Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 91)

Она досадливо вздохнула:

– Лох-несского чудовища не существует, Бен. К тому же для тебя это идеальный вариант!

Второй дом был очень стильным, довольно большим, и вид из него был потрясающий. Обставлен он был деревянной мебелью в белых и коричневых тонах, что смутно напоминало дом Рика. Но этот дом был для семьи, а не для бандита-одиночки.

– Куда едем? – спросил я, переписываясь с Беллой.

– В офис. Эш позвал нас на вторую часть экзекуции. Или тебя подбросить до дому?

Я покачал головой. Я хотел видеть, как она страдает, – так же, как Эш страдал из-за нее, как страдал Роб, как страдала вся семья, включая меня. То, что она сотворила, было непростительно. Я хотел, чтобы она заплатила за то, что отняла у нас.

Когда мы подъехали к штабу, охранники открыли нам большие железные ворота. По сторонам были припаркованы несколько огромных грузовиков, куда укладывали сотни килограммов кокаина и метамфетамина, а также крупнокалиберное оружие, которое разлеталось как горячие пирожки.

Мужики громко орали, подгоняя друг друга, и я недовольно застонал – до чего же мерзкие голоса. Но таков мой мир.

Мы быстро вошли в темное здание и спустились в подвал. Конечно, Эш уже был там. И конечно, он уже начал.

– Ты и зрителей снова привел, – проскрипела Изобел, харкая кровью.

Ее каштановые волосы прилипли к потной коже. Руки и ноги, порезанные вчера, все еще кровили. Верхняя губа посинела от холода, а зеленые глаза свирепо пялились на нас. Так хотелось их выколоть.

– Самые верные зрители, – добавил Эш, протирая нож тряпкой. – Все еще не хочешь рассказать, где он?

Она усмехнулась и с вызовом ответила:

– Можешь истязать меня до смерти, но я знаю, что ты не сможешь меня убить. Нет… ты все еще любишь меня, Эш.

Тот рассмеялся:

– «Ты любишь меня больше всех, поэтому не посмеешь меня убить». Что ты так зациклилась на мне…

Все так же ухмыляясь, он перевел взгляд на орудие пыток. Полюбовавшись своим отражением в лезвии, положил его обратно на стол.

– Мечтать не вредно.

– Все, что ты чувствовал ко мне, ты никогда не почувствуешь ни к кому, а тем более к ней. Потому что она никогда не будет мной.

Эш откинул волосы со лба и сел верхом на стул напротив Изобел.

– Ты помешалась на ней? Тебе тяжело принять, что ты больше не имеешь надо мной власти?

– На ней?! – воскликнула она. – Помешалась? Ты бредишь, Скотт. Я всегда буду иметь власть над тобой, твое сердце принадлежит мне. – И, злобно оскалившись, продолжила: – Сломить тебя – залог успеха. По крайней мере, я уверена, что ты никогда ни с кем не будешь, я твоя первая и последняя девушка.

Грязная шлюха. Надеюсь, он тебя убьет.

– Ну уж точно не последняя, – убежденно промолвил Эш. – Я ненавидел тебя. Долгие годы я ненавидел свою любовь к тебе, пусть и ложную, но все же любовь. Ты с самого начала манипулировала мной, а я был дурачком и решил, что ты именно та, за кого себя выдаешь.

Она молча смотрела на него.

– Но меня преследуют не зеленые, а голубые глаза. Да, Изобел, я одержим Эллой, а она, в отличие от тебя, не манипулирует. Все по-настоящему.

Изобел свирепо уставилась на Эша, а он ухмыльнулся. Она ненавидела Эллу, и Эш это понимал.

– Из всех девушек, которых я знал и с которыми общался, она самая невинная и самая сильная. А ты даже рядом не лежала с моей Эллой.

– Твоей Эллой? – в который раз усмехнулась Изобел. – Ты блефуешь. Тебе плевать на эту девушку. Я слишком хорошо тебя знаю, тебе не нравятся такие наивные и невинные особы. Она явно покорная и безответная.

Эш искренне рассмеялся и снова провел рукой по волосам.

– Хочешь узнать тайну? У меня стоит на ее невинность и наивность, особенно когда она мне перечит. Поверь, будь она покорной, я бы давно сделал то, о чем мечтал, – трахнул бы ее.

Изобел отвела взгляд. Он гнул свою линию, видя, что задел ее за живое. Потому что вместо Изобел и Эша теперь были Элла и Эш. И мысль о том, что он больше не с ней, сводила ее с ума.

– У меня нет недостатка в желании, – добавил кузен, улыбаясь. – Я хочу ее так, как никогда никого не хотел, а твоя власть – лишь крупица той, которую имеет надо мной Элла.

