга. Еда будет вкуснейшей. И ты говорила, что всегда по выходным видишься с родителями. Можешь увидеться с моими – будет мило. И, поскольку мы не вернемся домой до субботнего вечера, воскресенье будет твоим первым шансом навестить Блейка-змея.
Я неподобающим для леди образом фыркаю.
– Ты что, только что назвал свой член Блейком-змеем?
– Ну, ты его еще никак не назвала. Если не считать «Трахай меня, Блейк! Сильнее! Да! Да! Да!»
Хоть я и лежу здесь одна, не могу не закрыть глаза рукой. Он изобразил меня невероятно точно.
В самом деле, после всех оргазмов, до которых он меня довел, пойти на обед – меньшее, что я могу сделать.
Поэтому, когда он говорит: «Увидимся в воскресенье, детка», – я соглашаюсь.
Трехсмысленности
– Я похожа на того, кто занимался сексом на парковке за заправкой?
Внимательно оглядываю Джесс. Взъерошенные волосы – есть. Возбужденный румянец на щеках – есть. Раздражение от щетины на шее – есть. О да, мне нравится на это смотреть.
– Нет. Ты похожа на мою девушку.
В карих глазах замечаю искры смеха.
– Спрошу из любопытства: как выглядит девушка Блейка Райли?
Я сжимаю ее еще твердый сосок через футболку.
– Хорошо оттраханной.
Джесс расстроенно стонет.
– Ладно, остановись на следующей заправке, я схожу в туалет и приведу себя в порядок.
– Ты правда хочешь так рисковать, малышка Джей? Ты же знаешь, что случается, когда мы оказываемся там.
Черт, кажется, я больше не смогу заправлять машину, не представляя, как трахаю Джесс. Видеть, как она наполняет бак «Хаммера», было так возбуждающе, что мне пришлось взять ее на том же месте и в то же время. Ну, мне хватило приличия отъехать на пустынную парковку и только потом на нее наброситься. Теперь мы снова на шоссе посреди двадцатиминутного пути до дома родителей, к которым едем на обед. Я знаю, что она волнуется: спутница не перестает ерзать на пассажирском сиденье. А я с нетерпением жду встречи с родными и домашнюю еду. Эта неделя выездных игр очень меня вымотала.
– Просто не говори всякие двусмысленности, пока мы там будем, – предупреждает Джесс, когда я поворачиваю на съезд с шоссе.
– А трехсмысленности можно?
– Такого не бывает.
– Односмысленности?
– Тоже не существует.
– Все бывает, если ты воплощаешь это в жизнь, – не соглашаюсь я.
Она вздыхает.
– Когда-нибудь я тебя брошу.
Я посылаю самую невинную улыбку.
– Нет. – И мой внутренний Блейк, которого мне нравится представлять с крошечной клюшкой в руках, делает счастливое сальто. Ее реплика подразумевает, что я наконец-то победил. Мы встречаемся, и она это знает. Нельзя бросить того, с кем ты не в отношениях.
– БЛЕЙКИ! – радостно кричит мама, когда мы с Джесс пять минут спустя входим в дом. Мы застали ее на пути в столовую, судя по двум покрытым фольгой блюдам в руках.
– Привет, ма. – Я подхожу к ней, чтобы поцеловать в щеку, а потом забираю оба блюда. – Дай помогу.
Она одобрительно щелкает языком.
– Какого хорошего мальчика я вырастила, помогает матери, как… ДЖЕССИКА! Я ТЕБЯ НЕ ЗАМЕТИЛА!
И вот так просто она переключается на Джесс, которая выглядит немного ошеломленной в ее медвежьих объятиях.
– Здравствуйте, миссис Райли, – смущенно говорит Джесс. – Как у вас дела?
– У меня все прекрасно, душенька! Готовила все утро, но кулинария хороша для души. – Мама смотрит на Джесс суровым взглядом. – И я НИКОГДА больше не хочу слышать из твоих уст эти слова!
Джесс моргает.
– Какие?
– «Миссис Райли». Пф-ф! – Она обнимает Джесс за плечи одной рукой. – Называй меня «ма», «мама» или Аннетт. ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ – НЕПРИЕМЛЕМО!
– Поняла, – говорит Джесс с нервным смешком. – Спасибо, что опять меня принимаете в своем доме, миссис… мама. В прошлый раз я уехала в пищевой коме. Жду не дождусь еще одной.
Мамино лицо так светлеет, что она могла бы зажечь «Эйр Канада Центр»[42]. Ей нравятся люди, которые любят поесть. Как и мне.
– Ты попробуешь все, – сообщает она Джесс. – Папа Райли сделал ребрышки!
– О-о-о, звучит круто.
Женщина поворачивается ко мне.
– Блейки, закрой, пожалуйста, входную дверь. Мы же не животное вырастили… – Внезапно она хмурится.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на причину ее беспокойства. Через дверной проем замечаю знакомый серебристый «Лексус», останавливающийся на подъездной дорожке. Стекла затонированы, поэтому водителя я не вижу, но… Твою ж мать. «Лексус» был тут и во время бебишауэра Бренны.
Я медленно поворачиваюсь к матери.
– Кайл обменял свой «БМВ» на «Лексус»? – с надеждой спрашиваю я.
Она качает головой.
– Он на кухне с Бет и Бритт. Они приехали вместе в машине Бети.
Черт. Черт-черт-черт.