Сарина Боуэн – Хороший мальчик (страница 32)

– Будет благотворительный концерт. С официальным дресс-кодом, что отстойно. Но выступает Хозиер[29].

Бутылка с пивом замирает на полпути к моему рту.

– Хозиер выступает? Прям вживую?

– Прям да! – Он хихикает. – Перед тремя сотнями гостей за тысячу баксов с каждого. Все игроки получают дополнительные билеты.

– Можно мне пойти с Уэсом?

– Хрена с два, – резко отвечает Джейми и берет со стойки поднос. – С Уэсом иду я. В первый раз пойду с ним на такую благотворительную штуку. Разве не хороший я сделал выбор?

– Но… Мне нравится Хозиер больше, чем тебе.

– Кто сказал?

– Может, Блейк возьмет с собой в качестве награды. – Вот только он ничего мне не должен. В моей жизни сейчас мало веселья, и в ней уж точно не хватает билетов на концерт за тысячу долларов. Я безумно люблю Хозиера.

– У тебя место посередине, – говорит Джейми, когда мы опять спускаемся к ряду Е.

– Что? Нет.

Он хмыкает.

– Пожалей мои барабанные перепонки.

Я с неохотой сажусь рядом с мамой Райли.

– Здравствуйте, – говорю я с притворной веселостью.

От удивления она приподнимает бровь.

– ДЖЕССИКА!

Боже, ну и громкая же она.

– Как вы? Милая была вечеринка. Все еще вспоминаю ту грудинку.

Женщина широко улыбается.

– Спасибо! А почему ты сидишь тут?

Упс. То есть мы с Блейком расстались?

– Ну, эм, простите. Это места Джейми…

Она хлопает меня по спине поразительно большой ладонью.

– Я думала, вы оба будете в ВАГс-ложе[30]!

– Это отличные места, – говорит Джейми, приходя на помощь. Его улыбка лучится весельем. – В ВАГс-ложе тоже хорошо, но на следующее утро после нее у меня всегда похмелье. Да, Джесс?

– Эм… – Я даже не знаю, что такое ВАГс-ложа.

К счастью, начинается игра. Все встают, чтобы спеть гимн Канады. Я вообще его не знаю. Но это не страшно, потому что мама Райли скандирует за всех нас. К последней фразе «МЫ СТОИМ НА СТРАЖЕ ТВОЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЙ!» я оказываюсь близка к глухоте.

Когда я поворачиваюсь к брату, чтобы переглянуться, замечаю что-то синее в его ухе. Джейми надел одноразовые беруши.

– Боже, где ты их достал?

– Ммм? – спрашивает он, передавая ужин.

Объявляют стартовый состав. Когда из динамиков гремит имя Блейка, мама Райли визжит так громко, что я едва не проливаю пиво.

Начинается игра, и все происходит прямо перед нами. Я никогда раньше не смотрела матч НХЛ. Я больше фанат футбола. Но у нас великолепные места, а стремительные пасы не дают заскучать. Блейк невероятен. Он не такой быстрый и юркий, как Уэс, но он очень мощный. Даже представить не могу, каково это, бороться за шайбу со стокилограммовым Райли. От одной мысли об этом низ живота начинает покалывать.

Сказать честно, в команде Уэса полно невероятно привлекательных игроков. Кроме Блейка есть Эриксон, которого я бы не вышвырнула из постели. И, конечно, красавчик Уилл О’Коннор.

Естественно, мы с Джейми поддерживаем Уэса и Блейка каждый раз, как их клюшки касаются шайбы, но наш энтузиазм – ничто по сравнению с эмоциями мамы Райли. Как только ее сын ступает на лед, она начинает неистово кричать.

– ПОКАЖИ ИМ, БЛЕЙКИ! ПОГНИ ИМ КРЫЛЬЯ! ПОТОПИ ИХ, БРОНЕНОСЕЦ!

Я подталкиваю локтем Джейми.

– Что это значит?

Он с улыбкой качает головой.

– Я не обращаю на это внимание.

Кажется, что первый период будет без голов. Но когда на часах остается только пятьдесят секунд, Блейк и Уэс вместе делают еще один рывок. Прямо перед сигналом Райли делает рисковый пас другу, который тут же его возвращает. Если бы я моргнула, то все бы пропустила. Кто-то в другой команде, видимо, отвлекся, потому что мужчина на высокой скорости запускает шайбу в ворота. Загорается лампа, местные болельщики вскакивают на ноги, мы в восторге!

Я визжу от неожиданности, когда мама Райли поднимает меня в воздух, прижимает к гигантской груди и кричит:

– ХОРОШИЙ МАЛЬЧИК, БЛЕЙКИ! МАМА ЛЮБИТ ТЕБЯ!

Комментатор объявляет гол Блейка и пас Уэса.

Начинается перерыв, я пытаюсь перевести дух. Серьезно, мне надо почаще на такое приходить. Когда я болею за друзей, то забываю о зубрежке и очередной контрольной по анатомии.

– Итак, Джессика, – начинает мама Райли.

– Мм? – Я потягиваю пиво и смотрю, как во время перерыва готовят лед к игре.

– Надеюсь, ты пользуешься чем-нибудь для контрацепции.

Пиво попадает не в то горло. Я давлюсь и начинаю кашлять. Я чуть ли не умираю, а мама Блейка продолжает говорить:

– Для девушки твоего возраста есть много разных вариантов, – замечает она. – Хорошие таблетки, внутриматочные спирали. Нет причин не быть осторожной.

– Эм… – выдавливаю я. – Я, эм…

Я, даже не глядя, чувствую, как рядом смеется Джейми.

– Эм… я учусь на медсестру, – наконец выговариваю я. – И много чего об этом знаю.

– Хорошо, – твердо говорит она. – Сыну не надо отвлекаться. Женщины с ним уже играли.

Даже своим затуманенным от смущения разумом я улавливаю в этой фразе что-то не то. Встретившись взглядом с мамой Райли, я вижу ее свирепое выражение лица. Может быть, она из тех, кто считает, что каждая девушка охотится за деньгами. Но мне так не кажется. Блейк не говорил семье, что случилось, но у матерей чертовская интуиция.

Похоже, она знает.

Джесс: ТРЕВОГА! Надеюсь, что ты прочтешь это до того, как встретишься со своей мамой. Я сидела рядом с ней, и скажем так: досмотр полостей тела не был таким глубоким, как ее.

Джесс: И да, крутой гол!

Блейк: Ешкин кот. Прости. Забыл, что места Бомбы Джея были рядом с мамой. Ох. Ох. Ох.

Джесс: Чувствовала себя сволочью, когда ей врала: (

Блейк: Ненавижу врунов. А сам заставил тебя обмануть. Из-за бывшей у меня все вверх букашками.

Джесс: Вверх тормашками.

Блейк: Неважно.

Джесс: Сейчас подходящий момент, чтобы спросить тебя, не нужна ли тебе компания на концерт Хозиера? #Пожалуйстаскажида #Радитебяявралатвоеймаме

Блейк: Стой. Это вымогательство?