Сарг Коврань – Повелитель Сущего (страница 3)

Около года после отъезда Кота было относительно спокойно. Благо, что закончились «посиделки» с Котом в банях и саунах, где мне приходилось изменять моей Анюте с первыми попавшимися проститутками – иначе бы меня тогда не поняли. Бойцы, которые подчинялись мне, особо не борзели и ограничивались относительно мелким рэкетом, однако в случае наездов на наших «дойных коров» давали достойную защиту. В принципе, это была частная охрана. В конце 96-го секта начала активную деятельность. Из-за этого меня, ставшего подающим большие надежды управленцем, форсировано начали вводить в руководство пермской группы секты Чернобога. Вообще-то, пермская группа была одной из самых мощных (если не самой мощной) среди всех групп нашей секты. В декабре 96-го мне пришлось подтвердить свою лояльность этой секте. Первое задание по убийству было лёгким: я со своими подчинёнными и за время нашей общей деятельности ставшими мне почти друзьями на их глазах убили какого-то урода. Почему урода? Ну, задание было таково, что я должен убить первого встречного. «Первый встречный» вызвал у меня не только омерзение, но и какой-то непонятный неоправданный гнев.

Позже выяснилось, что тот урод оказался реальным уродом: он был маньяком, который до встречи с нами убил и изнасиловал не меньше двадцати девочек от двенадцати до пятнадцати лет. Это мы уже позже узнали из милицейских сводок. Руководство сектой озадаченно почесало репы, но мне это убийство пошло в зачёт.

Следующим заданием для меня было разбойное нападение. Опять на первого же встречного. Теперь уже под присмотром кое-кого из руководителей нашей группы. И опять получилась накладка: я ограбил заезжего карманника. Тот придурок перед встречей со мной чистил карманы в автобусах, трамваях и троллейбусах. На меня пытались наехать уголовники, которые были под моими руководителями, но эти же руководители прикрыли меня.

Следующим испытанием для меня было изнасилование малолетки. В тот раз свидетелей было несколько меньше, но то, что получилось у меня со школьницей, вызвало у меня странные чувства. Это не было изнасилованием в полном смысле слова. Я и та девчонка, едва увидев друг друга, потянулись друг к другу. Я иной раз жену Анютку трахал грубее, чем тогда насиловал ту малолетку. Она лишь охнула, лишившись девственности, а я, вопреки своим планам, забыл о презервативе и выплеснул сперму в неё. Она после лишения девственности в позе раком каким-то быстрым движением соскользнула с меня, развернулась и сама же запрыгнула, обхватив меня ногами за талию. Ещё и полезла целоваться. Из-за того, что нам было хорошо, и моя сперма попала в неё, я не стал убивать её, как планировал до того, а лишь усыпил, нажав на шею. По планам от руководства мне и не обязательно было убивать её. Я просто не хотел, чтобы она увязалась за мной – я был под колпаком у контролёров от секты.

А потом явился мой двойник из иной вселенной. До сих пор не знаю всех подробностей его прошлой жизни, но он не только сам обладает способности настоящего Бога, но и его первые четыре жены, числившиеся до него достаточно серьёзными противниками, стали для нас настоящей карой божьей. Он не только уничтожил секту, поклонявшуюся Чернобогу, но спас Россию, какой она стала после развала СССР в 91-ом. Ещё и расширил, присоединив в марте-апреле 97-го те территории былого СССР, где русских было больше двадцати процентов. Плюс присоединил Прибалтику, Молдавию, Грузию, Армению и Азербайджан. Из былого СССР вне России остались Таджикистан, Узбекистан, Туркмения, половина Киргизии и крохотная часть Казахстана. В начале 97-го года уже на полном серьёзе стоял вопрос о разделе России. Даже Дальний Восток и Сибирь хотели продать японцам и американцам.

Мой двойник в первые же дни уничтожил всех иерархов нашей секты. Ещё и примкнул к древним течениям не только славянского язычества, но и иных народов. В частности, на его стороне была даже Хозяйка Медной Горы, которая к моменту его появления стала Хозяйкой всего Урала и Великой Богиней. Ох и побил же он меня молниями! Он каким-то невероятным образом мог бить настоящими молниями. Эти молнии по его желанию формировались буквально в любой точке России и, кажется, мира! Несколько раз наказывал одновременно всех, кто поклонялся Чернобогу. Мне же доставалось от него ещё и в индивидуальном порядке. После каждого его удара молнией у меня болели все мышцы. Несколько раз прилетало даже до потери сознания. Впрочем, я сам виноват – по заданию чернобожцев пытался похитить его невесту, Анну Романову, которая была дочкой губернатора Пермской области, а потом и Президента России – Владимира Романова. Один раз вообще вырубил теми молниями в учебном корпусе. Да, тогда я хотел похитить Анну Романову. Увы, не сложилось: был удар током до потери сознания. Очнулся я уже в медкабинете, откуда выбрался уже затемно. Микроавтобус, на котором мы планировали вывести Анну Романову, стоял пустым на стоянке около Универа. Сама же Анна безусловно уже давно слиняла из университетского городка. Я с трудом уехал домой.

