Сара Шепард – Особо опасные (страница 22)

– Конечно, не хочешь, – проворчала Спенсер. – Ты ведь никогда не делала мне больно. – Она с силой толкнула дверь и, выскочив, громко захлопнула ее за собой.

В школьных коридорах пахло свежей выпечкой, как в кафе Steam. Когда Спенсер подошла к своему шкафчику, из туалетной комнаты выскользнула Эли. Ее голубые глаза сияли, выделяясь на фоне блейзера.

– Привет! – воскликнула она, обнимая Спенсер за плечи. – Ты-то мне и нужна. Мы ведь вместе будем готовиться к завтрашним танцам, правда?

– Да, – сказала Спенсер, слишком быстро набирая шифр замка и пропуская одну цифру. С досады она пнула ногой металлическую дверцу.

Эли нахмурилась.

– Что-то не так?

Спенсер покрутила головой, пытаясь успокоиться.

– Мелисса доводит меня до ручки.

Эли уперла руки в бока. Двое ребят из футбольной команды, проходя мимо, одобрительно присвистнули.

– Вы опять поругались из-за мамы?

– Нет… – Спенсер наконец-то открыла свой шкафчик. Она скинула пальто и повесила его на крючок. – На самом деле из-за тебя.

– Из-за меня? – Эли прижала ладонь к груди.

– Да. – Спенсер рассмеялась. – Я ей сказала, что мы вместе тусуемся. Она посоветовала держаться от тебя подальше.

Эли смахнула с блейзера невидимую пылинку.

– Ну, может, она печется о тебе.

Спенсер фыркнула:

– Ты знаешь Мелиссу. Обо мне она уж точно не печется.

Эли напряглась.

– Так почему же она так сказала?

Спенсер прикусила нижнюю губу. Мелисса и Эли никогда не ладили. Эли была единственной, кто никогда не подлизывался к Мелиссе. Незадолго до своего исчезновения она даже поддразнивала Мелиссу, намекая на то, что Йен мог завести новую подружку, пока Мелисса проводила каникулы в Праге. И Мелисса наверняка подозревала, что Эли путается с Йеном. Пару месяцев назад Спенсер и Мелисса нежились в горячей джакузи на заднем дворе, и Мелисса обмолвилась, что знает об изменах Йена. «Йен будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь», – сказала она тогда. Спенсер спросила, как она собирается наказать девушку, с которой изменил Йен, и Мелисса загадочно улыбнулась: «А кто сказал, что она не наказана?»

Грохнула дверца соседнего шкафчика. У кого-то тренькнул сотовый телефон. Музыка в коридорах смолкла, и это означало, что пора расходиться по классам. Спенсер подняла взгляд. Эли пристально смотрела на нее, как будто пытаясь прочитать ее мысли.

– Как ты думаешь, может Мелисса знать, что ты не Кортни? – спросила она.

Эли попятилась назад и нахмурилась.

– Нет. Это невозможно.

– Ты уверена?

– Абсолютно. – Эли перекинула длинные светлые волосы через плечо. Рядом какой-то мальчишка замешкался и уронил учебник биологии на мраморный пол. – Если честно, Спенс, Мелисса, наверное, просто ревнует. У вас обеих теперь есть еще одна сестра… и ты мне нравишься больше.

Теплое, успокаивающее чувство разлилось в душе Спенсер, когда Эли попрощалась и направилась в соседнее крыло, где находились творческие мастерские. Спенсер поспешила в свой класс, но, когда проходила мимо кафе Steam, стопка свежих газет Philadelphia Sentinel на полке при входе привлекла ее внимание и заставила остановиться.

– О боже, – прошептала она.

Первую страницу газеты целиком занимал полароидный снимок, найденный Арией вчера вечером. Размытые пугающие глаза смотрели прямо на Спенсер. Она сразу узнала это лицо.

Мелисса.

18

Пара фэшиониста, один хитроумный план

В пятницу, хотя на часах было всего лишь четыре пополудни, Rive Gauche, французское бистро в молле King James, уже оккупировали хорошо одетые, ухоженные старшеклассницы. Шикарные кожаные сумочки валялись на свободных стульях, а под столами громоздились огромные блестящие пакеты с логотипами люксовых брендов. Официанты в накрахмаленных белых рубашках и узких черных брюках сновали между столиками, подавая посетителям бутылки вина и крем-брюле. В воздухе разливались запахи улиток, запеченных в особом сливочном масле, и аппетитно прожаренного бельгийского картофеля.

Ханна счастливо вздохнула. Она давно не наведывалась в Rive Gauche и очень скучала по этому ресторану. Даже просто постоять в лобби Rive Gauche – этого было достаточно, чтобы проникнуться невероятным ощущением собственного благополучия. Чем не сеанс мгновенной психотерапии?

Администратор проводила Ханну и Эли в обеденный зал. Обе девушки тащили тяжелые пакеты из бутика Otter. За последние полтора часа они перемерили практически все, что нашлось в магазине. На этот раз не только Эли вертелась перед трехстворчатыми зеркалами в платьях второго размера и джинсах «скинни» двадцать пятого размера, в то время как Ханна сидела, развалившись на диване уродливой прыщавой коровой. Сегодня и Ханна блистала в брюках с завышенной талией, платьях с запа́хом и облегающих сорочках. Эли даже спросила у Ханны модного совета по поводу светлого денима – в конце концов, она просидела взаперти с психами целых три года и, понятное дело, отставала от жизни.

