Сара Ней – 3 свидания для плохого парня (страница 11)

Она молча посмотрела на меня, выжидая. Всегда такая чертовски терпеливая. Это меня нервирует. Она вылитая Джейми, девушка Оза.

– Поняла тебя.

– Ты даже не попытаешься переубедить меня? – выплюнул я, не в силах больше терпеть ее слащавость. – Ну, знаешь, ради детей.

– Нет, – произнесла она так тихо, что это могло вполне сойти за шепот. – Я никак не хотела вывести тебя из себя и р-разозлить этой просьбой. Про…

– Брось ты свои тупые извинения. Мы можем уже просто закончить эту треклятую статью, чтобы я мог уйти отсюда? Мне есть чем заняться. – Я утомленно сжал переносицу большим и указательным пальцами.

Боже мой. Она смотрела на меня так, как будто я только что пнул ее щенка. Так удрученно и разбито, и все из-за моего бессердечного отказа. Что же, очень жаль, потому что у меня нет времени беспокоиться о ее чувствах. Или о чувствах Саммер. Или Кайла. Так что она может просто взять свои грустные глаза и надутые губки и…

Встряхнув головой, я откинул мысли о тяжести, появившейся в животе, списав ее на голод. Да, все именно из-за этого; я не ел уже несколько часов, а обычно между приемами пищи я стараюсь не делать перерывов больше двух часов. Из-за чего еще я мог бы почувствовать себя настолько паршиво?

На наш столик опустилась оглушительная тишина. Следующие тридцать пять минут мы работали вместе, делая заметки и обмениваясь информацией касательно моей статьи. Вайолет ни разу не улыбнулась. Не посмеялась. Ни разу не заикнулась, потому что почти не говорила.

Вся ее деятельность свелась к редактуре моей статьи по биологии. Ярко-желтый текстовыделитель плавно скользил по тетради. О ее равнодушии говорили непривычно строго поджатые губы. Односложные ответы на мои вопросы по теме. Тусклый настороженный взгляд. Пока она читала статью, ее глаза скользили по тексту, выстроенному из тщательно подобранных слов. Строчка за строчкой. Я заметил, что порой она удивленно приподнимала брови. А на губах появлялась легкая улыбка. Я не мог этого больше выносить:

– Что тут такого веселого?

Общественность в моем лице желает знать.

– Ничего.

– Полная чушь. Ты смеешься надо мной. Дай сюда статью. – Я попытался выхватить эссе, но маленькая паршивка держала его вне пределов моей досягаемости.

– Я не смеялась над тобой, Зик. – Ее голос прозвучал несколько застенчиво. – Я была удивлена этой строчкой, вот и все.

Я наклонился ближе, когда она протянула мне бумаги, указав на предложение в конце абзаца.

– Это хорошо. Сильно написано.

Я угрюмо стиснул зубы, скрестив руки на груди:

– Я вообще-то не законченный дурак.

– Я никогда и не думала, что ты дурак, – тихо произнесла она. – Но давай посмотрим правде в глаза, это – статья о том, как люди заводят детей от своих кузенов, и я н-не ожидала, что в ней будет столько самоанализа.

Я вскинул бровь.

– Самоанализ – это хорошо. Что-то еще? – спросил я в ожидании похвалы.

– На самом деле все в этой работе… хорошо. Я бы сказала тебе, если бы что-то было не так. На втором курсе у меня была профессор Двайер, и я знаю, как жестко она оценивает.

О, еще бы, Двайер – деспот. Она преподает мне месяца три от силы, а я уже с трудом ее выношу. Ее предмет. Ее ассистента. Такого же самолюбивого придурка, как и она сама.

– В любом случае, – сказала Вайолет, – я думаю, что она будет приятно… э-э… удивлена твоей темой. Это позволит ей отвлечься от других скучных тем.

– О чем была твоя статья, когда ты была на втором курсе?

Вайолет сощурилась, от уголков ее глаз разбежались маленькие складки. Ее вздернутый нос шевельнулся, совсем как у кролика.

