Сара К. – Принц драконов (страница 9)

Лучше не придумаешь, однако пот градом струился по мне от волнения и страха. Врачевать никто из нас двоих не умел.

— Посмотрим, — Саветт расстегнула кожный доспех учителя, раздевая его до пояса. Хубрик застонал, но глаз не открыл и не проронил ни слова. Она указала на скопление синяков на боку. — Рёбра сломаны.

Это я и сама видела. Гораздо страшнее выглядела кое-как запёкшаяся рана, гноившаяся в центре.

— Интересно, остались ли щепки?

Её руки шустро прощупали спину наставника, и подруга побледнела.

— Кажется, я что-то чувствую.

— Хубрик? — позвала я. — Стрела не ломалась?

Ответа не последовало. Я аккуратно проверила состояние учителя, однако дыхание никуда не пропало.

— Потерял сознание, — констатировала Саветт. — Скорее всего, отпустил ситуацию, убедившись, что о Кировате есть кому позаботиться.

Резонно.

— Надо его перевернуть и осмотреть.

Саветт кивнула, и мы мягко, как младенца, уложили раненого на живот и воззрились на спину. Стрела явно вошла, только у неё отсутствовал наконечник. Из плоти торчали обломки древка. На моём лбу выступил пот, пока я соображала, как их оттуда выковырять. Я заскрежетала зубами.

— Пожалуй, обождём. Вдруг найдём помощь. До Кастела Лидрисов лишь день пути.

— Попробуешь воспользоваться магией? — попросила я.

— Нет, и ты это знаешь. Иначе попытка окончится смертью. Вот если бы нам повстречались исцеляющие врата…

Но подобной встречи не предвиделось, а ближайшее святилище, по всей видимости, вобрало в себя какую-то дрянь. Я уверена: разбушевавшиеся ветра направляла злая воля.

— Выходит, мы либо оперируем самостоятельно, либо отправляемся за врачом, правда, непогода сбила нас с пути. Не думаю, что ветер спокойно донесёт тебя прямиком до кастела, — вынесла я вердикт.

— Я тоже так считаю, — прикусила губу Саветт.

— Пойду похозяйничаю.

Чем обычно подцепляют застрявший в теле наконечник? Ножом, естественно. Я смутно чувствовала, что в убежище имелись горячая вода, перевязочные материалы и какая-нибудь целебная мазь. А может, и швейный набор.

Нужное мне добро обнаружилось в ещё одной кладовке, соседствовавшей с главным холлом. Её тоже освещали естественные прорези в высоком скалистом потолке, длинные полки были богато обставлены провиантом. Кто-то соорудил это гнёздышко, чтобы пережидать шторма или пресловутые осады. Я не успевала как следует оглядеться, поэтому прихватила необходимое и удалилась обратно. Саветт развела костёр в небольшом очаге неподалёку (тут же в коробчонке лежали дрова) и теперь набирала в чайник воду, стекавшую в каменную раковину.

— Просто не верится, как хорошо тут всё обставлено. Словно это место специально создавалось в качестве укрытия. Кому же принадлежит сей оазис?

— Должно быть, ещё одна точка Светоносных, — откликнулась я. — Именно о ней и толковал учитель в прошлый раз, когда мы спасали Ленга.

— И то верно, — Саветт повесила чайник на крючок, пока я раскладывала принесённые вещи.

Я вымыла руки в той же раковине и занялась обломком. Фу. Жуть какая! Я тщетно пыталась поддеть его пальцами, но он сделался скользким из-за крови, которая обагрила белые простыни и шерстяное одеяло. Хорошо, что чистых было навалом. Где там мои щипчики?

Я ополоснула инструмент в пиале, которую поспешила протянуть мне Саветт, и тщательно вытерла его о кусок ткани.

— Эти справятся лучше, — пробормотала я, приноравливаясь, чтобы ухватить железку, а не плоть. Я вцепилась в щипцы, заставляя себя собраться с духом и довести дело до конца, скрежеща при этом зубами и игнорируя струйку пота, бегущую по позвоночнику.

Я потянула изо всех сил, и из груди Хубрика вырвался полустон-полукрик. Но моих усилий оказалось недостаточно. Я почувствовала, что наконечник поддался, однако куда-то упёрся. В кость? Упасите боги.

У нас гости. Незваные. Жду переговорщика.

Я перевела взгляд на Саветт, распахнувшую губы. Очевидно, голос Раолкана отозвался и в её сознании. Она вскочила на ноги и бросилась вон из комнаты, а я вернулась к злополучному огрызку, торчавшему из спины наставника.

Глава четырнадцатая

Я стиснула остриё, уперевшись бедром в обмякшее тело Хубрика. Я гнала от себя подозрения о том, что оно вонзилось не в дерево, а в кость, выкручивая и вытягивая, словно выкорчёвывая сорняк из земли. Обломок дёрнулся наружу так внезапно, что послышался треск разрываемой кожи.

Я думала, меня стошнит, но подавила позыв, переводя дух, и собрала мысли в кучу. Время дорого. Я зажала края раны тряпкой. Надеюсь, жизненно важные органы остались целы после такого жёсткого вмешательства. Как люди восстанавливаются? Как вообще умудряются выживать, когда их тела рвутся на части? Представьте: человек перенёс сокрушительное воздействие, а через пару лет выглядит так, будто ничего не произошло. Ну разве не чудо?

