Сара К. – Принёсшая клятву (страница 5)

— Ха! Твои ноги двигаются куда медленнее моих стариковских. Зачем тебе эта палка?

Я почувствовала, как заалели мои щёки.

— Одна моя нога не ходит.

Мужчина пожал плечами.

— У нас у всех свои горести. Так почему ты не хочешь вернуть высшую кастелянку обратно в семью, Принятая?

— Ей требуется помощь. — Как же его уговорить? Рассказать о настоящих причинах, или они чересчур личные?

— Именно. Которую ей предоставит отец.

— Нет! — Теперь на меня обратили внимание все. Даже Ленг. Прежде чем заговорить, я отдышалась. — Ей нужна помощь мага. Она прикоснулась к магии. Которую использовала в нашей стычке. Ей требуется помощь.

Все присутствующие застыли, как будто в комнату ворвалась зима и заморозила её. Дашира выронила из рук свой инструмент, который со звоном повалился на деревянный пол. Эфретти медленно попятилась к двери, не сводя взгляда с Саветт. Хубрик прищурился и вдруг разразился хохотом.

— Она прикоснулась к магии. И вы молчите? Вы просто завернули её в одеялко и усадили возле очага?

Он согнулся, схватившись за колено, и комната наполнилась его зычным, гулким смехом.

— Ничего смешного! — воскликнула Дашира.

Одновременно с ней очнулся Ленг, в панике затараторивший:

— Я был не в себе. Думал, это галлюцинации от боли. — На его лице был написан ужас. Почему? Чего они все так испугались?

Хубрик внезапно успокоился, оглядев нас пронизывающим взглядом.

— Что ж, она пока не взорвалась и вряд ли взорвётся. Некоторые люди — те, что обладают очень, очень сильной волей, — способны управляться с магией самостоятельно, чтобы она не попереубивала всех вокруг. Похоже, нам повезло. Высшая кастелянка Саветт Лидрис — крепкий орешек.

— Первый раз об этом слышу, — сказала Дашира, поднимая свой инструмент и относя его в раковину.

— Ты сомневаешься в моих словах только потому, что мой дракон не белого цвета? Я такое видел дважды в своей жизни, — заявил Хубрик. — Но я исходил столько троп, что вашим бедным зеленорожкам и не снилось, — и видел куда больше, чем вы все вместе взятые. Одни живут тихо и мирно. Мне такая жизнь никогда не была по душе. Мы приведём мага, чтобы он помог ей пройти начальные стадии. На том и порешим.

— Маги выкрали её. Они хотят низвергнуть Доминара. Им нельзя доверять, — сказала я. Может, кто-нибудь всё-таки прислушается ко мне?

Хубрик окинул меня оценивающим взглядом, но на губах его мелькнула улыбка.

— Это были не маги. А члены Сумеречного завета. Не все маги участвуют в заговоре.

— Все из тех, кто мне знаком. — Я не собиралась вверять Саветт заботам какого-то мага. Точно не сейчас.

Его улыбка по-прежнему была недоброй. Почему он насмехался надо мной?

— A ты знакома прямо-таки со всеми магами? Ты, обычная девчонка с поломанной ногой?

Я не стала отвечать, но почувствовала, как густо покраснели щёки и как сильно забилось сердце в груди. Я права. Магам доверять нельзя. Я лично больше никогда не доверюсь ни одному из их племени.

— У нас есть один друг здесь, в Ванике. Светоносный. Он поможет.

— Светоносный? — Кто-нибудь, объясните мне наконец, что это значит.

Хубрик посмотрел на Эфретти.

— Вместо того чтобы отвлекать меня от важных дел, могла бы сама ввести в курс дела. Это что, так трудно? Или мне переговорить с Абридой насчёт твоей некомпетентности?

— Нет, конечно же нет, — заволновалась Эфретти. — Я отбивала её подружку у чёрных, которую взяли под стражу. Она скоро придёт.

— Что ты им сказала? Ты сегодня посвятила слишком много людей в нашу тайну. — Он посмотрел на меня так, будто бы это обвинение ко мне тоже относилось.

— Это не моя вина, — заметила Эфретти. — Я сказала только, что потеряла свою ученицу.

— Соврала, значит? — спросил Хубрик.

Эфретти беспокойно дёрнулась. Хубрик склонил голову набок.

— Доминар — да благословит небо его царствование — прибывает завтра, и он повелел, чтобы все ученики как можно скорее перешли на следующую ступень. Эта подружка из зелёной касты?

— Да.

— Хорошо. Не будем считать это враньём. Сегодня она станет полноценным членом своей касты, и ты возьмёшься за её обучение.

Эфретти ахнула.

— Какие-то проблемы, всадница? Ты не расслышала мой приказ?

— Всадники сами выбирают себе подмастерье, — упёрлась Эфретти. — Мне бы не хотелось брать на обучение малознакомую девицу.

