Сара Грэн – Книга о бесценной субстанции (страница 18)
– По словам Синглтона, заплатить такую сумму за книгу могут не более десяти человек, – напомнил Лукас.
– Можно взглянуть на последние сделки. Так мы их сразу вычислим.
– Проблема в том, что владельцы миллионных состояний обычно совершают покупки через дилеров. Ценят конфиденциальность.
Мы доели остатки ужина и задумались.
– А что если сравнить данные о крупнейших сделках со списком потенциальных покупателей? – осенило меня.
– Где же мы его возьмем?
– Сами составим. Ты ведь знаешь некоторых коллекционеров дорогих книг. Даже те, кто покупает анонимно, иногда соглашаются участвовать в выставках, дают интервью, обмениваются своими приобретениями. Если собрать воедино слухи, информацию о рекордных сделках и имеющиеся у нас сведения, можно хотя бы сузить круг поисков.
…Четырехчасовой мозговой штурм закончился около двух ночи. Мы так и не смогли вычислить имена Генерала и Принца, зато получили краткий список подозреваемых на роли Дурака и Шлюхи. Дурак казался наиболее интересной фигурой. Хейбер неспроста боялся за судьбу сделки. Возможно, этот тип что-то знал о книге или мог заплатить больше.
Лукас сократил список до пяти человек, имеющих деньги, интерес и возможность выложить миллион долларов за оккультную книгу: два музыканта, бизнесмен уровня Хейбера с Восточного побережья и два миллиардера из сферы компьютерных технологий. Он выписал их имена на лист бумаги. Я тщательно прошерстила блокнот в поисках соответствий.
И нашла – незадолго до двух часов.
Тоби Ганн. Шаймен обозначил его в блокноте буквами ТГ/ЛА. Тоби Ганн был миллиардером из Лос-Анджелеса, сколотившим состояние на технологиях – он что-то там изобрел и даже написал одну дурацкую книжонку. Лукас знал, что Ганн покупает дорогие книги. Он нередко присутствовал на книжных ярмарках и аукционах, хотя чаще пользовался услугами дилеров.
На одной из страниц блокнота Шаймена имелись две примечательные записи. Рядом со словом «Дурак» он написал ручкой «ТГ/ЛА». А затем – вероятно, в другой день – обвел это все карандашом и добавил: «НЕТ».
Мы с Лукасом переглянулись.
– Что значит «нет»? «Не покупает»? – предположил он.
– Или «не продает». А может, «не имеет».
Неплохо для одного вечера. Лукас отложил блокнот, наклонился и поцеловал меня.
– Ты мне нравишься, Лили, – сказал он вполголоса. – Уже очень-очень давно. И теперь, когда ты рядом, я постараюсь тебя не упустить.
Глава 14
В ту ночь я осталась у Лукаса. Он дважды попытался меня растолкать – в семь, когда проснулся, и в восемь, когда уходил, – но я сделала вид, что сплю. Но на самом деле просто не знала, как себя вести. Кто мы теперь: любовники? Или только друзья, как раньше?.. Перед уходом Лукас сказал, что я могу оставаться здесь сколько душе угодно.
Как только за ним захлопнулась дверь, я встала и прошла на кухню, где ждал свежесваренный кофе и остывший тост, который я тем не менее съела. Позже пришло сообщение: «Кое-какие дела в библиотеке, поужинаем вместе?» Я ответила: «ОК, плодотворной работы». Было воскресенье. Может, Лукас тоже испытывал неловкость и поэтому сбежал?.. Осознав, что морально не готова оставаться в его квартире дольше, чем нужно, я умылась, натянула одежду и пошла в кафе, где и провела несколько часов, изучая информацию о Дураке.
Тоби Ганн был – по крайней мере, считался – техническим гением и даже написал книгу о том, как им стать. Называлась она «Нестандартное мышление». Я прочитала опубликованный в Сети отрывок. Текст представлял собой набор банальностей: «Выйдя за рамки привычного мышления, вы достигнете небывалых творческих успехов», «Общественные рамки сдерживают нашу креативность, но вместе с тем гарантируют получение питания и защиты». Конечно же, творение Ганна тут же стало бестселлером. Я вдруг порадовалась, что почти двенадцать лет не публикуюсь.
Оказалось, у нас есть общие знакомые. Аллен Бейн – редактор издательства «Рэндом Хаус», выпустившего книгу Дурака – был фанатом «Красоты» и писал мне пару раз в год. Мы никогда не встречались. Впервые он написал лет пять назад, чтобы убедить меня сменить издателя, почему-то пребывая в уверенности, что мой очередной роман отказываются печатать. В своих любезных письмах Аллен предлагал публиковаться у них. Поначалу я отправляла вежливые отписки. Затем стала игнорировать его настойчивые сообщения. Наконец в один прекрасный день вышла из себя и настрочила гневное послание: мол, я разорена и распродаю имущество, а муж смертельно болен, так что никакой новой книги нет и не будет. Я надеялась, что подобная отповедь охладит его пыл и он оставит меня в покое.