Потом, уже при жизни моего двойника в Перми, было похищение малолеток, но после Аси (так звали изнасилованную малолетку) те малолетки были для меня какими-то безликими. Хоть они и выглядели невинно, но иной раз в их взгляде проскакивало нечто отталкивающее: лицемерие, гордыня, склонность к обжорству, желание трахаться (хотя последним было меньше четырнадцати лет). Тогда для меня страшнее было не само похищение малолеток, а то, что руководство потребовало для грядущего сатанинского ритуала моего ребёнка. Я похищал тех девочек словно в тумане. Даже не говорил о том, что те девочки и девушки не так и невинны. Одну при мне принесли в жертву деревянному истукану в ближайшем капище: раздели и под её крики ужаса выцедили практически всю кровь. Бунтовать уже не имело смысла – я был замаран в уголовщине по самые уши! Ещё и соучастие в этом ритуале подсадило меня на крючок: я похитил её и был свидетелем её казни. Даже крови её попил! Правда, после того жертвоприношения за эти похищения взялся мой двойник, и мне больше не удалось кого-либо похитить. Мне тогда вообще всё перестало удаваться. Хорошо, что после этого перепадало не только мне – мой двойник взялся за всю нашу секту.

Двадцатого февраля 97-го года пропала моя беременная жена, и я едва не сошёл с ума: посчитал, что это дело рук руководителей секты. Я буквально за три дня до этого отправил её к своим родственникам в Подмосковье. Я посчитал, что её похитили из поезда. Меня вызвали на «беседу» – о том, что я отправил Анюту вон из Перми, они ещё не знали. Слово за слово, и я окончательно тронулся умом. То, что было после той беседы, я вспоминаю, как какой-то невероятный кошмар и откровенный бред. Вспоминаются подземелья капища на Первой Вышке. Я иду по нему, и с невероятной силой раскидываю и буквально размазываю по стенкам всех, кто там есть. Всех жрецов и прислужников Чернобога. В меня пытаются стрелять, но ни одна пуля не попадает в меня. Я тогда перебил всех жрецов и прислужников – ни один не ушёл. Хотел выпустить будущих жертв Чернобогу, но камера оказалась пуста. Я пошёл к капищу, повалил всех истуканов и насрал на них. И отрубился.

Очнулся в дикой депрессии в какой-то крестьянской избе начала двадцатого века. Со мной была счастливая и плачущая Анюта. Я был настолько опустошён, что никак не реагировал на неё. Больше двух недель жил в её компании и компании соседей. Соседями оказались, как я понял, потомки каких-то крестьян, спасённых Богиней Урала. Казалось, что мы попали лет на сто назад: такие же постройки, как тогда, одежда людей и говор. И никакой техники – даже машин и тракторов не было, не говоря о телевидении и сотовой связи. Только это не было прошлым – нас с Анютой забрала к себе Хозяйка Урала, и мы были где-то очень глубоко под землёй. Не отпускала из-за того, что из-за депрессии я стал тряпкой, а Анюта волновалась и из-за этого могла родить в любой момент. Так и жили там больше двух недель, до шестого марта.

Шестого марта явились демиурги. Ими оказался мой двойник, Анна Романова, двойник знакомого мне Вовика Бутова и ещё три девушки, которые оказались тогда ещё невестами моего двойника. Мы вместе с ними и аборигенами нагишом купались в каком озере. Среди прочих я заметил несколько девочек, которых похитил, но особого вида не показал, что знаю их. Потом демиурги преобразились в Богов и Богинь, и вернули нас по домам.

Меня вернули домой не только вместе с моей Анютой, но и доставили к нам Асю, которую, как я считал, изнасиловал. Хоть её частенько называли Настей и Настенькой, но она полюбила то, как я называю её Асей. Меня и Анюту ещё в пещере обработал Вова Бутов (не тот, которого я знал в родном посёлке, а из иного мира), оказавшийся демиургом, и мы приняли Асю, которая, как оказалось, залетела от того изнасилования. Сперва, конечно, был скандал от Анюты в пещере, а потом уже в нашей с Анютой квартире упрёки от Аси.

«Почему ты сбежал тогда? Нам же обоим было хорошо!» – выговаривала она с обидой, но не со злостью, как я ожидал. Мало того, я всю ночь трахался с этой Асей, а моя жена Анюта ушла спать в другую комнату.