Сара Шепард – Невероятные (страница 39)
Берегись… а то и ты, стерва, станешь трупом. – Э.
31. Некоторые тайны имеют более глубокие корни
Ария открыла глаза. Кто-то мокрый и пахучий лизал ее лицо. Она протянула руку, и ладонь утонула в мягкой теплой шерсти. Почему-то она лежала на полу арт-студии. Вспышка молнии озарила помещение, и Ария увидела Дженну Кавано и ее пса.
Пронзительно вскрикнув, она резко села.
– Не бойся! – воскликнула Дженна, хватая ее за руку. – Не волнуйся! Все нормально!
Ария ползком попятилась от Дженны и ударилась головой о ножку стола.
– Не бей меня, – прошептала она. – Пожалуйста.
– Тебе ничто не угрожает, – заверила ее Дженна. – Думаю, у тебя случился приступ паники. Я пришла сюда за своим альбомом, но потом услышала твой голос – и, когда подошла к тебе, ты упала.
В темноте Ария громко сглотнула.
– Одна женщина, которая вместе со мной посещает занятия по дрессировке собак-поводырей, тоже страдает приступами паниками, поэтому я немного об этом знаю. Я пыталась вызвать «скорую», но у меня не работает мобильник, и я просто осталась с тобой.
По аудитории гулял сквозняк, приносивший запах мокрого, умытого дождем асфальта, который на Арию обычно действовал успокаивающе. Она безусловно ощущала, что перенесла приступ паники. Все признаки налицо: она обливалась потом, с трудом соображала, сердце едва не выскакивало из груди.
– Сколько я пробыла в отключке? – сиплым голосом спросила девушка, расправляя плиссированную юбку, чтобы прикрыть ноги.
– С полчаса, – ответила Дженна. – Наверно, при падении ты еще и головой ударилась.
– Или сон меня сморил, – пошутила Ария.
Она вдруг почувствовала, что вот-вот расплачется. Дженна не желала ей зла. Дженна сидела с ней, с чужим для нее человеком, пока она лежала на полу, как бревно. Не исключено, что она еще и слюни пускала Дженне на колени и болтала во сне. Ей вдруг стало ужасно стыдно, до тошноты.
– Я должна кое в чем признаться, – выпалила Ария. – Меня зовут не Джессика. Я – Ария. Ария Монтгомери.
Пес чихнул.
– Да, я знаю, – сказала Дженна.
– Знаешь?
– Ну… узнала. По голосу. – Дженна как будто извинялась перед ней. – Почему ты назвалась другим именем?
Ария зажмурилась, прижала ладони к щекам. Новая вспышка молнии осветила аудиторию, и Ария увидела, что Дженна сидит на полу, скрестив ноги по-турецки и ладонями обхватив лодыжки. Ария сделала глубокий вдох, наверно, самый глубокий в своей жизни.
– Я обманула потому… в общем, ты еще кое-что должна обо мне знать. – Она уперлась ладонями в грубые деревянные половицы, собираясь с духом. – Про тот вечер, когда с тобой случилось несчастье. То, о чем тебе никто никогда не говорил. Ты, наверное, плохо помнишь, что тогда произошло, но…
– Это неправда, – перебила Дженна. – Я помню все.
В отдалении громыхнул гром. Где-то рядом сработала автомобильная сигнализация. Следом пронзительно завыли и заверещали другие машины. У Арии перехватило дыхание.
– Как это? – ошеломленно прошептала она.
– Я помню все, – повторила Дженна, водя пальцем по подошве туфли. – Мы вместе с Элисон это устроили.
Ария обмякла всем телом.
– Что-о?
– Мой сводный брат постоянно пускал фейерверки с крыши своего шалаша на дереве, – объяснила Дженна, хмурясь. – Родители предупреждали его, что это опасно – одно неверное движение, и петарда полетит прямо в дом, возникнет пожар. Они пригрозили отправить его в школу-интернат, если он еще раз устроит фейерверк. И это было их окончательное решение. В общем, мы с Эли договорились украсть петарды из запасов Тоби и подставить его, чтобы родители подумали, будто это Тоби запустил фейерверк. Я попросила Эли мне помочь, потому что в тот вечер родители были дома, а они и так уже за что-то злились на Тоби. Я хотела, чтобы он поскорей исчез из моей жизни. Он… – голос Дженны сорвался —…он не был хорошим братом.
– О боже, – проронила Ария, сжимая и разжимая кулак. Она пыталась осмыслить то, что рассказывала Дженна.
– Только… все вышло совсем не так, – дрожащим голосом продолжала та. – В тот вечер я была с Тоби в его шалаше. И как раз перед тем, как это случилось, он глянул вниз и сердито сказал: «По нашему газону кто-то шастает». Я тоже посмотрела вниз, притворяясь, будто удивлена… а потом вспышка и… жуткая боль. Глаза… лицо… казалось, они расплавились. Думаю, я потеряла сознание. После Эли сказала мне, что она заставила Тоби взять вину на себя.
