Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 42)
– Нет, не надо, у меня машина, – ответила она, закрыв глаза. – Мне еще нужно проследить кое за чем.
– Счета? – спросил я, разминая руки.
Она кивнула.
– Ты завтра пойдешь туда? Я имею в виду, на встречу.
Теперь уже кивнул я. Попрощавшись, торопливо вышел на улицу, сел в машину и рванул с места. И теперь, когда мысли о работе улетучились, молчание Беллы начало изводить меня. Причем сильнее, чем я осмеливался признать.
Меня бесило, что она не отвечает, но обвинять ее не мог, ведь и сам вел себя так же много месяцев. Более того, я бросил ее, так ничего и не объяснив.
Я тогда не знал, как ей сказать, почему я сжигаю мосты. Не знал, как она поведет себя, если решусь во всем признаться. Хоть сам и умирал от желания объясниться.
Мне было очень нужно все рассказать Белле. Я столько лет жил с чувством вины перед девушкой, которая, в отличие от всех остальных, разглядела во мне настоящего Бена. Я был недостоин ее. Она была слишком хороша для меня.
Я не понимал, что она во мне нашла. Несмотря на все мои ошибки, она держалась за наши отношения, хотя я просто был собой. Именно поэтому я, великий, уникальный, юморной, единственный и неповторимый Бенджамин Дженкинс, готов все исправить, даже если придется ждать годы, пока она не скажет «да».
Без четверти два. Я приехал в офис Эша одновременно с ним. Господин проверял документы, которые собирался представить семье, я же рассказывал ему, что у меня произошло с Беллой.
– В общем, со мной стала говорить ее соседка, Райли, – излагал я, заметив, что он нахмурился, ставя очередную подпись, – но Белла ничего не сказала.
– Внезапно, – фыркнул Эш. – И что дальше?
– Ну, короче, она бросила трубку. Я перезвонил, но она выключила телефон.
– Кстати, ты общался с итальянцами? – спросил Эш, меняя тему разговора.
– Да, они запросили два миллиона наличными.
– Согласовано. Что дальше?
– С тех пор она молчит, – пожал я плечами.
Он сделал глоток виски и взглянул на меня с наглой улыбочкой. Так и выпустил бы ему кишки.
– Что я хотел бы услышать, так это…
– Нежный голосок Эллы? – поддел я.
– И заодно твой, когда ты говоришь «ты был прав».
– Ты как ребенок, – ответил я, поднимаясь с диванчика перед рабочим столом. – Кстати, об Элле: кажется, у вас все наладилось…
Я усмехнулся, потому что Эш отвел взгляд и прочистил горло.
– В смысле? – спросил он, уставившись на документы.
– Ну так… На вчерашней встрече отловил ваши взгляды… друг на друга…
– Нет, – оборвал он меня. – Так, мы опоздаем.
Я победно улыбнулся. Кажется, малыш Скотт только что свернул разговор. Собрав бумаги, он пропустил меня вперед. Не спуская с него глаз, я все с той же улыбкой прошел мимо. Эш раздраженно выдохнул.
– Иди уже, – прошипел он.
Мы спустились в огромный зал, где уже собрались члены клана Скоттов. Жду не дождусь.
– Здравствуй, любимая семья, – насмешливо произнес я, открыв дверь.
Нос к носу я столкнулся с придурками, из которых состояла династия Скоттов.
– Эш, – окликнул кузена один из них, пока тот закрывал за мной дверь, – могу я узнать, зачем ты нас собрал?
– Что за срочность, из-за которой я отменил все встречи? – сердито добавил Шон.
И этот тоже приперся. Такой же козел, как и всегда.
– Присаживайтесь, – сухо произнес Эш, положив документы на стол.
Он оглядел всех одного за другим. Сегодня за большим столом собралось двенадцать человек. Среди них моя мать, Рик, Гектор, наш дядя Ричард Скотт.
Великолепное сборище мерзавцев.
Я занял свое место, а Эш так и остался стоять, опершись кулаками в стол и молча глядя на свои руки.
– Итак, – произнес Эш, – отвечая на твой вопрос, Ричард, вы собрались здесь по одной конкретной причине. Если вам так сложно посвятить час своего времени чему-то, кроме пьянства, то дверь открыта. А дверь к деньгам закрыта.
Дядя Ричард поднял руки с невинным видом и вновь скрестил их, ожидая продолжения.
– Кстати, о деньгах, – продолжил Эш. – С некоторых пор с моих основных счетов стали сниматься суммы – не настолько крупные, чтобы бухгалтеры об этом сообщили, но все же достаточные, чтобы привлечь мое внимание.
Он протянул мне документы, я передал их собравшимся. Они молча пролистали бумаги.
– В первый раз исчезло двадцать тысяч. Далее, как можете заметить, три раза по четырнадцать с назначением, цитирую, «организация вечеринки».
– Бухгалтеры уведомляют тебя, если сумма превышает пятнадцать тысяч, – начал Гектор, положив документы на стол. – А о двадцати-то они сообщили?
Эш фыркнул:
– В дополнение скажу: двадцать не успели даже поступить на счет, как уже испарились. Киара и Элли, невольница Рика, принесли деньги вскоре после того, как бухгалтеры ушли с работы.
– Возможно, деньги взяла одна из них? – предположил дядя Ричард, оглядывая остальных.
Эш замер и медленно поднял взгляд на дядю. Он скрестил руки и молча уставился на Ричарда, подбивая того и дальше нести чушь.
– А что? Мы ведь не можем знать наверняка, что они положили эти деньги!
– Элли и Киара никогда бы не взяли деньги сети, – заверил я. – Это невозможно.
– Вы так и про Изобел говорили, – парировал Ричард, глядя мне прямо в глаза.
Мне не хотелось смотреть на Эша, который наверняка прожигал дядю взглядом. И да, так оно и было.
– Ну, если вы ручаетесь, что это не они… – пробормотал Ричард, пожимая плечами.
– А что за проблема с четырнадцатью тысячами? – спросила моя мать, нахмурив брови.
Не отрывая глаз от дяди, Эш ответил:
– У нас уже было пятьдесят тысяч на вечеринку, которые мы сняли с лондонских счетов.
– Что сказали бухгалтеры? – задал вопрос один из кузенов.
– Они сказали, что распоряжение получили от руководства семьи, – ответил Эш, – а руководство – это я.
Я сдвинул брови. Мы ведь не говорили об этом с бухгалтерами. И они не сообщали, что это был кто-то из семьи, верно? Но…
Он блефует. Конечно блефует.
Если бы они заметили, что Эш не уверен в своих словах, то с легкостью солгали бы.
– В отличие от скупердяев с Манхэттена, я никогда не возражал против того, чтобы вы брали деньги со счетов компании, учитывая, что в равной степени они принадлежат и вам.