– Хм, дай мне секунду. – Она закрыла глаза, вспоминая свою работу. – Кажется, это было что-то про экологию и про то, как она влияет на вероятность возникновения рака. – Она бросила на меня осторожный взгляд. – От одного названия вгоняет в сон, я знаю.

– Звучит и правда до ужаса скучно.

Ее карие глаза расширились.

– О, простите, мистер Последствия Кровосмешения.

– Ты меня подкалываешь?

Она покраснела:

– Я бы не полезла в клетку ко льву.

– А? Я теперь лев?

– Тебя с ним сравнила Саммер после нашей маленькой стычки в продуктовом. – Она усмехнулась. – Эти дети…

– Точно. Дети. – Я нахмурился. – Интересно, а что я за лев?

– Лев-людоед.

Когда Вайолет сказала, что наше время подошло к концу, мы встали. Собрав все мои распечатки с материалами, она передала их мне через стол. Я засунул их в рюкзак. Внезапно ее губы сложились в приятную улыбку – фальшивую, искусственную, снисходительную улыбку. Такую, которую дарят приставучему парню, пытающемуся подкатить к вам в баре.

– Если тебе еще что-то потребуется, например дополнительная помощь, ты можешь связаться со мной по почте или обратиться в службу поддержки, чтобы записаться на еще одно занятие. Если не сможешь попасть ко мне, у нас есть сотрудники, которые работают с понедельника по пятницу, с девяти утра до восьми вечера.

Ее заученная фраза прозвучала профессионально, но в ней не было ни капли искренних чувств. Прямо как у меня. Черт!

– Входи и закрой за собой дверь. – Не поднимая головы, тренер указал на стул в углу кабинета; в свете лампы на его висках виднелась седина, чего я никогда раньше не замечал. – Садись.

Присев, я поерзал на твердом, неудобном стуле. Не обращая на меня особого внимания, он продолжал строчить что-то в своем желтом блокноте красным карандашом. Этот карандаш он всегда носил с собой за ухом или в нагрудном кармане рубашки с логотипом нашего университета. Сейчас он отмечал им возможные движения, позиции и стратегии. Именно своими продуманными планами тренер прославился в спортивных клубах университетов «Большой десятки»[1].

Закончив, он пальцем подтолкнул кремовый конверт ко мне:

– Возьми.

– Что это?

– А на что, по-твоему, это может быть похоже? – нетерпеливо фыркнул он. – Это приглашение.

Я знаю, он хочет, чтобы я спросил: «Куда?» – но я не доставлю ему такой радости.

Тренер продолжил, все еще листая желтый блокнот:

– Каждый год они проводят благотворительный вечер, и он скоро состоится. Думаю, Нэнси тебе еще не рассказала.

– Какая Нэнси?

Тренер поднял голову, и его голубые глаза пронзили меня.

– Не придуривайся, Дэниелс, это тебе не идет.

Я ломал голову, стараясь вспомнить какую-нибудь Нэнси, с которой встречался в последнее время, но на ум никто не пришел.

– Нэнси, из центра, где ты числишься волонтером.

О, эта Нэнси.

– Эта дамочка ничего не рассказывает мне, тренер.

– Ну, я и не сомневался. – Он хрипло рассмеялся.

Да на чьей вообще он стороне?

– Как это связано со мной?

– Они собирают пожертвования, – пояснил тренер. – Это будет через пару недель. У нас нет тренировки как раз в эти выходные, и я освобождаю тебя от дополнительных упражнений, так что, надеюсь, ты там появишься.

– Вы это всерьез?

– Да. Я приглашу свою жену Линду, мы забронируем столик, поедим. – Он откинулся на спинку старого протертого кресла, пружины которого издавали скрип при каждом движении. Тренер почесал подбородок. – На самом деле это звучит как очень хорошее свидание.

Тренер женат? Для меня это новость.

– Но, тренер, благотворительный вечер?

– Да. Думаю, что с богатством твоих родителей тебе не в новинку будет такой вечер.