Сара Фейрвуд – Академия Чародейства и Проклятий 2: дитя света и тьмы (страница 18)

– Я… мне жаль, Клэр. Я не хотел причинить тебе боль, – произнес он с глубокой тоской в голосе. Слова прозвучали не как дежурное извинение, а как признание ошибки, которую он не может исправить.

Я вздохнула, этот выдох был тяжелым, словно я внезапно сбросила с плеч вес всей зимы. Я чувствовала, как внутри меня закипает что-то горячее. Это было не простое раздражение, это была смесь гнева, унижения и, самое страшное, не до конца убитой нежности. Это ощущение разрасталось, угрожая смыть все стены, которые я так старательно возводила в течение последних двух месяцев. Я заставила себя вернуть на лицо выражение холодного безразличия.

– И что ты предлагаешь? – спросила я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал максимально сухо и деловито. Внутренний же голос шептал, что это не так просто, что я не хочу легких ответов, я хочу, чтобы он помучился.

Кристиан наклонился ближе. Движение было медленным, почти нерешительным, но оно нарушило мою зону комфорта. Я почувствовала его тепло, пробивающееся сквозь барьер, который я выстроила между нами. Это тепло было слишком знакомым, слишком родным. И оно было страшным. Оно было, как болезненное, настойчивое напоминание о том, что между нами когда-то что-то существовало. Было ли это так легко – просто закрыть глаза, забыть это нежное касание, этот смех, эти планы?

– Я хочу начать всё сначала. Полностью, – произнес он тихим, но настойчивым голосом. Он не просил прощения, он просил шанса.

Я осталась сидеть, не шевелясь. Весь мир вокруг – цветущий сад, шелест листвы, яркое солнце – замер.

Мое сердце сжалось. Разве можно начать заново? Внутри меня бушевали эмоции, смешивая надежду и страх. Мои руки дрожали, но я прижала их к коленям. Я не могла просто игнорировать его присутствие – он был частью меня.

– Кристиан… – начала я, но слова застряли на губах, его глаза встретились с моими, полные ожидания и надежды.

– Я знаю, что всё это выглядит невероятно глупо, – продолжал он, – но я не могу перестать думать о нас. О том, что мы были, и о том, что мы могли бы быть снова.

– Ты говоришь о нас, будто это просто черновик, который можно переписать, – ответила я, стараясь не проявить свою уязвимость. – Но между нами всё не так просто.

Он опустил голову, и в этот момент мне стало жаль его. Я понимала, что он страдает, но ярость и предательство все еще теплились в моей груди.

– Я понимаю, что я всё испортил, – сказал он, поднимая взгляд. – Но разве мы не заслуживаем второго шанса?

Я тихо вздохнула, вклинивая в свои мысли воспоминания о том времени, когда мы смеялись и строили мечты. Каждый момент был пропитан ощущением близости, но что скажет моя душа, если я снова открою ей двери? Открою ему?

– Ты говорил, что любишь меня. Но ты ушел, когда я в тебе нуждалась, – произнесла я, пытаясь удержать гнев. – А после ты выбрал её.

– Она была частью того, что я считал правильным в тот момент, – начал Кристиан, его голос дрожал. – Но с тех пор я многое понял. Талия – это просто увлечение, которое заглушало мою боль.

Я не могла так легко поверить. Молчание затянулось, и лишь пение птиц нарушало нашу паузу. Я искренне старалась понять его чувства, но они запутывались в моем разуме.

– Почему ты пришёл ко мне сейчас? Почему не раньше? – наконец, вырвалось у меня. Я не хотела поддаваться эмоциям, но эта мысль терзала меня.

– Потому что я осознал, что ты – это то, что мне нужно, – произнес он, наклоняясь ближе, его глаза словно горели. – Я не хотел тебя терять.

– Кристиан… – выдохнула я, и снова слова не выходили. Это было слишком сложно, слишком больно.

– Позволь мне всё объяснить, – настаивал он. – Я не отрицаю, что оступился. Но я готов сделать всё, чтобы вернуть тебя. Ты не можешь просто так вычеркнуть меня из своей жизни.

– Я не уверена, что могу верить тебе, – прошептала я, хотя в глубине души надежда начинала подавлять страх.

Я была на краю, и эти слова разрывали мой внутренний мир. Он чуть подался вперёд, и в этот момент последняя преграда в моем сердце начала рушиться.

Я уже не знала, как сопротивляться. Я была в ловушке своих эмоций, ощущая, как они накатывают на меня волной, готовой смыть все сомнения. Кристиан, с его теплом и страстью, снова пробуждал во мне то, о чем я давно мечтала. Но смогут ли наши сердца снова найти путь друг к другу?

– Я не прошу тебя забыть обиды. Я просто хочу шанс. Один единственный шанс начать всё сначала. – Его искренность взвешивала каждое слово.

– Начать снова? – повторила я с горечью, иронично усмехнувшись. – И как ты это себе представляешь?