Единственное, что несколько омрачало настроение Ханны, так это воспоминание о том, как в последний раз она приходила в Otter с бойфрендом – Майк привел сюда Ханну на первом свидании и выбирал ей для примерки самые вызывающие и обтягивающие шмотки. Ханна вкратце рассказала Эли про Майка, поинтересовавшись, не стоят ли за розыгрышем с грязными трусами Наоми и Райли. Эли сказала, что не знает наверняка, но ее бы это не удивило.

Эли и Ханна устроились в кабинке. Эли достала из пакета Otter шелковый шарф и замотала его вокруг шеи.

– Я хочу, чтобы завтра после танцев мы все поехали в наш домик в Поконо. Напьемся, посидим в горячем джакузи, возобновим старую дружбу…

– Клево! – Ханна захлопала в ладоши.

Эли помялась в нерешительности.

– Как ты думаешь, остальные согласятся?

– Спенсер и Эмили – железно, – ответила Ханна. Но вот Ария… она все талдычила про какой-то старый колодец желаний. «Эли сказала, что она нарисовала его на своем флаге, – шепотом сообщила она Ханне по телефону вчера вечером. – Она когда-нибудь рассказывала тебе об этом колодце?»

«Нет, но какая разница?» – ответила Ханна, не понимая, к чему она клонит. Положим, у Эли был свой колодец желаний, который она держала в тайне от всех. Но кого это волновало?

– Нам надо будет запастись алкоголем и закусками, – сказала Эли, загибая пальцы на руке.

Ханна представила себе поездку в горы Поконо. Они бы играли в алкогольные игры и делились секретами. Прыгали бы в горячее джакузи – в стрингах и бикини, и Ханна уже не прикрывала бы стыдливо свой рыхлый живот. Когда-то Ханна изводила себя беспокойством о том, что она – посмешище в их компании и вечный кандидат на вылет. Но теперь в городе появилась новая Ханна – красивая, худющая, уверенная в себе.

Тощая официантка с французским пучком и высокими скулами подошла к их столику. Ханна вернула меню, не заглядывая в него.

– Мы будем moules frites[21].

Официантка кивнула и ушла, мимоходом останавливаясь у столика, за которым сидели девчонки из квакерской школы.

Эли вытащила айфон из потертого кожаного чехла.

– Итак. Приступаем к операции ПЭСМ – «Поставить Этих Сучек на Место».

– Отлично, – оживилась Ханна. Она давно ждала этого момента. Сегодня в школе Кейт, Наоми и Райли просто выпрыгивали из штанов, рассказывая всем про облом с билетами на дефиле. И утром за завтраком Кейт пожаловалась отцу Ханны на то, что из-за глупой выходки Ханны, которая нарочно заставила их тащиться в Нью-Йорк, ей пришлось пропустить репетицию «Гамлета». Как обычно, мистер Марин поверил Кейт. Ханна даже не стала оправдываться. Какой смысл?

– Я придумала, что мы с ними сделаем. – Эли постучала по экрану айфона. – Помнишь тот девичник у вас дома?

– Да. – Ханна затолкала пакеты Otter под банкетку.

Эли начала нажимать кнопки на телефоне.

– Короче, пока тебя не было, мы махнули рома, и девчонки стали писать любовные письма своим пассиям.

– Любовные письма? Серьезно? – Ханна сморщила нос. – Это как…

– Как в седьмом классе? – Эли закатила глаза. – Я знаю. Во всяком случае, ты бы видела эти письма. Пошлятина та еще. – Она перегнулась через стол, и ее рот оказался так близко, что Ханна могла уловить клубничный запах блеска для губ. – Я, разумеется, осталась в стороне от этого, потому что Кортни отсутствовала здесь достаточно долго и еще не успела влюбиться. Но прямо перед своим уходом я украла эти письма и отсканировала их на компе в кабинете твоей мамы. Они у меня в телефоне. Мы можем распечатать их и раздать на танцах. В конце концов, День святого Валентина – это же про безответную любовь!

Эли вывела изображения на экран и помахала телефоном перед носом Ханны. Кейт в своем письме признавалась в тайной страсти к Шону Эккарду, бывшему парню Ханны, и клялась ходить вместе с ним на заседания Клуба девственников. Любовное послание Райли предназначалось Сету Кардиффу, коренастому пловцу. Видимо, ей очень нравилось, как он выглядит в тесных плавках Speedo. Наоми объяснялась в любви к Кристофу Бриггсу – эксцентричному руководителю драмкружка – и писала, что хочет быть первой, кто «сделает из него натурала». Вместо подписи каждая девушка оставила на письме отпечаток собственных губ, накрашенных красной помадой. Похоже, они были в стельку пьяные, когда сочиняли эти шедевры.

Как унизительно.

– Класс. – Ханна хлопнула ладонью по высоко поднятой раскрытой ладони Эли.