Сара Адам – Опасная близость (страница 9)

— Лилит, — предупреждающе тянет брат, призывая поумерить пыл, но мне плевать на его предупреждения.

— Что «Лилит»? Вы с ума тут оба посходили? С какой радости я должна выходить замуж?! — дьявольская натура, не привыкшая к тому, что ей могут командовать и принуждать, вырывается наружу. — Я прилетела сюда с одним чемоданом на неделю. Оставила всю свою жизнь и тренировки в Нью-Йорке!

Глава спокойно поднимается на ноги, опираясь на стол, и я, запнувшись, затыкаюсь.

— То есть твой ответ «нет»? — интересуется нарочито спокойно.

— Конечно, нет!

— Если ты сейчас откажешься, — отец делает многозначительную паузу, а я машинально бросаю взгляд на мрачное лицо брата, — то ноги твоей больше никогда в этом доме не будет. Можешь забыть сюда дорогу.

Наверное, это впервые в жизни, когда мне хочется заплакать от обиды. Комок подкатывает к горлу, и я тяжело сглатываю.

— То есть для вас важнее подложить меня под кого-то? Ты так легко готов отказаться от меня, папа?

— Если ты готова отказаться от меня, — слегка наклонив голову набок, равнодушно констатирует он.

Они перекладывают вину и ответственность на меня. Будто это я такая плохая и не готова жертвовать собственными интересами ради семьи.

Но я не хочу становиться женой так рано!

К глазам подступают слёзы, и я отшагиваю спиной к двери.

— Что ж, раз так, тогда счастливо оставаться, — одинокая слезинка скатывается из глаз. Нащупав ручку двери, нажимаю её и вываливаюсь из кабинета, убегая прочь.

Буквально взлетев на третий этаж, я врываюсь в спальню и, вытащив из гардеробной чемодан, швыряю его на пол. Срываю с вешалок шмотки, которые прислуга успела развесить, и как попало пакую обратно.

Каждую клетку тела трясёт, а к горлу подкатывает жуткая тошнота.

Они не могут меня заставить.

Нужно уезжать как можно быстрее.

Нервно оглядываясь на дверь, я почему-то с ужасом жду, что сейчас сюда ворвётся отец или брат и запрёт меня. Но этого не происходит.

На удивление, я успеваю собраться и даже заранее вызвать такси. Чемодан удаётся застегнуть только с третьей попытки из-за натянутых, как струна, нервов и дрожащих рук. Накинув на себя куртку, обуваю кеды и бегом спускаюсь на первый этаж.

Я не оглядываюсь, не стараюсь запомнить это место, хотя отчётливо понимаю, что никогда сюда не приеду. Отец не бросает слов на ветер. Если глава клана однажды от кого-то отвернулся, значит, этого человека не будет в его жизни.

Можно умолять, ползать на коленях, но все попытки потерпят неудачу. Если тебя вычеркнули из жизни, это навсегда.

Плохая ли я дочь, раз отказалась выходить замуж по указке? Наверное.

Но мне всё равно. Возможно, однажды я буду жалеть о том, что стала причиной разлада с семьёй, но сейчас во мне горит обида.

Если отец способен отказаться от дочери, её ли это вина? Или он её недостаточно любит и ценит?

Уверена, есть куча других способов примириться с враждующим кланом, нежели лишить собственного ребёнка свободы и заставить прожить лучшие годы с нелюбимым.

Машина такси ждёт у ворот, и я без сомнений ныряю в тёмный салон, позволяя увезти меня из этого места.

По дороге я успеваю купить билеты на ночной рейс до Нью-Йорка и прикидываю, через сколько все мои счета будут заблокированы с подачи родителя.

Эх, нужно было быть умнее и слушать маму. Откладывать деньги на личный счёт, не касающийся отца.

Решив, что этого мне пока что никто не может запретить, я перевожу кругленькую сумму на чёрный день. Подло? Возможно.

Вибрирующий телефон уведомляет о входящем звонке от Адалин.

— Ну что, я готова слушать, — радостно заявляет подруга с того конца провода.

— Извини, малыш, но мне сейчас не очень удобно говорить, — повернувшись к окну, вглядываюсь в огни ночного Дублина. — Завтра я буду в городе. Сможешь увидеться?

