Сара Кейт – Посмотри на меня (страница 56)

– Извини. Я тоже серьезно. Правда в том, что я не скучал по сексу. А все потому, что весь секс, который у меня был до этого момента, был бессмысленным. Безымянные связи, не приносившие удовлетворения. Я забывал их уже на следующий день и получал больше удовольствия от собственной руки и воображения.

– Ты все еще так считаешь? – спрашиваю я, с болью осознавая, что если Гаррет до сих пор не чувствует удовлетворения от секса, это может быть плохим знаком для нас.

Он наклоняет голову и в упор смотрит на меня.

– Очевидно, нет. Я уже говорил тебе… теперь ты моя. И я не отдам тебя так просто.

– Хорошо.

– А теперь ешь, – снова командует он, и на этот раз я слушаюсь.

Как только от моего сэндвича остаются лишь крошки на маленькой белой тарелке, Гаррет укладывает меня спать. За окном уже светает, и он быстро задергивает его плотными шторами. Мы вместе ложимся в постель, полуголые и без намерения заняться сексом. Я сворачиваюсь калачиком на подушке рядом с ним, и мы лежим лицом друг к другу.

И хотя жар между нами остыл, я все еще нежусь от прикосновений его нежных рук, ласково блуждающих по моему телу. Гаррет поглаживает мои мягкие бедра, проводит пальцами по позвоночнику, скользит ими по ягодицам, а потом его рука поднимается вверх и гладит мой живот. От его прикосновений кружится голова. Я всегда любила свое тело, но совсем другое дело – быть с мужчиной, который ценит его не меньше, если не больше, чем я.

Мы лежим с ним рядом, и я понимаю: впереди у нас еще много разговоров. Истории и секреты, которыми нужно поделиться друг с другом. Времени на все это более чем достаточно. И я его прощаю. Если честно, я, наверное, простила Гаррета еще до того, как он извинился. Мне просто требовалось время, чтобы справиться со своим гневом. Потому что, если быть честной с самой собой, в глубине души я хотела, чтобы Дрейк оказался Гарретом. В моих сокровенных мечтах он всегда им был. Настоящего Дрейка никогда не существовало.

Для меня всегда был и будет только Гаррет. Моя жизнь была полна неудачных попыток и нерешительности, но он – единственное, в чем я могу быть уверена.

– Той ночью ты впервые увидел меня в приложении такой? Я имею в виду, именно тогда тебя потянуло ко мне?

– Да, – без колебаний отвечает Гаррет. – Не обижайся, но до той ночи ты была слишком молода или слишком моя сводная сестра, чтобы быть кем-то еще.

– Это не ранит моих чувств, – шепчу я. – Хотя я была влюблена в тебя с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы начать влюбляться.

Гаррет смеется.

– Очевидно. – Он притягивает меня ближе, обвивает руками мою талию и прижимает к груди. Между нами не остается ни дюйма свободного пространства. – Прости, что все эти годы я был таким мудаком. Ты этого не заслужила.

– Почему ты был так жесток со мной? – спрашиваю я, рисуя пальцем узоры на его груди.

– Таким образом я защищал тебя, Мия.

От этих слов я замираю и удивленно смотрю на него.

– Защищал от чего?

– От меня. Разве ты не помнишь, каким безбашенным я был?

– Нет, – честно отвечаю я. – Я не помню, чтобы ты был безбашенным. Я помню, что ты был общительным, веселым, открытым. Но только не безбашенным.

– Это потому, что я скрывал это от тебя. Я хотел, чтобы ты видела во мне лишь все хорошее. А не мои слабости.

Приподнявшись на локтях, я сердито смотрю на него.

– Это не слабости, Гаррет. И я их не видела, потому что я сама не лучше. Я люблю тебя и за хорошее, и за плохое. Кроме того, у меня хватает своих проблем.

Неотрывно глядя на меня, Гаррет тяжело вздыхает. Внезапно мне становится совершенно понятно, почему он так долго мне лгал, почему сохранил фейковый аккаунт Дрейка. Для него это был единственный способ открыть свои чувства, не подвергая себя риску. Но теперь, без этого поддельного аккаунта, он лишился такой защиты. Тем не менее он все еще здесь. Гаррет все еще доверяет мне и готов впустить в свой мир.

Убрав волосы с моего лица, он притягивает его к своему и нежно целует меня в губы.

– Ты же знаешь, как много для меня значишь, верно?

Слезы снова наворачиваются мне на глаза, и я киваю:

– Да.

– Я так долго прятался, но ты…

Гаррет заглядывает мне в глаза. Я улыбаюсь ему и отвечаю:

– Я вижу тебя насквозь.

Правило № 38: Некоторые вещи длятся вечно

Я серьезно воспринимаю три вещи: бег, хороший костюм и эффектную блондинку, собирающую толпу в четвертой комнате. Этот номер никогда не надоест. Сегодня она в короткой школьной юбочке, ее груди торчат из расстегнутой блузки, красиво подпрыгивая, когда она скачет на подушке, как бык на родео.