Я отбросила в сторону остриё с щипчиками и взялась за швейный набор, аккуратно продевая нитку в ушко алыми пальцами. Затем поболтала тряпицу в миске, старательно обтёрла многострадальный бок и принялась штопать. Мне это напомнило починку кожаных тапочек. Прокол. Вывод. Прокол. Вывод. В память постучалось воспоминание о привычном ритуале, проводимом у домашнего огня; я накладывала ровные, выверенные стежки, чтобы они не натягивали, не сморщивали кожу и не болтались свободно.

Судя по всему, Хубрик лишился чувств от боли. Он больше не стонал, не кричал, но тяжёлое дыхание выровнялось и обрело слабую уверенность. Когда я закончила, вскипел чайник. Может, надо было подождать и прокипятить вещи? Что делать в подобной ситуации?

Дрожащими руками я смешала горячую и холодную воду, ещё раз обтёрла спину учителя и осторожно перевязала. Снаружи раздавались голоса, однако слов было не разобрать.

Твой выход.

Я торопливо сдёрнула с соседней кровати простыню и одеяло и накрыла Хубрика, прежде чем покинуть комнату. К счастью, он проспит ещё какое-то время. Я взглянула на большой зал уже другими глазами: огромный камин, высокие сводчатые потолки, добрая сотня сидений. Сколько же Светоносных способен укрыть в себе приют? Нужно поскорее разведать обстановку и выяснить, есть ли тут дополнительные входы.

Я ускорилась и, дойдя до импровизированной приёмной, остановилась как вкопанная на пороге. Саветт, находившаяся на платформе, вскинула ладони в примирительном жесте. Перед ней скопилась группа людей. Впереди стояли мужчины. Крепкие, хмурые, готовые пустить в ход оружие. Чьи-то волосы уже тронула седина, а кто-то по возрасту вряд ли обгонял меня. Позади сгрудились женщины и дети. Один малыш плакал. Куда направлялась данная пёстрая компания — пешая и почти не обременённая поклажей?

— Сними повязку, и мы убедимся в твоей принадлежности роду Лидрисов, — мрачно заявил один из них моей подруге, словно готовясь расправиться с врагом.

— Именно Лидрисы втянули нас в эту передрягу, — отозвался второй. — Если она и правда та, за кого себя выдаёт, лучше не пересекаться.

— Нет. — Я говорила негромко, но в тесном помещении голос прогрохотал трубой. Костыль стукнул, и все глаза обратились к нему. Гадают, несёт ли опора угрозу? — Саветт Лидрис — Избранная из легенды, она под моей защитой. И под защитой этих драконов.

Раолкан, вечный любитель подраматизировать, вскинулся, почти уткнувшись макушкой в потолок (а он выпрямился не до конца). Дракон зашипел, обнажая клыки.

Любитель подраматизировать? Опять кидаешь камни в мой огород?!

— Кто вы? — Последовало молчание. Мужчины переступили с ноги на ногу, словно обдумывая, получится ли прибить крылатую тварь. Кто довёл их до такой степени отчаяния? Я обратилась к женщине средних лет, маячившей на задворках толпы. — Говорите. Что вы тут забыли? Где ваши лошади, багаж?

— Мы беженцы. Мы спасаемся от войны, всадница.

Глава пятнадцатая

— Какой войны?

Они переглянулись, не решаясь ответить. Наконец женщина снова подала голос.

— Лидрис Сити подвергся атаке баочанцев. Вражеская армия хлынула с севера и оставила после себя лишь пустошь. Мы единственные выжившие, которые удрали от них, как зайцы от гончей.

Количество оставшихся в живых едва ли превышало пять десятков. Моё сердце упало, а желудок сжался в тугой узел. Началось. Доминион сцапали лапы войны, и если враги уже достигли южных пределов, то наше положение гораздо плачевнее, чем я предполагала. Я сглотнула комок страха, не давая ему разрастись. Поздно горевать и трястись от ужаса. Дел по горло.

— Почему вы пришли сюда? — задала я следующий вопрос. Это настолько популярное место, что нам следует ожидать орды паломников?

— Хандас, старожил деревни, знал о существовании тайника, — призналась беженка. — Он помогал в строительстве, когда был помоложе. Старик вёл нас, а потом умер по дороге.

— На вас напали?

Она покачала головой.

— Его подвело сердце. На запястье деда красовался вот этот знак.

Я проследила за её рукой. На стене был выбит символ Светоносных. Данная деталь укрылась от моего взора. Что ж, Хандас являлся членом сего общества, потому-то и направил односельчан в спрятанный приют.

Я понятливо кивнула.

— Если вы собираетесь перевести здесь дух, перестаньте обвинять Саветт в своих бедах. Не она развязала конфликт.

— Откуда тебе известно о её избранности? — потребовал впередистоящий мужчина. Защитники и не думали расслабляться. Напротив, они видели в двух незнакомых девушках угрозу и слушали меня только из-за формы небесных всадников.