— Ха! Надо было думать раньше, прежде чем заваривать эту кашу. Возьмёшь её в качестве наказания. Радуйся, что я не придумал ещё чего похуже.

Я сглотнула комок в горле. Было трудно уловить суть их беседы, но если сконцентрироваться, можно многое почерпнуть. Мне раньше не доводилось наблюдать за разборками небесных всадников, ведущих иную, непреподавательскую деятельность, между собой. Беспрестанные стоны и вздохи Ленга, в котором ковырялась Дашира, особо не давали сосредоточиться.

— Она из кастела Денерисов, — ровным голосом произнесла Эфретти.

— Тем лучше. Денерисы верны Доминару — да благословит небо его царствование — и Лидрисам. Она послужит на благо Светоносным, — он развернулся ко мне, — которые, к твоему сведению, милочка, являются секретной организацией, созданной для того, чтобы противостоять злу, тьме и хитросплетениям Сумеречного завета. Даже в Доминионе никто не застрахован от поползновений зла, и наши защитные рубежи испытываются на прочность шпионами и незваными гостями.

Мне хотелось стать свидетельницей падения Сумеречного завета. Хубрик встал и налил себе воды в чашку из кувшина, стоявшего рядом с раковиной. Он быстро развернулся к Ленгу, как кот, услышавший шорох мыши.

— Ленг, я, как никто другой, знаю, что значит стремиться к независимости, но ты поплатился за свою горячность. Это послужит тебе уроком. И наказанием. Тем не менее, как только Дашира тебя подлатает, готовь крылья. Ты мне понадобишься. Что случилось с её компаньонками? — обратился Хубрик уже к Дашире.

— Они собрали их, чтобы отправить обратно домой.

Он фыркнул.

— А с этой что нам делать?

Дашира и Эфретти переглянулись.

— Можно вернуть к своим, — предложила Эфретти.

— Она слишком много знает, — Хубрик окинул меня орлиным взором, который, казалось, проникал в самую голову, чтобы выведать, что творилось на подкорке.

— Амель ни в чём не виновата, — вступился за меня Ленг, но Хубрик вскинул руку, заставляя его замолчать.

— Оставлять её нельзя. Она будет только мешать. Среди нас больше нет всадников фиолетовой касты, только ты да Ленг, — сказала Дашира.

— И что же тебя смущает? — вновь склонил голову Хубрик, но в ответ щёки Даширы стыдливо зарделись. Глаза Хубрика метнулись к Ленгу, тоже покрасневшему. Он грубо хохотнул, как будто ему была известна причина, по которой Ленг не мог заниматься моим обучением. — У меня давно не было учеников, но, похоже, ситуация меняется. — Он обратился ко мне. — Брать в подмастерье Принёсших клятву не принято. Обычно мы ждём вашего посвящения в касту. Но такие случаи уже имели место. Когда прибудет Доминар, принесёшь ему клятву. Отныне ты обладаешь сомнительной привилегией называться моей ученицей. Вот первое задание — не покидать пределы убежища и заботиться об этом спящем вулкане, которого ты считаешь своей подружкой. Я позову, когда будет нужно.

Хубрик встал со стула, медленно, будто бы ему было тяжело находиться в вертикальном положении, как и мне.

— Теперь, когда бардак разобран, я вернусь к срочным делам.

— Я думала, ты в карты резался, — удивлённо заметила Эфретти.

— Именно.

Глава седьмая

В последующие часы Эфретти и Дашира старались заходить к нам как можно реже. Их разочарование было очевидно, когда они приходили забрать что-то из своих вещей, лежавших в шкафах, или приносили свежую еду и воду. Мы с Ленгом лениво болтали, стараясь не говорить o том, что случилось. Мы говорили о семье, о доме, в котором выросли, и о любви к драконам. Он мне нравился таким. Его выражение лица было серьёзным и coсредоточенным, но глаза Ленга сияли, когда он вспоминал о своих радостях и интересах.

Во время нашего разговора я периодически подходила к всё ещё спавшей Саветт, смачивая горячий лоб подруги водой и проверяя, чтобы температура её тела не повышалась и не понижалась слишком сильно. Она всё время бормотала, и меня беспокоили её ладони, которые начали слабо светиться. Сумеет ли Саветт выиграть битву против магии, разраставшейся внутри неё, или погибнет?

— Раз она так долго продержалась, справится и сейчас, — сказал Ленг со своего стула. Он предпочёл вести беседу сидя. Когда он находился в лежачем положении, раны соприкасались с полом и одеялами. Им нужны условия получше. Ленгу и Саветт должны были предоставить постель и нормальный уход. — Перестань хмуриться. Хубрик пришлёт кого-нибудь за ней, когда у него появится возможность.

— Он же в карты собрался играть. — Я не смогла сдержать горечи в своём голосе.

— A где же ещё, по-твоему, можно обсудить государственные дела?