Черт возьми, в этом деле ей просто нет равных.

Каждую ночь она снимает комнату, и, клянусь, люди приходят в клуб только ради Мии. И хотя желание пещерного человека пойти туда и взять ее себе все еще живо во мне, чувство гордости, которое я испытываю, глядя на Мию, не имеет равных.

Когда я позже отвезу ее домой, то все равно выброшу все это из головы.

Когда ее номер подходит к концу, Мия встает, взлохмаченная, раскрасневшаяся, и, прежде чем задернуть занавеску, находит меня глазами через окно и одаривает лукавой улыбкой.

Коридор забит битком, все наши VIP-члены в сборе. Оказывается, в Брайар-Пойнт немало толстосумов, которым нравится смотреть, как другие занимаются сексом. Если честно, я в легком шоке.

Беспокоит ли меня, что большинство из них видели меня голым и занимающимся сексом на сцене, как животное, после того как публично прощупывали мою простату? Нет, уже нет. За три месяца, прошедшие после той ночи в клубе, меня пару раз даже затаскивали в комнаты для вуайеристов.

Поймите меня правильно, мне по-прежнему нравится наблюдать. Я все еще вуайерист, и это со мной навсегда. Мой терапевт любит говорить такие громкие слова, как добровольная диссоциация, но мы оба согласны с тем, что нет ничего плохого в том, если вам нравится наблюдать, как люди трахаются. По обоюдному согласию, конечно же.

Это действительно самое интересное, что могут делать два человека… или даже больше, чем два человека, как мне напоминает энергичная троица в комнате рядом с Мией. Заметив высокую фигуру и светлые волосы Дрейка, я спешу отвести взгляд и шагаю по коридору к двери, откуда выйдет Мия, как только переоденется.

Сейчас рано, гораздо раньше, чем мы обычно покидаем клуб, но у нас есть планы, и мы не можем опаздывать. Хотя, если честно, я бы хотел вообще пропустить все это. Но я не трус и сказал, что мы сделаем это. И мы едем.

– Готов? – спрашивает Мия, беря меня под руку.

Я наклоняюсь и целую ее в лоб.

– Нисколечко.

Она смеется.

– Ты большой ребенок. Пойдем. Там будет весело.

– У нас с тобой очень разные представления о веселье.

По дороге мы слушаем музыку. Она подпевает, а я держу ее левую руку в своей. Чтобы успокоить нервы, я кручу большим пальцем золотое кольцо.

Мы движемся слишком быстро? Не думаю. Я знаком с Мией с тех пор, как мне исполнился двадцать один год, и, учитывая, что с тех пор я фактически стал другим человеком, у меня такое ощущение, будто я знаю ее всю мою жизнь. На всей планете нет людей, более подходящих друг другу, чем мы с Мией.

Не то чтобы они не знали, что мы вместе. Это сделало семейные ужины лишь чуточку неловкими. Одно дело сказать им, что мы пара, и совсем другое – проявлять перед ними нашу любовь. В первый раз, когда Мия в присутствии отца взяла меня за руку, я был готов выпрыгнуть из окна, спасаясь от его свирепого взгляда.

Но это большая новость.

Ничто в моей жизни не было столь серьезным, но в тот день, когда я понял, что хочу видеть Мию своей женой, я не колебался. Однажды на прошлой неделе мы проснулись, и когда она выбралась из постели, чтобы открыть окно и впустить внутрь солнце, я понял, что хочу, чтобы это длилось вечно. Десять лет назад я не мог представить себе, что хочу чего-то постоянного. Теперь же я желаю, чтобы все хорошее в моей жизни не заканчивалось никогда.

Постепенно, в течение последнего десятилетия с тех пор, как мы запустили КРИ, моя жизнь начала обретать постоянство. Я нашел постоянных друзей. Наш клуб кажется мне вечным. И в тот самый момент, когда я понял, что хочу Мию навсегда, я позволил словам выскользнуть на волю.

Я не опускался перед ней на колено. У меня не было кольца. И это не было бурным проявлением чувств.

Я просто посмотрел на нее, лежа на подушке, и сказал:

– Выходи за меня замуж.

То, как она ахнула, нежное выражение ее лица, дрожащие губы – эти образы останутся в моей памяти до самой смерти. Если честно, меня даже не волнует свадьба: вряд ли это событие сравнится с тем, как Мия посмотрела на меня в тот момент, прежде чем со слезами на глазах кивнуть и прошептать:

– Да.

Наконец мы подъезжаем к бару в центре города, где встречаемся с родителями. Я сжимаю руль и, прежде чем выйти из машины, несколько минут глубоко дышу, чтобы успокоить нервы.

– Как только будешь готов, – терпеливо говорит она с пассажирского сиденья.

Притянув ее лицо к своему, я страстно целую Мию.

Наконец оторвав губы, я с глубоким вздохом смотрю на нее и отвечаю:

– Готов.