– Точно, – едва слышно выдохнула Ария.
– Эли быстро соображала. – Дженна чуть поменяла положение, и пол под ней скрипнул. – И слава богу. Я не хотела, чтобы у нее были неприятности. И в общем-то мое желание исполнилось. Тоби уехал. Исчез из моей жизни.
«Но ты… ты же ослепла! – хотелось крикнуть Арии. – Неужели это того стоило?» У девушки заболела голова оттого, что она пыталась уразуметь услышанное. Весь ее мир перевернулся. Как будто кто-то объявил, что животные способны говорить, и теперь вселенной правят собаки и пауки. Потом ее осенила еще одна мысль. Эли все устроила так, что подозрение пало на Тоби, но ведь это Эли
– Значит, вы с Эли… дружили? – тихим голосом недоверчиво спросила Ария.
– Не совсем, – отвечала Дженна. – До этого случая нет… пока я не рассказала ей про Тоби. Я знала, что Эли поймет. У нее тоже были проблемы с братом.
Отблеск молнии упал на лицо Дженны. В ее спокойных чертах сквозила деловитость. Прежде чем Ария успела спросить, что та имеет в виду, Дженна добавила:
– Ты еще кое-что должна знать. В тот вечер там был кое-кто еще. И все видел.
Ария охнула. В памяти мгновенно всплыла картина того вечера. Петарда, взорвавшаяся в шалаше на дереве, озарила двор. Ария всегда была уверена, что она заметила темную фигуру, притаившуюся у бокового крыльца дома Кавано, но Эли утверждала, снова и снова, что ей это только привиделось. Арии хотелось шлепнуть себя по лбу. Это же очевидно, кто был тот человек. Как она сразу не догадалась?
Я все еще здесь, стервы. И мне известно все. – Э.
– Ты знаешь, кто это был? – прошептала она, ощущая в груди частые толчки сердца.
– Не могу сказать.
Дженна резко отвернулась.
– Дженна! – вскричала Ария. – Прошу тебя! Ответь! Мне нужно знать!
Внезапно включилось освещение. Комнату залил свет, да такой яркий, что у Арии заболели глаза. Флуоресцентная лампа загудела. Ария увидела кровь на своих руках: оказалось, у нее рассечен лоб. Из ее сумки все вывалилось на пол, и пес Дженны съел половину питательного батончика.
Дженна сняла темные очки. Ее незрячие глаза смотрели в никуда, переносицу и нижнюю часть лба обезображивали морщинистые шрамы от ожогов. Содрогнувшись, Ария отвела взгляд.
– Дженна, прошу тебя. Ты не понимаешь, – тихо произнесла Ария. – Происходит нечто ужасное. Ты должна мне сказать, кто еще там был!
Опираясь на спину собаки, Дженна поднялась с пола.
– Я и так сказала слишком много, – сиплым дрожащим голосом ответила она. – Мне пора.
– Дженна, пожалуйста! – взмолилась Ария. – Кто еще там был?
Дженна помедлила, снова надевая темные очки.
– Прости, – прошептала она, натягивая собачий поводок.
Она застучала тростью по полу, неуверенно продвигаясь к выходу. И скрылась за дверью.
32. В самом аду нет фурии страшнее…
Застав Тристу с Ноэлем, Эмили выскочила из помещения бассейна и побежала искать Спенсер с Ханной. Нужно срочно сообщить им, что Ария известила полицию об «Э»… и показать куклу, которую Эмили только что нашла. Когда она обходила игорные столы по второму разу, на плечо ей легла чья-то холодная рука. Вскрикнув, Эмили обернулась. За спиной у нее стояли Спенсер и Мона.
– Эмили, нужно поговорить.
– Мне тоже нужно вам что-то рассказать, – выдохнула она.
Спенсер молча потянула ее через танцпол, где выплясывал Мейсон Байерс, выставляя себя полным придурком. Ханна болтала с отцом и миссис Чо, преподававшей в ее классе фотоискусство. Лицо Ханны омрачилось, когда Спенсер, Мона и Эмили подошли к ней.
– Есть минутка? – спросила Спенсер.
Они отыскали пустую кабинку и укрылись в ней. Спенсер без лишних слов полезла в расшитую бисером сумочку и извлекла фотографию Эли и Йена Томаса. Кто-то перечеркнул лицо Эли и в нижней части снимка заостренным почерком написал:
Эмили прикрыла рот ладонью. Знакомая фотография. Где она раньше ее видела?
– Я нашла это в своей сумочке, когда была в туалете.
Спенсер перевернула фото.
– В сумочке? – охнула Ханна. – Значит, «Э» здесь?
– Однозначно, – подтвердила Эмили, окинув взглядом зал.