Сара Джаффе – Дорогие коллеги. Как любимая работа портит нам жизнь (страница 35)

Складским работникам иногда бывает проще провести границу между работой и личной жизнью, чем сотрудникам магазинов, которым приходится натужно улыбаться посетителям. Арли Расселл Хокшилд отмечает, что чрезмерная самоидентификация с работой может привести к выгоранию, о котором в последнее время так много говорят (принято считать, что ему в основном подвержено поколение миллениалов). Работники ретейла обычно выгорают из-за необходимости постоянно убеждать себя в том, что работа приносит им радость и удовлетворение, хотя за нее и платят копейки[313].

Сегодня даже эмоциональный труд, который редко признают «настоящей» работой, подвергается деквалификации. Walmart, Target и другие крупные сетевые магазины раздают сотрудникам готовые сценарии, которым они должны следовать при общении с клиентами. Тем самым они лишают работников возможности принимать решения самостоятельно. Кроме того, тайные покупатели иногда также проверяют, насколько точно сотрудники следуют сценарию. Деквалификацию можно назвать одной из составляющих более широкого тренда к автоматизации труда, но сегодня она представляет собой лишь очередной инструмент контроля над сотрудниками[314].

Пандемия коронавируса усилила многие тенденции, уже существовавшие в сфере ретейла. В условиях локдаунов, когда все больше людей стали заказывать товары онлайн, одни компании обанкротились (J. Crew), а другие, наоборот, невероятно обогатились (Amazon). Пытаясь сэкономить деньги в ожидании грядущего открытия офлайн-магазинов, компании увольняли сотрудников – в первую очередь тех, кто работал на неполную ставку. Walmart, Target и другие сети продолжали работать и во время локдауна. Они установили защитные экраны на кассах и иногда выписывали краткосрочные премии сотрудникам, продолжавшим выходить на смены. Однако работники магазинов требовали большего. Трэвис Бут, фармацевт аптеки Kroger в Западной Вирджинии, объясняет, что во время пандемии ретейл оказался в числе «жизненно важных» сфер и вся страна осознала, «насколько наша работа важна для экономики». По словам Буфа, дела у Kroger «идут отлично»: «Прибыль растет, продажи растут. Компания может быть практически уверена в том, что так будет продолжаться до конца пандемии». Но уже спустя два месяца после начала пандемии Kroger лишила своих сотрудников «надбавки за геройство» (дополнительные два доллара в час), чем вызвала негодование работников и некоторых покупателей. Продавцам не понравилось, что их сначала назвали героями, а потом лишили надбавки за работу в опасных условиях. Их недовольство подлило масла в огонь протестов, вспыхнувших по всей стране еще в конце мая 2020 года[315].

По словам Энн Мари Рейнхарт, когда она узнала о том, что Toys “R” Us ждет банкротство, то «прошла через семь стадий принятия горя. Думаю, это происходило со всеми. Сначала было отрицание».

О банкротстве было объявлено в сентябре 2017 года. Сначала компания заявила, что продолжит работать в обычном режиме. Затем стало известно о закрытии ста магазинов Toys “R” Us по всей стране, в том числе супермаркета в Северной Каролине, где работала Рейнхарт. Она пыталась не терять надежды и говорила себе: «Я и раньше видела, как они закрывают магазины». По словам моей собеседницы, после финансируемого выкупа компании (один из множества финансовых терминов, которые Рейнхарт и ее коллегам пришлось выучить за последние годы) «все полностью изменилось». Прежде в Toys “R” Us царила семейная атмосфера – Рейнхарт вспоминает, как однажды в их магазин неожиданно заглянул Чарльз Лазарус, одетый в джинсы и клетчатую рубашку. «Магазин был его детищем», – говорит Рейнхарт. Лазарус умер в марте 2018 года – тогда же, когда была ликвидирована его компания[316].

Рейнхарт начала собирать информацию о Bain Capital еще во время президентских выборов 2012 года: одним из основателей компании был Митт Ромни, кандидат от Республиканской партии (сейчас он сенатор от штата Юта). Прежде чем голосовать, Рейнхарт всегда внимательно изучает кандидатов. Бизнес-модель Bain показалась ей хищнической еще до того, как она сама с ней столкнулась. Как отмечает Рейнхарт, когда она узнала от менеджера, что Bain приложили руку к превращению Babies “R” Us в супермаркет, это стало для нее «тревожным звонком»: «Я спросила у него: „Вы знаете, что Bain Capital делает с компаниями? Вы вообще что-нибудь знаете о Bain Capital?“» Тогда менеджер попытался переубедить Рейнхарт, но во время ликвидации он, по словам женщины, извинился за то, что не прислушался к ее мнению. «Он проработал в компании лет десять, а я угрохала на нее три десятилетия», – говорит моя собеседница.

Не только сотрудники Toys “R” Us внимательно следили тогда за новостями, чтобы узнать, что произойдет с их рабочими местами, медицинскими страховками и пенсионными планами. Организация, ныне известная как «Объединение за уважение» (United for Respect), стремилась привлечь в свои ряды больше работников сферы ретейла. Сначала она называлась «Объединение за уважение к работникам Walmart» (OUR Walmart) и была проектом Международного союза работников пищевой промышленности и торговли (UFCW), стремившимся объединить работников сети Walmart по всей стране. Они использовали социальные сети, чтобы создать широкое объединение работников, которым, возможно, никогда не удастся выиграть на профсоюзных выборах в каждом отдельном магазине, но которые тем не менее могут совместно действовать в разных филиалах сети, оказывая давление на руководство компании и добиваясь улучшения условий труда. Основатели организации считали, что если им удастся добиться победы над Walmart, это повлияет на всю сферу ретейла, ведь Walmart – флагман низкооплачиваемого труда. Но то, что произошло с магазинами Toys “R” Us, открыло им глаза на еще одну проблему розничной торговли: «гибель ретейла» вызвана не только ростом интернет-продаж, но и вмешательством финансового капитала, стремящегося выжать из розничных компаний все деньги, а затем выбросить их на помойку.

Работники Toys “R” Us, как и их коллеги из Walmart, были сильно привязаны к своей компании и поэтому почувствовали себя преданными после ее ликвидации. Кроме того, они столкнулись с ухудшением условий труда, когда частный капитал начал наводить свои порядки в магазинах сети. Один из коллег рассказал Рейнхарт о группе «Общество мертвых жирафов» («Dead Giraffe Society») в фейсбуке. Сначала она не заинтересовалась, но потом зашла в группу и увидела, что в ней бывшие сотрудники Toys “R” Us делятся воспоминаниями и фотографиями, ностальгируя по своей старой доброй компании.

Группа также была тем местом, где люди могли выплеснуть свой гнев. Организаторы «Объединения за уважение» окунулись в это море гнева, надеясь помочь бывшим сотрудникам Toys “R” Us. Но как организовывать работников сети, которая вот-вот закроется? Забастовка не поможет: бессмысленно пытаться парализовать работу магазинов, которые и так скоро перестанут существовать. Но сотрудники Toys “R” Us все равно искали способ отстоять свои права. Люди говорили Рейнхарт, что «это всего лишь работа», но она «отдала этой работе тридцать лет и поэтому была готова бороться. С нами плохо обошлись».

Когда магазин Рейнхарт закрылся, некоторые филиалы сети все еще работали. По этой причине многие участники «Общества мертвых жирафов» старались быть аккуратными в своих высказываниях в фейсбуке, чтобы не создать себе лишних проблем. Но Рейнхарт была сыта по горло. Компания всегда предупреждала сотрудников, что они не должны разговаривать с журналистами, но когда «Объединение за уважение» спросило у участников группы, кто из них хотел бы пообщаться с репортером BuzzFeed, то Рейнхарт вызвалась: «А что они сделают? Уволят меня? У меня и так уже нет работы». Рейнхарт рассказывает, что ее первое в жизни интервью заняло целый час и она «много плакала. Это было очень-очень тяжело».

Потом организатор «Объединения за уважение» написал ей и спросил, не хочет ли она приехать в Вашингтон и встретиться с сенатором от штата Вермонт Берни Сандерсом. Она позвонила своей подруге Эм-Джей, которая переехала в Техас из Нью-Йорка и тоже работала в Toys “R” Us. «Она спросила: „Ты уверена?“ Я сказала, что два раза говорила с ними по телефону и должна доверять своей интуиции. Эм-Джей сказала: „Попроси ее позвонить мне“». Следуя своей интуиции, Рейнхарт и Эм-Джей полетели в Вашингтон вместе с участниками «Объединения за уважение». «Моя невестка спросила: „Ты что, с ума сошла? Ты собираешься лететь куда-то с людьми, которых даже не знаешь!“ Так вот, это было лучшее решение в нашей жизни», – говорит Рейнхарт.

Шестеро бывших сотрудников Toys “R” Us – а всего работу тогда потеряли около 300 тысяч человек – приняли участие во встрече с Берни Сандерсом, состоявшейся в мае 2018 года. Рейнхарт нервничала: ей никогда не приходилось заниматься чем-либо подобным, а тут она встречается с сенатором и участвует в своем первом пикете. «Мы думали, что никому нет дела до нашей истории, – говорит она. – Мы сделали плакаты, и я подумала: „Это все, конечно, здорово, но нас всего шестеро“. Мы пошли к зданию Bain Capital. У них офис в Вашингтоне. Мы зашли за угол, и тут подъехали два автобуса. Из них вывалили люди с плакатами и воздушными шарами – все они были работниками Walmart. Одна из них, женщина по имени Донна, сказала мне: „Мы здесь. Мы прикроем вас“. Я посмотрела на нее со слезами на глазах и сказала: „О господи…“ Она обняла меня. Я никогда не забуду тот день».