– Сначала я обещаю быть честным с тобой. Каждую минуту. Каждую секунду, – тихо сказал он, в его голосе звучала такая настойчивость, что в моей груди снова что-то зашевелилось.

Я не могла не помнить наши вечера, когда мы сидели на его кровати, обсуждали книги и смеялись изо всех сил. Мне очень не хватало этого. Но предательство было тяжелым грузом на моем сердце.

– Я не знаю, Кристиан… – сказала я, и вдруг поняла, что не могу дышать, когда он так смотрит на меня. – Я не знаю, смогу ли я это сделать.

Тяжелая тишина снова окутала нас. Я ощущала, как мои чувства поглощают всё вокруг. Из-за предательства рождалась боль, а надежда слабо пробивалась сквозь мой щит, но вместе с ней приходила сладкая тоска.

– Я просто прошу тебя дать мне шанс, – произнес он, в его голосе звучала искренность, с которой трудно было справиться.

Я закусила губу, желая убедить себя в том, что этот разговор ничего не значит. Передо мной сидел человек, которого я когда-то любила, и угроза его изменения навевала сомнения.

– Я не люблю тебя, Кристиан, – резко соврала я, и в этой лжи звучал треск моего сердца. – Я… моё сердце принадлежит другому.

– Этому новенькому? – резко фыркнул Кристиан, и мне почему-то стало его жаль. Там, где раньше светила неуверенность, появилась тень гнева.

– Какая тебе разница? – ответила я, не осознавая, как вспыхнула. В воспоминаниях всплыл образ Арчи – безопасного, надежного, теплого. В тот же миг я решила. – Я не хочу тебя больше видеть, Кристиан. Прощай.

Я встала с лавочки и, не оглядываясь, направилась к выходу из сада. Ноги словно сами унесли меня прочь, а в голове закрутилось множество мыслей о том, что только что произошло. На мгновение я обернулась и уловила краем зрения, как мимо лавочки у кустов, где сидел Кристиан, промелькнула тень. Но этот миг улетучился, а я вернулась в свои размышления, оставляя позади все прежние чувства. Сзади остался Кристиан – тот, кто когда-то мог удерживать меня, но теперь, похоже, был лишь частью очередного разочарования.

Я вошла в Академию, шагала с опущенной головой, не разбирая дороги. Эти стены, когда-то казавшиеся мне дружелюбными, теперь напоминали лабиринт, в котором мои мысли кружились, как листва на осеннем ветру. Каждое слово Кристиана, словно заяц, ускользало от меня, оставляя только запутанные чувства и тревожные размышления. В этот момент я вдруг врезалась носом в чью-то грудь.

– Боже! – вырвалось у меня. – Бесит!

Я подняла взгляд и встретилась с глубиной голубых глаз Арчи. Его высокий рост заставлял меня задирать голову, и я вдруг осознала, как сильно он выделяется среди остальных. Улыбка на его лице была такой искренней, что мое сердце, словно преданное животное, захотело вырваться из клетки. В его глазах сверкали искорки, и я почувствовала, как смущение вдруг наполнило мою грудь.

– Привет, Клэр, – сказал он, его голос был теплым, как солнечный луч в холодный день. Смех и его светло-синие глаза казались единым целым, и это немного успокаивало.

– Привет, Арчи, – вздохнула я в ответ, ощущая, как что-то в моем сердце начинает успокаиваться.

– Что случилось? – спросил он, будто почувствовал мою смятенность, и у меня мелькнула мысль – как же он это делает?

– Да так, думала, – пожала я плечами, стараясь скрыть, насколько мне тягостно на самом деле. Мои мысли все еще озадачивали меня, и я боялась, что он сможет увидеть это в моих глазах.

– Не надо думать, надо убегать, – произнес он с ехидной улыбкой, подмигнув мне, как будто это было единственное, что имеет значение.

– Что? – успела я спросить, но он вдруг схватил меня за руки, и я ощутила его силу.

В следующий момент я уже была в его власти, когда он начал щекотать меня.

– Ааа, отпусти! – смеялась я, пытаясь вырваться из его захвата, но мой смех только становился громче.

Арчи смеялся вместе со мной, и от этого смеха мне казалось, что я могу забыть обо всем, забыть о своих заботах. Он приподнял меня над полом, и я чувствовала себя легкой, почти невесомой.

В коридоре Академии на нас смотрели толпы студентов с удивленными лицами – мы вызывали фурор своим безумным поведением. Я не могла не заметить, как некоторые улыбались, а кто-то даже позавидовал нашей бесшабашной игре.

– Ну пусти же! Я больше не грущу! – выкрикнула я между смехом и попытками отдышаться.

Мой голос хрипел от веселья, и мне было горько и сладко одновременно от этого освобождения. Но Арчи, видимо, был полон решимости, его щекотка не унималась. Он смеялся вместе со мной, создавая атмосферу, где печали и тревоги не имели права на существование.

Наконец, когда мой голос стал хриплым, он аккуратно поставил меня на ноги и, обхватив моё лицо своими ладонями, наклонился ближе.