Сара Пурпура – Все время с тобой (страница 32)

Возможно.

На самом деле, первая мысль была обращена к Дезмонду.

Могла бы ответить ему, снедаемая желанием, но что, если это не он? Подарить ложные надежды Брайану последнее, чего хочу.

Но когда перечитываю сообщение, думаю, что никто иной не мог бы произнести эти слова. Только Дез, который так же проклят, как каждая строчка стихов.

Так что нахожу в себе смелость ответить.

«Приди ко мне…»

Отправляю сообщение и жду ответ, который все не приходит и не приходит.

Не набиваю себя едой, чтобы затем выблевать ее. Не режу тело и отказываюсь от любого другого источника боли. Несмотря на сильное желание.

Растягиваюсь на кровати, положив мобильник на грудь, и затем проваливаюсь в сон до тех пор, пока меня не будят глухие стуки в дверь.

Поднимаюсь и гляжу время на мобильнике. Уже два ночи. Прошла пара часов с того момента, как заснула. Никаких сообщений. В замешательстве скатываюсь с кровати, встаю на ноги и неровным шагом направляюсь к двери. Стуки раздаются снова, и я уверена, что это Фейт, которая, как обычно, забыла ключи дома. По пути поднимаю с пола кофту и натягиваю ее.

– Я запихну тебе эти проклятые ключи в горло…

Распахиваю дверь и уже готова вернуться обратно в постель, чтобы еще немного пожалеть себя, когда на мгновение не верю глазам, увидев перед собой Деза. Чтобы вернуть себе ясность, моргаю несколько раз, но он никуда не пропадает. Дез стоит, прижавшись к дверному косяку, одна рука в кармане, другая за затылком. У него обескураженный взгляд. На миг закрываю глаза и делаю глубокий вдох, чтобы успокоить сердцебиение.

– Что ты здесь делаешь?

– Я тебя разбудил, Нектаринка?

Дез пьян, однако, хотя его язык и заплетается, он назвал меня прозвищем.

– Ты выпил?

– Немножко.

Жестом показывает сколько, криво улыбаясь.

Это я сказала ему прийти ко мне, посчитав, что сообщение было от него, но теперь, когда вижу в таком состоянии, надеюсь, что он поскорее уйдет. От алкоголя его сознание не станет ясным, и я убеждена, что на трезвую голову он ни за что бы не решился постучать в мою дверь.

Когда он целовал Виолет, он был трезв.

Когда он смотрел на меня и видел, сколько боли вызвал, он был трезв.

Когда он неподвижно стоял, не сделав даже шага, чтобы остановить меня, он был трезв.

– Иди домой, Дез.

Он делает шаг вперед и хватает меня за бока. Его прикосновения грубы и беспорядочны, однако они обжигают кожу, не причиняя боли.

– Что ты со мной сделала?

Тихо произносит мне в ухо, а затем поворачивает голову и смотрит невероятными глазами в мои. Сверлит взглядом. Одной рукой ведет вдоль моей, оголяя рукав кофты.

– Ты наносишь их из-за меня?

Дез прикасается к порезам.

Его рука продолжает блуждать по моему телу. Теперь она дрожит и дотрагивается до ребер ниже груди.

– Боже, ты исчезаешь!

Дез снова глядит пронизывающим взглядом.

Даже слезы не способны выпустить наружу тысячи эмоций, которые внутри меня. Чувствую себя оглушенной.

– Не хочу делать тебе больно, Нектаринка, но мы не можем быть вместе.

Его губы касаются щеки, затем носа, пока, наконец, не находят рот. Там они замирают.

– Не двигайся.

Вместо губ Дез прикасается ко мне кончиком языка.

Он приказал не двигаться, хотя хотела бы разорвать его и поглотить, чтобы увидеть, что останется от нас в итоге, если по-прежнему будем одним целым, но поступаю, как он говорит, и даю возможность делать что угодно.

– Дез.

Окликаю его, когда замечаю, что он закрыл глаза. Его дыхание пахнет спиртом. Оно горячее и прерывистое, и каждый вдох сотрясает его тело.

– Дез.

Когда открывает глаза, вижу в них тот же океан эмоций, что бушует во мне.

– Ты можешь снова полюбить меня?

– Я никогда не прекращал тебя любить… – сокрушенно произносит Дез, как если бы это было тем, что заставляет его страдать больше всего. Может быть, это и правда так.

– Но ты ни с чем не справилась. Ты все та же, какой была, когда мы познакомились с тобой.

Киваю и сдерживаю слезы.

Не сейчас, не в тот момент, когда Дез открывается передо мной.

– Напротив, я еще больше запутался.

Приближаю его к себе.

– Возможно… Возможно, на этот раз мы сможем с этим справиться. Мы уже проходили это. Мы больше не совершим те же ошибки.

Отпустив все тормоза, Дез страстно меня целует. Постанывает в губы и крепко, но аккуратно собирает волосы, чтобы оголить шею.

– На этот раз мы кончим тем, что убьем друг друга.

– Нет.

– Столько раз я хотел возненавидеть тебя.

– Это неправда.

– Нет, это правда. Ты разрушила меня, Нектаринка, и продолжаешь это делать своими порезами. Я разрушаю все, к чему прикасаюсь. Я убил Зака и продолжаю губить тебя.

– Это неправда. Возненавидь меня, если это будет означать, что перестанешь ненавидеть себя самого.

– А ты? Ты когда-нибудь перестанешь ненавидеть себя?

Молчу в ответ, и Дез наклоняет голову.

– Ты не понимаешь, мы оба сломались. Как можем надеяться, что починим друг друга? Зак понимал это. Он говорил, чтобы я оставил тебя, ведь мы сотворим хаос, и в конце он погиб между нами. Боже, Анаис, не плачь! Мне так сильно жаль! Я должен уйти…

Дез вытирает мои слезы и целует в губы.

– Нет!

Ничего другого не могу сказать. Нахожусь в шоке. Хочу, чтобы Дез положил конец этому мучению. Не могу больше ни слова слышать о том, что мы пережили, но в то же самое время желаю, чтобы он сжал меня и на мгновение снова дал то, кем мы были тогда, когда считали, что нам хватит друг друга.

– Я возобновлю терапию.

Не знаю, зачем это говорю, учитывая, что забросила ее несколько месяцев назад, но это кажется единственным способом, за который могу уцепиться, чтобы заставить Дезмонда остаться.

– Нектаринка, мы уже это проходили. Дай мне уйти. Иди вперед по жизни, малышка, и прекрати думать о том, кем мы были. Те Дез и Анаис больше не вернутся. Быть может, они никогда не существовали.