Сара Пурпура – Все время с тобой (страница 37)

Натыкаюсь на скептическое выражение лица приятеля.

Замечаю его разочарованный вид и качаю головой.

Никто не может понять того, что было между мной и Анаис.

Никто не может понять, каким образом мы смогли полюбить и уничтожить друг друга.

Никто не может понять, отчего эту связь так сложно разорвать.

– Что скажешь Виолет?

– Собираюсь предложить поехать.

Когда это произношу, абсурдность слов загорается словно неоновая вывеска.

– Черт! Ты втягиваешь ее в неприятности, братец.

Понимаю это, но неприятностей по самое горло, и если этому суждено случиться, они все равно причинят мне вред. Так устал от увиливаний.

– Я поговорю с ней и на этот раз постараюсь быть по-настоящему честным. А не притворно искренним.

– Притворно искренним… Интересное определение, Вэрд, – смеется Брейден надо мной.

– Хорош, ты понял, что я хочу сказать.

– Нет, не понял, потому что не узнаю тебя. Ты всегда испытывал отвращение ко лжи, а теперь вся твоя жизнь превратилась в сплошное притворство. Ты должен сказать ей правду, Дез. Сегодня утром я видел ее, и у нее был не самый лучший вид.

– Слушай, между нами дружба с некоторыми бонусами. Виолет знает, что Анаис мне важна, и никогда не устраивала из этого драмы. Мы просто развлекаемся с ней. Она уже не девочка.

В бешенстве Брэд залетает в ванную комнату.

– Избавь меня от этой херни, Дез. Забудь, что я знаю, кто ты такой. Какого черта ты хочешь пригласить ее в Лас-Вегас? Ты еще недостаточно ею попользовался?

– Брэд, повторяю в последний раз, я ее не использую.

Я лгу. Снова.

Отлично знаю, что делаю. Хочу, чтобы Виолет была рядом, чтобы наказать Анаис.

Хочу, чтобы Виолет была со мной, чтобы удержать себя подальше от Анаис.

Не стану меньшим ублюдком, оттого что зарою голову в песок.

– Виолет прекрасно знает, как обстоят дела. Возможно, ты и прав, и мне нужно внести больше ясности. Если она откажется от приглашения, порву с этой затеей.

Продолжаю лгать.

Знаю, что Брейден прав, и раньше мне не составляло труда признаться, что ошибаюсь. Несмотря на то что продолжаю упрямо делать вид, что ничего не происходит, почувствовал нетерпимость Виолет. Всего пару часов назад она бросила ее мне прямо в лицо, однако решил спровоцировать Анаис и ради этого поставил между нами Виолет, что, вероятно, делал с самого первого дня. От этого чувствую себя просто омерзительно, однако уже не могу отыграть все назад. Друг прав: я уже не тот, что был когда-то.

– Теперь все ясно? – спрашиваю Брейдена уже не столь уверенным голосом, и он замечает это.

Друг сжимает губы и качает головой. Он осуждает меня, и я его понимаю.

Если бы был по-настоящему честным, то первым осудил себя.

Брейден высовывается из душа.

– Нисколечки. Дез, ты хочешь продолжать врать себе и другим, но… будь осторожен.

То же самое часто советовал Зак.

Быстро набираю сообщение Виолет, до того как помучить себя, и отправляю его, сообразив, что она должна быть в библиотеке.

Она сразу же отвечает: «Дай мне полчаса». Добавляет к сообщению смеющийся смайлик. К счастью, она не разозлилась из-за случившегося на занятии, однако больше не могу тянуть. Должен объяснить ей, что мое поведение – подобие эксперимента, который может иметь побочный эффект. Например, оказаться в постели с Анаис. А может, даже снова сойтись.

Когда Виолет приходит в общежитие, мигом вылетаю на улицу. Не хочу давать ложных надежд, и действительно, как только она видит, что спускаюсь по лестнице, тут же хмурится.

– Эй! Я собиралась подняться наверх.

– Знаю, но будет лучше, если мы поговорим снаружи. Пойдем в парк.

Улыбаюсь, но выражение ее лица не меняется.

Ее предчувствие играет против меня.

Мы идем молча, иногда поглядываю на нее, она скрестила руки на груди и неотрывно смотрит на булыжную дорожку со слишком серьезным видом.

Только теперь замечаю, что сегодня в ее волосах нет розовой пряди.

– Ты перекрасила волосы?

– Что происходит, Дез?

Она пристально смотрит на меня и останавливается.

Сглатываю и отвожу взгляд.

– Я уезжаю на День благодарения.

– Окей. И что?

– Поеду в Лас-Вегас.

– Неожиданное направление. Не поедешь к родным?

– Нет. Поеду с Анаис и другими.

Виолет раскрывает от изумления рот, но тут же успокаивается.

– Хорошо! Развлекайтесь.

Она продолжает идти, и я плетусь следом. Виолет не злится, по крайней мере внешне, но совершенно ясно, что она взволнована.

– Поехали со мной, – выдавливаю я, и Виолет снова останавливается.

– Зачем?

– А почему бы… и нет.

Черт возьми, никогда бы не подумал, что это будет так сложно.

– Дез, ты всегда рассказывал только о том, что вас разделило. Сейчас же я хочу знать, что вас объединяло.

Логично, что она не понимает, как так вышло, что какая-то проблемная девушка заставила меня потерять голову. Но это случилось, и ничего с этим не поделать, за исключением пары неуклюжих и жалких попыток вычеркнуть Анаис из моей жизни.

Смотрю по сторонам, спрашивая себя, по-настоящему ли готов обнажить душу, но в тот момент, когда гляжу на Виолет, замечаю ее огромные глаза. Слишком большие для лица. Наполненные вопросами и сомнениями. Решаю, что должен хотя бы чуточку быть с ней честным за все то, что она подарила в минувшие дни, пусть даже не просил об этом. Пусть на самом деле и не заслуживал все это.

– Давай где-нибудь присядем. Это довольно долгая история.

Рассказываю ей о приюте и приемных семьях. О приезде в дом Керперов и встрече с Анаис. О связи, такой разъедающей, но необходимой, о Заке и о том, как он, вместо нас, пал жертвой этой связи. Рассказываю все и с каждым словом вижу, как Виолет съеживается.

– С тобой все в порядке?

– А не должно? – натянутым голосом отвечает она. Словно он готов треснуть в любое мгновение.

– Не знаю, поэтому и спрашиваю.

Виолет встает. Я следую за ней. И только когда она начинает почти бежать, кричу вдогонку: