Сара Форден – Дом Гуччи. Сенсационная история убийства, безумия, гламура и жадности (страница 29)

Паоло и Маурицио прибыли на место, в отель «Ричмонд», почти одновременно. За столиком на террасе с видом на Женевское озеро Маурицио изложил Паоло свой план по созданию новой компании, «Гуччи Лицензинг», со штаб-квартирой в Амстердаме, чтобы решить налоговые вопросы: эта компания контролировала бы все лицензии, выдаваемые от имени «Гуччи». Маурицио получил бы 51 процент контроля над компанией, Паоло – остальные 49 % и должность президента. В обмен Маурицио просил Паоло отдать свои 3,3 % голосов на совете акционеров «Гуччио Гуччи» в пользу Маурицио и его 50 %. Тогда Маурицио выкупил бы долю Паоло чуть позднее за 20 миллионов долларов. Наконец, Паоло и Маурицио должны были отказаться от любых исков в отношении друг друга. Кузены завершили встречу рукопожатием и договорились, что отдадут своим адвокатам распоряжение готовить нужные документы.

Свое соглашение они подписали через месяц, в офисе банка «Кредит Суисс» в Лугано, где Паоло вложил свои сертификаты акций, а Маурицио сделал добросовестную выплату в два миллиона долларов. Маурицио получил бы контроль над акциями в новой компании, «Гуччи Лицензинг», когда она будет учреждена, и выплатил бы Паоло еще 20 миллионов до обговоренной суммы в 22 миллиона долларов. При этом он получал голос Паоло и, следовательно, контроль над компанией «Гуччи».

Совет акционеров «Гуччи Америка» собирался в Нью-Йорке каждый год в начале сентября. На повестке собрания было всего несколько пунктов: принятие результатов первого полугодия 1984 года, план на открытие новых магазинов и назначение нескольких работников.

Роберто вспоминал: раньше, когда делом управляли Родольфо, Васко и Альдо, собрания были приятной семейной встречей: трое братьев собирались вместе, чтобы поставить печать под всем, что хотел сделать Альдо.

– Между ними было такое доверие, что они просто соглашались со всем, чего он хотел, не протестуя, а затем отправлялись в город развлекаться.

В выходные перед собранием совета акционеров «Гуччи Америка» Доменико де Соле тайно слетал в Сардинию, где Маурицио и Пилоне следили за отборочными турами: выбирали итальянскую команду для Кубка Америки по парусному спорту. Они остановились в отеле «Черво» в Порто-Черво, который построил Ага-Хан вместе с расположенным неподалеку Порто-Ротондо, – эти эксклюзивные места отдыха считаются одними из лучших в Италии. Построенная по плану деревня Порто-Черво простирается от центральной площади, окруженной кафе, ресторанами и дизайнерскими бутиками, выкрашенными в один и тот же нежно-розовый цвет, с видом на залив, на котором стоят на якоре роскошные яхты и моторные лодки богатых итальянских отдыхающих. На суровых взгорьях, высящихся из воды, виднеются залитые солнцем террасы и ухоженные сады роскошных частных вилл. Искусственный стиль Порто-Черво и Порто-Ротондо, свойственный итальянским нуворишам, контрастирует с естественной сдержанной красотой Сардинии.

Днем Маурицио, Пилоне и де Соле мчались на скоростном катере Пилоне, «Магнум 36», по пенистым волнам, обгоняемые шустрыми гоночными катерами; вечером они ужинали при свечах на террасах Порто-Черво и обсуждали свой план, который был на удивление прост. Де Соле, секретарь совета директоров «Гуччи Америка», отправится в Нью-Йорк и явится на совет акционеров как представитель Маурицио. С представителем Паоло он уже виделся, и тот пообещал голосовать заодно с де Соле. Затем де Соле внесет предложение распустить текущий состав совета и назначить Маурицио председателем американского управления «Гуччи». Поскольку на их стороне будет большинство голосов, другие члены совета не смогут им ничего противопоставить. Согласно протоколу, Альдо лишится своей власти над «Гуччи».

Несколько недель спустя в Нью-Йорке план прошел гладко – даже лучше, чем они ожидали. Совет собирался в переговорной «Гуччи» на тринадцатом этаже здания магазина на Пятой авеню. Перед началом собрания де Соле представил доверенность, позволявшую ему голосовать от имени Маурицио. Через несколько минут то же сделал и представитель Паоло. Альдо находился этажом ниже, у себя в кабинете: он решил не присутствовать на собрании, ожидая обычной рутины. Вместо себя он отправил исполнительного директора «Гуччи», Роберта Берри.

Де Соле попросил слова. С огромного портрета основателей компании, висевшего на стене позади стола для переговоров, усмехался, попыхивая сигарой, сам Гуччио Гуччи.

– Я хотел бы вынести на повестку собрания предложение о роспуске совета акционеров, – буднично произнес де Соле.

Берри округлил глаза, изумленно открывая рот.

