Сара Ривенс – Невольница. Книга 2 (страница 11)

И все же я это сделал.

Я разрушил ее из-за своего дерьмового эгоизма, из-за сраной боязни привязаться, из-за ненависти к самому себе. Я был ее недостоин. Она стоила большего, чем отморозок, готовый уничтожить ее, чтобы защитить себя. Чем говнюк, который облегчал свою боль, причиняя боль ей, и не умел сдерживать гнев.

Она достойна лучшего, чем я. И я это знал.

Я должен ее забыть.

Так лучше для нее.

Я должен позволить ей идти дальше.

— Бен! — заорал я из своей комнаты. — Собирай манатки, мы сваливаем.

Глава четвертая Предложение

Элла

Воздух был ледяным. Дрожа как лист, я оглядывалась по сторонам, но везде было одно и то же. Ничто. Инстинкт вопил, что нужно бежать. Сердце забилось еще быстрее, когда в этом пустом и темном пространстве эхом раскатился хохот.

Тот самый хохот. Хохот моих демонов.

Вдали я заметила луч света. По щекам полились слезы облегчения, губы задрожали, и я кинулась бежать к этому свету.

Открытая дверь. Конец туннеля.

Эшер.

Я видела силуэт Эшера. Я бы узнала его среди тысячи.

Смешки и перешептывания приближались. Паника и инстинкт выживания били тревогу, я устала, мне было плохо.

Очень плохо.

— Ты не уйдешь…

Крик ужаса сорвался с моих губ, когда их руки вцепились мне в волосы и шею. Я ускорила шаг, чтобы вырваться из грязных пальцев.

— Тебе понравится…

— Ты похожа на мою дочку… мне хочется ее трахнуть…

Я рыдала все сильнее, к горлу подступила желчь. Но мои глаза не отрывались от силуэта Эшера. Он спасет меня. Он должен меня спасти.

Он обещал.

Рука схватила меня за плечо. Я отбивалась как могла, но тут на долю секунды все вокруг замерло. Он только что закрыл дверь. И оставил меня снаружи, одну. С ними.

— ОТКРОЙ! УМОЛЯЮ, СПАСИ МЕНЯ!

Я кричала, но ни единого звука не вылетало из моего рта, который сейчас был зажат грубыми руками. Их становилось все больше, они рвали мою одежду, и я чувствовала, что не выдержу.

Я умру. Задохнусь. Эти руки меня убьют.

— Помоги мне… Эшер…

Резко подскочив на кровати, я проснулась. Меня неудержимо колотило. Сердце чуть не останавливалось. Грудную клетку сдавило, дыхание сбилось.

Я не могу с этим справиться. Я сейчас умру.

Я умираю.

Мышцы свело до боли. Комок в горле не давал сглотнуть.

Элла, это просто очередной кошмар. Всего лишь ночной кошмар.

Я успокаивала себя как могла, потому что знала: у меня опять паническая атака, а парализует меня инстинкт самосохранения. Тело и мозг посылают один и тот же сигнал: не двигайся. Нельзя шевелиться. Как тогда, с ними.

Но я должна выбраться из порочного круга.

Тебе нечего бояться.

Они далеко. Ты в безопасности.

Тело стало вместилищем и рабом моих страхов. Пора действовать. Я должна действовать.

Я медленно прикрыла глаза, чтобы успокоить дыхание. В памяти всплыли указания психотерапевта:

«Сделай глубокий вдох и досчитай до четырех. На секунду задержи дыхание и медленно выдохни, считая до четырех».

Я с трудом выполнила инструкции Пола. Мысли путались, а сбившееся дыхание делало задачу еще сложнее, но деваться было некуда.

У тебя паническая атака. Ты не умрешь.

Все будет хорошо. Вдохни… задержи… выдохни. Еще раз.

Мало-помалу дыхание выровнялось, по щекам потекли слезы. Меня охватила гордость за то, что я справилась.

Получилось. Продолжай, не останавливайся.

Через несколько бесконечных минут тело снова стало меня слушаться.

— Прошло…

Я повторила это слово много раз, чтобы поверить. Этот нескончаемый бой я вела слишком часто. Год выдался чудовищным. И никого рядом, чтобы меня разбудить и помочь. Мне приходилось в одиночку противостоять своим демонам, страхам и ночным ужасам. Тело вырывало меня из сна, как только чувствовало, что умирает. Инстинкт самосохранения заставлял сердце биться быстрее.

Вначале я не застывала во время приступа. Тело мне подчинялось. Но сейчас я словно перестала быть себе хозяйкой. Как раньше.

Как у Джона.

Приступы становились все более жестокими и все менее управляемыми. Они сводили меня с ума, тело становилось моим врагом, и немая война, которую я вела сама с собой, становилась все беспощадней.

Я вот-вот проиграю. Вот-вот потеряю себя в сражении со скрытыми демонами-садистами. Они ждали, пока я усну, чтобы завладеть мною. Ждали, пока я расслаблюсь, чтобы вернуться и напомнить: они часть меня и мое тело принадлежит им.

Даже если они далеко.

Пол обещал, что однажды они перестанут меня преследовать. Если я буду сильной и верну себе контроль.

Но была ли я сильной? Вряд ли.

Я была слабой. Я глубоко нуждалась в чьей-то поддержке и помощи, и это в корне подрывало мою волю идти в одиночку по темным тропам своей души.

Но, несмотря ни на что, душа эта оставалась целой. Она пылала внутри, стремясь освободиться от своих цепей, от моих страхов. От страха проиграть и остаться слабой девчонкой, которую используют как заблагорассудится. От которой отмахиваются, чьего мнения не спрашивают. Которая подчиняется желаниям других, а своих потребностей не замечает.

Этой девчонкой была я. По меньшей мере частично.

Однако я отказывалась жить в ее шкуре. Я ненавидела саму себя. Мне было противно от себя.

Горло сжалось, когда эта ненависть затопила меня — она нарастала с каждым днем, особенно если я видела счастливых людей.

Однажды я из любопытства отправилась в парк. И напрасно. Я почувствовала себя ничтожно маленькой в толпе, и, когда на мне остановился чей-то взгляд, у меня чуть не начался приступ паники. Но мне хотелось посмотреть вокруг. Хотелось посидеть на траве и побыть вне дома.

Я запомнила девушку, которая со своим парнем устроила пикник. Она делала селфи, грелась на солнце. Она была так красива, так полна жизни, и смех у нее был такой заразительный, что я невольно улыбалась в ответ и становилась счастливее.

Она воплощала жизнь и молодость, которых у меня никогда не было.

Каково это — быть такой девушкой, как она? Радоваться каждой секунде, не задаваясь одними и теми же вопросами: на своем ли я месте? Нужна ли я?

Ее глаза искрились, мои были пусты. Я тоже хотела бы радоваться каждой минуте, глядя, как чудесно это получается у нее. Но я могла лишь смотреть, как живет она. И ненавидеть себя еще больше.