Но этого не случилось. Напротив: через пару месяцев Бейн ответил, предложив выслать целую коробку интересных книг на продажу. К следующей посылке прилагалась любопытная статья. С тех пор он ежегодно отправлял подборки книг и электронные письма, в которых спрашивал о моих делах и успехах в торговле. И хотя мы ни разу не встречались, стал для меня кем-то вроде друга.
Я позвонила ему на мобильный.
– Лили Альбрехт! – воскликнул Аллен, выслушав мои путаные объяснения. В его голосе звучала искренняя радость: поразительная реакция на звонок от едва знакомого человека, да еще и в воскресенье. – Не верится, что наконец-то говорю с вами! Вы в городе? Могу я пригласить вас на обед?
Сердце кольнуло от запоздалого сожаления. Почему я не звонила раньше? Ведь он ничего не требовал! Этому милому парню просто нравилось мое творчество – вот он и хотел сделать мне приятное, потратив небольшую сумму денег. Я и забыла, что не всегда была обузой. Или злобной фурией, терроризирующей звонками врачей и страховые компании. Для кого-то я по-прежнему оставалась блистательной Лили Альбрехт.
– Спасибо, – сказала я, отогнав печальные мысли. – Мне очень приятно! Вообще-то я хотела попросить об услуге. Дело серьезное – так что я пойму, если ничего не выйдет. И, между прочим, это я вас приглашаю. На ужин. В следующий приезд.
Естественно, я не могла рассчитывать, что Аллен познакомит меня с Тоби Ганном – все-таки мы были в разных весовых категориях. Поэтому попросила лишь передать ему мой номер и сказать, что хочу поговорить о «Книге о бесценной субстанции» и что буду в городе еще несколько дней. Аллен обещал немедленно связаться с Ганном.
– Знаете, Лили, – добавил он. – Я ведь для того и пришел в издательский бизнес, чтобы любимые авторы обращались ко мне с просьбами. Тоби, конечно, не семи пядей во лбу, но человек неплохой. Думаю, он почтет за честь встретиться с вами.
– Спасибо.
– Обещание в силе? – спросил Аллен напоследок. – Насчет ужина?
– Конечно! – ответила я почти искренне. Почему бы и нет, в самом деле?
Остаток дня прошел спокойно: я гуляла по Сохо, разглядывала витрины и пару раз заходила в кофейни, чтобы передохнуть и проверить почту. Около пяти часов пришло сообщение от Тоби Ганна.
Ниже был указан адрес в Лос-Анджелесе, номер телефона и куча ссылок на аккаунты в соцсетях, в которых я никогда не планировала регистрироваться.
Через два часа мы с Лукасом встретились за ужином в мрачноватом греческом ресторанчике в районе Ист-Виллидж. Я пришла раньше и заняла столик. Когда появился Лукас, некоторые посетительницы заинтересованно взглянули в его сторону. Он и правда выглядел на все сто. Непринужденно поцеловал меня в щеку и сел напротив.
– Книга у него, – сообщила я.
– Обалдеть!
– Только Ганн ее не продает.
– Он ведь еще не знает, сколько мы предложим.
Я дала ему прочитать сообщение. Он улыбнулся и посмотрел на меня сияющими глазами.
– Значит, летим в Лос-Анджелес!
В голове у меня сразу же возникли тысячи отговорок, почему мне нельзя покидать штат. Но все это было враньем. Ведь я заранее поставила на паузу онлайн-продажи и отправила давно оплаченные заказы, кроме некоторых дорогих книг, деньги за которые пока не поступили. Затем разослала клиентам письма с предупреждением о задержке доставки и предложила сделать возврат. Да и Аве только что вернулся из десятидневного отпуска. А вот я не уезжала на отдых с тех пор, как наняла помощника, – не считая кратких поездок по работе. Хотя подозреваю, что без меня ему даже проще: никто не разводит лишней суеты вокруг Эйбела.
Мои сомнения не ускользнули от Лукаса.
– Лили, если откажешься ехать, то никогда себе этого не простишь. Нельзя упускать такой шанс! Тебе нужны деньги. И Эйбелу тоже.
Конечно, он лукавил. Сколько раз я отказывалась от потенциально выгодных авантюр – и ни разу не пожалела. А что до денег… Я лишь хотела их
Разумнее будет вернуться домой и позволить Лукасу самому заниматься сделкой. Прибыль поделим семьдесят пять на двадцать пять: семьдесят пять процентов ему за поиск книги, двадцать пять мне за наводку. Так что соберу вещи, сяду на поезд, а потом возьму такси от станции до дома.
Я представила, как выхожу из вагона в маленьком унылом городке, сажусь в «Убер» и еду по хмурым заснеженным улицам к своему дому и одинокой серой жизни… Меня охватила смертная тоска.