Предложение почти тут же поддержал доверенный Паоло.

– Я… я… я прошу сделать перерыв в заседании! – пробормотал Берри, а затем выскочил за дверь и кинулся в кабинет Альдо рассказывать о случившемся.

Альдо оживленно болтал по телефону с кем-то в Палм-Бич; когда Берри перебил его, он повесил трубку.

– Доктор Гуччи! Доктор Гуччи! Вам сейчас же нужно наверх! – выпалил Берри. – У нас революция!

Альдо молча выслушал своего подчиненного.

– Если так все сложилось, то незачем и подниматься. Мы ничего не сделаем, – сухо ответил он. Альдо ошибся в Маурицио: он боялся, что молодой племянник совершает серьезную ошибку.

Берри вернулся и безуспешно попытался прервать собрание на том основании, что адвокат Альдо, Милтон Гульд из престижной юридической конторы в Нью-Йорке, не смог присутствовать на собрании по случаю еврейского праздника. Де Соле и представитель Паоло проголосовали за то, чтобы распустить совет и назначить Маурицио Гуччи председателем «Гуччи Шопс Инкорпорейтед».

Альдо вышел из здания; он был бледен. Его собственный племянник, тот самый, в котором он когда-то видел преемника, устроил против него переворот. Маурицио стал ему врагом.

Вскоре после этого события Альдо встретился с Джорджо и Роберто; к несчастью, они лишь поняли, что ничего нельзя изменить: Маурицио вместе с Паоло успешно взяли компанию под контроль. На следующем собрании «Гуччио Гуччи» во Флоренции все произошло по тому же сценарию.

Семья Гуччи заранее договорилась и подписала соглашение в Нью-Йорке 31 октября 1984 года – это соглашение было заверено собранием акционеров во Флоренции уже 29 ноября. Маурицио получил четыре из семи голосов в совете директоров и был назначен председателем «Гуччио Гуччи». Альдо назначили почетным президентом, а Джорджо и Роберто – вице-президентами. Джорджо оставался управляющим магазином в Риме, а Роберто – администратором компании во Флоренции.

Маурицио был вне себя от счастья: именно этого он и добивался. У Альдо остался важный титул, но его фактически лишили влияния; двоюродные братья оставили при себе свои роли в компании, а ему, Маурицио, досталась власть. Даже больше: он сумел превратить акции Паоло в фактор устойчивости. Пресса, которая упоенно обсуждала семейные междоусобицы, заговорила о Маурицио как о герое: «Нью-Йорк таймс» назвала его «примирителем семьи», изобразив образцом спокойствия среди шумных распрей, которыми полнились колонки светских новостей.

Маурицио созвал собрание руководящих сотрудников во Флоренции, пригласив около тридцати человек в овальный конференц-зал, который работники в шутку называли Залом Династии, отсылая к популярному на тот момент сериалу. Сотрудники компании собрались за большим деревянным столом в окружении темных стен, облицованных деревом, и четырех мраморных бюстов, которые символизировали четыре континента. Маурицио рассказал собравшимся работникам офисов и фабрики, какой ему виделась новая компания «Гуччи».

– «Гуччи» – как хороший гоночный автомобиль, – нерешительно начал он, глядя на давно знакомые лица вокруг, и попробовал привести знакомый им пример. – Скажем, как «Феррари». А мы ведем ее, как водят «Чинквеченто».

(«Чинквеченто» была маленькой и практичной моделью «Фиата», появившейся после войны.)

– Но сегодня за руль «Гуччи» сел новый водитель. И с правильным мотором, правильными деталями и правильной механикой мы выиграем эту гонку! – сказал он и широко улыбнулся: тема стала ему ближе. В конце своей речи он спросил у молчаливой публики, нет ли вопросов. Изо всех собравшихся – кто-то нервно ерзал на месте, кто-то откашливался – Маурицио остановился взглядом на Никола Ризикато: этот человек начинал служащим в миланском магазине и дошел до должности управляющего на Виа Торнабуони. Ризикато был уже не молод, и Маурицио вырос у него на глазах.

– Что, Никола, и вы промолчите? Неужели вам нечего мне сказать? – улыбнулся Маурицио, с теплом смотря на пожилого мужчину в ожидании одобрения.

– Нет, я комплиментов не раздаю, – сухо отрезал Ризикато, чем выразил проблему многих своих коллег. С Альдо и Родольфо они привыкли к спонтанности и фамильярности, поэтому не понимали, как им реагировать на притчу Маурицио про «Феррари».

В декабре того же года «Журнал Уолл-стрит» опубликовал подробное разоблачение, посвященное финансовым преступлениям Альдо Гуччи: сообщалось, что Альдо находился под следствием федерального суда за вывод примерно 4,5 миллиона долларов из казны компании в период с сентября 1978 года по конец 1981-го. В статье отмечалось, что Альдо заявлял о годовом доходе меньше чем в 100 тысяч долларов, «а это небольшая сумма для человека его статуса».