Сарина Боуэн – Год нашей любви (страница 39)

Он встал, смахивая воду с волос.

– Без проблем. Если честно, было забавно наблюдать.

И он отправился за моим креслом.

Вытеревшись и высушив волосы на январском ветерке, я застегнула свою флисовую куртку и выкатилась из женской раздевалки. У лифта, прислонившись к стене и скрестив на груди руки, стоял капитан Дэниел. Увидев меня, он выпрямился.

– Кори, – сказал он, и из-за акцента мое имя прозвучало более значительно. – Я очень сожалею.

Передернув плечами, я нажала кнопку лифта.

– Все в порядке. Со мной такое все время.

Он покачал головой.

– Правда, я чувствую себя настоящей задницей. – В его устах слово «задница» звучало очень по-британски. Зодницо. Мы сели в лифт вместе.

– Надеюсь, ты придешь на нашу игру в пятницу, – сказал он. – Ты нам очень нужна.

Я игриво улыбнулась:

– А что я получу взамен?

Упс. Кажется, я действительно флиртовала с ним – даже не знаю зачем. Впрочем, это было в некотором роде забавно.

– Ну… – Он поскреб подбородок. – Позволь купить тебе мороженое по пути домой. У меня маленькая зависимость от него, которую нужно удовлетворить.

К собственному удивлению я согласилась.

– Философия? Наверное, сложно. – Я доела последний кусочек мороженого.

– Да ничего сложного, – возразил Дэниел. – Просто способ аргументированно выражать мысли на семинарах. А ты что выберешь как специализацию?

– Еще не решила, – сказала я. – У меня много всяких мыслей.

– Тогда тебе лучше сфокусироваться на водных видах спорта – и вдохновение не заставит себя ждать, – лукаво посоветовал он.

– Такова моя стратегия, – согласилась я.

– Ты разделала нашего вратаря под орех, Кори. Надеюсь, сможешь обвести и вратаря Тернера в пятницу.

– У вратаря Тернера хорошие рефлексы, но он сидит слишком далеко от сетки.

У Дэниела был приятный саркастичный смех.

– Слишком высокий уровень анализа для водного поло. Просто ты их немного пугаешь. Соперников, в смысле. – Уголки его глаз опускались вниз, когда он улыбался.

– Я играла в хоккей. Наблюдение за вратарем – в этом вся я.

– Тогда с нетерпением жду пятницы, – сказал он и отодвинул кресло.

Когда мы выходили из кофейни, Дэниел придержал дверь. Порог шел слегка под наклоном, но я слишком поздно заметила это. Вынесшись в темноту, я чуть не переехала Хартли, который увернулся в последний момент.

– У-у-у-упс, – пропищала я, схватившись за колеса.

– Господи, Каллахан, – завопил он, – ты что, пытаешься убить меня?

Дэниел подошел и встал рядом со мной.

– Если бы она пыталась убить тебя, ты был бы уже мертв. Уж это я точно уяснил насчет Кори.

Я засмеялась.

Хартли перевел взгляд с меня на Дэниела, потом снова на меня и наконец выдавил, сжав губы:

– Точняк.

– Извини, Хартли. Правда.

В это время из соседней двери, за которой располагались банкоматы, выплыла Стейша.

– Привет, Дэниел, – сказала она, схватила Хартли за руку и потащила его к библиотеке.

Меня, конечно же, она снова не видела в упор.

– Держите хвост пистолетом! – крикнул Дэниел им двоим, и мы направились к общежитиям.

– Чувствую себя невидимкой, – пожаловалась я шепотом.

– О, она ведет себя так почти со всеми. Можешь не переживать – ты не особенная.

– Приятно слышать, – вздохнула я.

Мысль о том, что Хартли влюблен в нормальную девушку, я бы перенесла. Но вот влюбленность в монстра по имени Стейша была за гранью моего понимания.

– Она терпеть не может девчонок, – продолжил Дэниел. – Особенно это касается симпатичных.

Ого! Это что, был комплимент?

– Большинство мужчин тоже недостаточно хороши для нее, – продолжил он. – Ко мне-то она относится хорошо, поскольку я европеец. Впрочем, знание британского акцента у нее хромает, иначе бы она догадалась, что я родился не в том конце Лондона.

– Ты полон интересных теорий, Дэниел.

– В этом весь я, – согласился он.

Мы остановились у входа в Бомонт.

– Обещай, что придешь в пятницу, – попросил Дэниел.

Я протянула ему руку.

– Обещаю. И спасибо за мороженое.

– Пожалуйста. – Он шлепнул меня по руке.

Часом позже я легла спать, чувствуя, что одержала настоящую победу. Это был настоящий День Храбрости, такого еще не было у меня с тех пор, как я приехала в Харкнесс. Он, конечно, не был чем-то совершенно особенным, как Самая Странная Ночь, но впервые я поняла: жить дальше вполне реально.

Я закрыла глаза. Но прежде чем я заснула, маленький голосок прошептал мне в ухо: Хартли не понравилось, что ты ошиваешься с Дэниелом.

Представив, как беру маленький кусочек клейкой ленты и заклеиваю маленький болтливый ротик феи надежды, я заснула.

Глава 17

Это вам не секс-игрушка

Сообщение пришло примерно через 10 минут после начала моей первой лекции по Шекспиру:

Все в порядке, Каллахан?

Было невежливо писать сообщения во время занятий, но после того как Хартли дважды поинтересовался моими делами, мне пришлось спрятать телефон на коленях и набрать ответ:

Все в порядке! Прости! Я должна была тебе позвонить. Я решила сменить курс. Увидимся позже.

Ровно в полдень, когда мы с Даной обсуждали, куда сегодня пойти обедать, зазвонил мой телефон. Высветился номер Хартли.

– Каллахан! – проревел он мне в ухо. – Что ты имеешь в виду? Как это – сменить курс?

– Прости, Хартли. – Я решила соврать, чтобы не обидеть его. – Я собиралась купить учебник, но, когда просмотрела его, все оказалось точно, как ты сказал: курсы валют и кредитно-денежная политика. Эта книга должна продаваться с трехмесячным запасом эспрессо. Я, пожалуй, пас.

На другом конце линии повисла тишина.