Киара с улыбкой слушала, как он рассказывает о стремлении трахнуть Эллу, а лицо Изобел, к удовольствию Эша, исказилось от досады и гнева.

– Она просто идеальна для меня, – не преминул добавить он. – Вот только из-за тебя и твоего хозяина я не могу быть с ней постоянно, и меня это очень сильно бесит.

Он встал, повернулся к ней спиной и схватил нож.

Изобел плюнула в него.

– Надеюсь, Уильям убьет ее или позволит мне получить это удовольствие. Клянусь, Скотт, что убью ее самым изощренным способом, если появится возможность.

Внезапно он развернулся и ударил ее ножом в живот. Она снова закричала.

– Не смей прикасаться к моему ангелу, – сказал он, вонзая лезвие глубже.

Еще один вопль сорвался с ее губ, когда он стал вращать нож внутри тела. Страдания Изобел доставляли ему истинное удовольствие. Как и она сама наслаждалась чужими страданиями два года назад.

Глава тридцать восьмая. Тревожный звонок

С тех пор как уехал Бен, прошел месяц, и это был самый скучный месяц в моей жизни. А все из-за Дженкинса.

Целыми днями я читала информацию о сетевых кофейнях, искала идеи для своего будущего бизнеса, смотрела сериалы или встречалась с Джошем и Райли. Глубокой ночью, когда Бен заканчивал «работу», мы болтали по телефону, пока я не засыпала. Потому что уже несколько недель меня мучила бессонница. Похищение невесты Уильяма не шло из головы и крутилось на повторе, вызывая у меня панические атаки.

Мне очень не хватало Бена. Как настоящий преступник, он ранил мою душу и взял в заложники мое сердце. Я не до конца осознавала, насколько опасна моя привязанность к нему, но с ним было так спокойно, что я и не думала об этом. Казалось, со мной ничего не может случиться, когда он рядом. Он оберегал меня от проблем и опасностей, таящихся вокруг него.

К счастью, этот ужасно долгий месяц без Бена подходил к концу. Июнь означал каникулы, а каникулы – это Калифорния. Райли укатила на пять недель в Ирландию. Я же уехала к родителям и собиралась побыть у них два месяца, как обычно. Мать решила поехать в Тусон, штат Аризона, вместе с бабушкой, которая любила этот пустынный край и горы, тянувшиеся до самого горизонта. Что еще нужно человеку?

– Ты не скучаешь без мамы? – спросила я отца, который курил на крыльце. – Когда она там уехала, неделю назад?

Отец неспешно поболтал вино в бокале и заговорщицки глянул на меня:

– У меня тоже есть право на отпуск.

Я хихикнула и завернулась в пледик. Устроившись в садовом кресле, я любовалась звездным небом, отец сидел рядом. Вокруг царила тишина. Мне никогда не надоест покой дома моего детства.

Мысли снова вернулись к Бену. Сейчас я немного больше верила его обещанию никогда больше не бросать меня. Это обещание, которое когда-то звучало как самая сладкая ложь, теперь стало самой сладкой правдой.

Я люблю его. И никогда не переставала любить. Но этот страх вновь ощутить зияющую дыру в сердце, если он снова уйдет, заставил поверить, что мои чувства могут исчезнуть. Я злилась на него, я не забыла, что он сделал. Но тогда, в лифте, я дала ему второй шанс. И сейчас меня переполняла радость. Даже вдали от меня Бен заставлял мое сердце биться так, словно он рядом.

– Что собираешься делать теперь? – спросил отец, отвлекая меня от мыслей.

Я вздохнула:

– С одной стороны, сомневаюсь, возвращаться ли на учебу, а с другой – хочу открыть свое кафе здесь, в Лос-Анджелесе.

– Почему бы не сделать и то и другое?

– Потому что я не могу управлять кофейней, не находясь в ней физически, – объяснила я, разблокировав телефон. – В общем, в августе посмотрю.

Отец поднес бокал к губам и сказал:

– Если тебе нужен начальный капитал, чтобы запустить бизнес, не стесняйся, моя дорогая.

Я слегка улыбнулась. Отец совершенно не догадывался, что благодаря работе на Манхэттене я отложила денег, хотя, конечно, этого было мало для моих проектов. Если бы он знал, то прочитал бы мне лекцию.

Я потянулась и встала.

– Ты завтра работаешь? – спросила я.

– Конечно, у меня с самого утра встреча в Далласе. Вернусь наверняка поздно.

– Тогда ложись спать. До Техаса далеко.

С Мисти на руках я поднялась к себе. Проходя мимо отцовского кабинета, я зажмурилась, пытаясь вытряхнуть из головы кошмарное воспоминание. Уильям. По нему ни за что не скажешь, что он опасен. Если бы Бен не открыл мне глаза, я бы никогда не поверила, что он убийца, который охотится на Эша.