Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 89)
Тот изогнул губы в улыбке и ответил притворно сладким голосом:
– Знал бы ты, что я хочу с ней сделать! Поиметь ее у стены лифта – это лишь крошечная часть.
– Держи свои фантазии при себе, – выдохнула Белла, закрыв глаза.
Эш коварно улыбнулся. Никогда не просите Эша остановиться…
– Знаешь, какая у меня главная фантазия, Белла?
– Умолкни! – крикнула она, закрывая уши.
– Она полностью в моей власти, готова мне сдаться. Она выкрикивает мое имя, смотрит на меня и умоляет продолжать до самого рассвета. Я трахаю ее хорошенькую поп…
– Так! Мы все поняли! – перебил я.
Впрочем, я все запомнил.
– Впечатываю ее в кровать так сильно, что…
– ЭШ! – заорала Белла, и он расхохотался.
– У меня сегодня отличное настроение. Офигеть! – изрек кузен и удалился.
– Напомни, как ты ее нашел? – спросила Киара, все еще пораженная тем, что Изобел в наших руках.
– В вонючем клубе в самом центре Манхэттена. Она была в говно, а я пришел туда с Беллой, – коротко поведал я.
– По идее, она должна быть с Уильямом. Не понимаю, почему она явилась одна…
Вместо ответа я пожал плечами. Мне было наплевать, почему она была одна в ту ночь. Я хотел лишь одного – чтобы пришел Эш и спросил у нее, где «жених». О, легок на помине. Он как раз вошел в дверь.
– Где эта шлюха?
– В подвале, – ответила Киара, поднимаясь со стула.
Кузен ядовито осклабился и объявил:
– Пришло время воссоединения. Пойдем встретимся с моей бывшей.
Глаза его устрашающе сверкали. Когда Эш вот так радостно рвется к человеку, которого ненавидит, жди воплей боли и очень много… кровищи.
Глава тридцать седьмая. Голубой или зеленый
– Ты… – выдохнула Изобел, когда ее бывший вошел в комнату.
Двое мужчин, стоявшие навытяжку за креслом Изобел, и глазом не моргнули, увидев босса.
Скрестив руки на груди, я отшагнул к двери вместе с Киарой. Эш, посмеиваясь, взял второй стул и сел напротив Изобел. Та смотрела на него так, будто видела впервые.
Кузен зажал в зубах сигарету.
– Ты все так же красива… – С его уст сорвался издевательский смешок. – И все такая же сволочь. Некоторые вещи не меняются.
– Не такой я ожидала встречи, Эш. Надеялась на гостеприимство, – с притворным вздохом произнесла она. – Почему я здесь?
– Не торопись, Джонс, у нас куча времени! Лучше расскажи, что ты делала на Манхэттене.
Она в свою очередь ухмыльнулась и ответила наглым тоном:
– Я отрывалась в отпуске, как вдруг один из твоих людей решил похитить меня. Еще и во время моей любимой песни!
Она поморщилась, разминая запястья, прикованные к металлическому стулу наручниками.
– У тебя отпуск? – повторил Эш. – С каких пор твой хозяин позволяет тебе разгуливать в одиночку?
Она рассмеялась:
– Ты говоришь так, будто я его собака, Скотт.
– Для меня так и есть, – откровенно заявил он, снова затянувшись.
– Собака, которую ты трахал и при этом любил…
Взгляд Эша потемнел, но он не повелся на провокацию. Посмотрев на своих людей, спросил:
– У вас здесь есть пепельница?
Мужчины покачали головой.
– Какая жалость, – пробормотал Эш.
Он поднес горящий окурок к ключице Изобел. И, ухмыляясь, прижал его к загорелой коже.
Джонс закричала от боли, извиваясь на стуле. Эш горящими глазами смотрел, как она страдает. Не хотел бы я оказаться на месте этой сучки. Кузен может быть настоящим садистом, когда захочет.
– Какой же ты все-таки козел! – выплюнула Изобел сквозь стиснутые зубы.
– Ты так думаешь?
Эш отодвинул стул, зашел к ней за спину и прислонился к стене.
– Я твоего мнения не разделяю, – добавил он.
Изобел прерывисто задышала, и комнату заполнили тихие стоны.
– Что тебе от меня нужно? – безжизненно просипела она, не оборачиваясь.
– У тебя есть неприятная привычка торопить события.
– А у тебя… продлевать… удовольствие, как я погляжу, – усмехнулась она, дергаясь на стуле.
– Отвечай, Джонс, что ты делала на Манхэттене? Без своего хозяина, – уточнил Эш, вынимая новую сигарету.
– Я уже сказала: у меня отпуск, – сварливо повторила она. – Когда Уильям узнает, что ты похитил меня, он приедет и тебя убьет.
Угроза Изобел возымела обратный эффект: кузен разразился неудержимым смехом. И хуже всего то, что это был настоящий смех, без капли иронии.
Я хмыкнул, а Киара недовольно покачала головой.
– Ладно, признаю, что твое чувство юмора стало получше, раньше ты меня так не веселила, – хохотнул Эш, подойдя к ней. – Пусть приезжает! Это избавит меня от необходимости искать этого труса и отщепенца.
– Что тебе от меня нужно? – спросила она снова, злобно вперившись в него.
– Здесь вопросы задаю я, – заявил Эш, поставив стул перед ней и усевшись.
Он изучал ее лицо, все еще искаженное болью. Я возрадовался, глядя на это.
– Где он?
Два слова. Один вопрос.
И хохот, на этот раз – ее.
– Ты похитил меня, чтобы выйти на Уильяма? – нагло спросила она. – Он, может быть, и трус, но… ты никогда не мог до него добраться.