— А почему так быстро? — скептически уточняет моя блондиночка.

— Ой, долгая история. Папаня решил выдать меня замуж, но быстро обломался.

— Чего-о-о? — удивлённо протягивает Ада. — Блин, ладно. Не буду сейчас грузить. Давай с аэропорта сразу к нам, хорошо? Тебя нужно встретить?

— Нет, сама доберусь, — вздыхаю, ощущая внутри странную пустоту. — До скорого.

Отчаяние душит меня, но я заталкиваю эмоции в глотку. Не буду плакать. Сокрушаться и страдать.

И плясать под чужую дудку тоже!

Пусть всё горит синим пламенем, но я не позволю принести себя в жертву.

Мне всегда была до одного места их вражда. Я даже не вникала в причины, просто мирилась с тем, что родилась в необычной семье. Так почему сейчас я должна против своей воли становиться той, кто положит конец войне?

С какой стати?

Машина такси резко тормозит, и я от неожиданности подаюсь вперёд, но успеваю прикрыть лицо и не удариться о переднее пассажирское сиденье.

— Можно поаккуратнее! — рявкаю, а затем прикусываю язык, понимая причину остановки.

— Извините, мисс… — мямлит водитель, а я, стиснув зубы, наблюдаю, как из впереди стоящей машины, которая подрезала нас и перекрыла дорогу, выходит Деклан вместе с каким-то здоровяком.

Они оба, не скрывая, демонстрируют оружие, сразу давая понять, что отступать некуда. И бежать бессмысленно.

— Заблокируйте двери! — командую, быстро сообразив, и водитель тут же щёлкает замками. — Уезжайте отсюда! Ну не стойте же на месте!

Сердце ускоряет бег, когда я осознаю, что нам перекрыли дорогу спереди, сбоку и сзади тоже, подперев со всех сторон.

Деклан вальяжной походкой подходит к ближайшей от меня двери и безуспешно дёргает ручку.

— Выходи, Лилит, — спокойно требует брат, а я отодвигаюсь подальше.

— Вы их знаете? — сидящий за рулём оборачивается, смотря на меня с подозрением. — Тогда выходите, мне не нужны проблемы.

— Езжай! — махнув рукой, прикрикиваю. — Протарань ту машину, я не знаю! Сделай хоть что-нибудь! Я оплачу ремонт, чёрт возьми!

— Ли-лит, — брат издевательски барабанит пальцами по крыше седана. — Выходи, сестрёнка.

— Вон пошла! — проклятый водитель щёлкает блокировкой, и Деклан тут же открывает дверь. Заглянув в салон, он протягивает руку, чтобы схватить меня, но я выскакиваю наружу с противоположной двери, около отбойника.

Попробуйте меня сначала догнать, уроды!

Быстро сориентировавшись в пространстве, я перелезаю через металлическую ограду, разделяющую дорогу на две части.

— Стой, дура! — доносится крик Деклана, и я, не удержавшись, поднимаю руку вверх, показывая брату средний палец.

Летящие машины сигналят, а я, толком не соображая, бросаюсь прямо на оживлённый участок движения. Ей-богу, мне чудом удаётся не оказаться под чьими-то колёсами и перебежать на другую сторону.

А дальше уже куда глаза глядят…

Я убегаю, не думая о том, куда и зачем. Ноги несут меня подальше от горе-родственника и его свиты.

Вот чувствовала же задницей, что просто так они не отпустят. Только почему брат бросился в погоню, а не остановил меня ещё дома? Зачем выпустил с территории особняка? Решил предоставить иллюзию свободы?

Ветер хлещет в лицо, разлетающиеся во все стороны волосы застилают глаза, и мне приходится без конца отбрасывать их назад. В какой-то момент шестое чувство подсказывает обернуться.

— Сука… — выдыхаю сквозь зубы, увидев бегущего позади здоровяка.

Сердце отплясывает чечётку в горле. Кажется, что оно вот-вот выпрыгнет наружу.

С оглушающим визгом шин передо мной тормозит внедорожник, из которого выпрыгивает ещё один такой же кабан.

— Отпусти! — взвизгнув, я отталкиваю от себя незнакомца, но он вцепляется нечеловеческой силой и волоком тащит меня к своей тачке. — Отвали, твою мать!