Сара Адам – Ломая запреты (страница 9)
– К кому ревновать? – немного не улавливаю суть в её бурном потоке речи. – За мной охрана по пятам ходит. Или ты Демьяна имеешь в виду? Нет, нет, я не буду…
– Да какой Демьян, ты чё! Думаешь, я со всем с ума сошла приплетать этого придурка? – подруга делает оскорблённый вид. – В пятницу тусовочка намечается. Я не собиралась идти, но ради определённой цели готова на один вечер отказаться от данного себе обещания вести нормальный образ жизни.
– О, ты дала себе такое обещание? – искренне удивляюсь, не скрывая это.
– Ага, но сейчас не об этом. На вечеринке ты заставишь Князева сгора-а-а-ть! – Соколова светится от счастья, придумав план мести и ревности. – Оторвёмся по полной. Тебе надо развеяться, Лизунь.
– А как мы туда поедем с охраной?
– Какая ж ты наивная, деточка моя. Оставь это дело старшим, всё будет организовано в лучшем виде! – Таня плюхается на постель, восторженно глядя в потолок.
Переминаясь с ноги на ногу, смотрю на подругу и загораюсь маленькой надеждой передать Князеву хоть капельку испытываемой мною боли.
Слова Тани звучат, как спасательный круг в бушующем море. Я понимаю, не нужно этого делать, не имею никакого права на месть. Всё происходящее заслужила. Но меня всё ещё штормит, в сознании то и дело всплывает сцена из туалета, и фантазия услужливо рисует картину, как Кристина делает ему то, чего так и не решилась сделать я.
Занимаясь сексом, он говорит ей то же, что и мне? Обнимает? Целует? Шепчет, как сильно хочет и сходит по ней с ума? Рассказывает о том, какая Кристина красивая и нужная? Что она только его? Дико ревнует?
– Подберёшь мне наряд? – с волнением закусываю нижнюю губу.
А если Князеву будет всё равно? Вдруг он больше ничего не чувствует ко мне кроме ненависти?
– Иди сюда, – Таня придвигается ближе к стене, освобождая место, и хлопает ладонью по постели.
Без раздумий ложусь рядом с подругой.
– Тань, прости, пожалуйста, я веду себя, как сука редкостная. Ты лучшая подруга, которую можно представить. Я бы я не вывезла это всё в одиночку…
Соколова набрасывается с крепкими объятиями. Это придаёт мне немного сил и уверенности. Я понимаю, что не одна на всём белом свете.
Здравый смысл вопит не рисковать, не подставляться. Вдруг охрана поймёт? Найдёт меня и передаст Власу, а тот, в свою очередь, снова начнёт угрожать?
Но огонь в израненной душе уже зажегся, и обратного пути нет. Всего один вечер. Один…
Таня начинает перебирать идеи о нарядах, объясняет, как правильно флиртовать с мужчинами. Я слушаю её и пытаюсь сосредоточиться, но часть меня тянет назад: к Руслану и к той жизни, которую потеряла.
Возвращаясь в университет, я думала: смогу, выдержу. Отпущу прошлое. На деле оказалось сложнее.
Но я знаю одно: если не хочу сломаться, мне нужно двигаться дальше.
Это будет сложно, оставит глубокие порезы на сердце. Вернуть ту наивную Лизу, которая верила в людей и счастье, не получится, но у меня осталось меньше полугода на нормальную жизнь. И я проживу её
Глава 6
Сидя в приглушенном свете зала под активное зевание Егора, я буквально ощущаю, как музыка проникает в каждую клеточку моего настрадавшегося тела. Симфония разливается вокруг, наполняя пространство глубокими, трагическими нотами, которые обвивают подобно холодному ветру в осеннюю ночь. Каждая мелодия, как шёпот забытого счастья и горечи утрат, заставляет сердце биться в унисон с ритмом композиции.
Сегодня в университете проходит благотворительный концерт симфонического оркестра. Признаюсь честно, поначалу я наотрез отказывалась тратить время на просиживание штанов, но за неимением выбора оказалась здесь. К своему стыду, в процессе я настолько втянулась, что искренне раскаялась от собственных гадких мыслей.
– Я щас вырублюсь, – Егор делает контрольный зевок, благо прикрывает разинутый до потолка рот ладонью.
– Заметно. Уймись, – шикаю на друга, ткнув его со всей дури локтем в бок.
– Астахова, ты чё! – рыжий искренне возмущается моей наглости. – Больно, вообще-то. Мне и так вчера на трене чуть печень не отбили.
– Ну прости, я не знала, – злобно сверкнув глазами, устраиваюсь в кресле поудобнее, скрещивая руки на груди. – Нытик.
Вернув внимание к сцене, я снова погружаюсь в мир размышлений, позволяя унести меня далеко-далеко. Туда, где нет проблем, тяжести прошлого и неизбежности будущего.
Недаром говорят: музыка исцеляет душу. Несмотря на всё происходящее вокруг, я здорова, я жива, я дышу. Имею ли я право жаловаться на судьбу, если ни в чём не нуждаюсь, в отличие от людей, ради которых организован данный концерт?
Не имею…
Лежащий в кармане джинсов мобильник начинает вибрировать, и я моментально напрягаюсь. Мне редко звонят; Таня написала бы сообщение, а засыпающий Егор сидит рядом.
Недоброе предчувствие пускает корни, заставляя нервничать. И как оказалось, не зря. Достав телефон, в ужасе пялюсь на светящийся экран с наименованием абонента
Демьян.
Чёрт!
Сердце галопом пускается вскачь. Мы не виделись и не общались с того самого дня, когда я лежала дома. Шведов-младший не объявлялся. Почему именно сейчас? Что ему нужно?
– Алло, – наклоняюсь ближе к коленям Егора, прикрывая гаджет ладошкой, тем самым заглушая звучащую вокруг музыку.
– Ты где?! – в трубке с ходу звучит раздражённый голос жениха.
– В университете, – отвечаю сквозь стиснутые зубы.
– Чё за дерьмо там орёт? – Демьян говорит странно, и это наталкивает на определённые мысли о его состоянии.
– Симфонический оркестр. Знаешь, что это такое? – не удерживаюсь от колкости в сторону блондинчика.
– Типа дерзкая стала? – надменно хмыкает, а я еле сдерживаюсь, чтобы не послать его куда подальше.
Нельзя, не хами, Лиза. Ради семьи ты будешь терпеть. Для их безопасности.
– Говори быстрее, что хотел. Мне некогда, – пытаюсь быть максимально спокойной, соответствовать собственным мыслям и убеждениям.
– На улицу выходи.
– Зачем?
– Зачем-зачем? Выходи, блядь! – переходит на повышенный тон. Я, конечно, знала, что он придурок редкостный, но чтобы вот настолько псих – нет. – Я тебе разжёвывать должен?!
Дыхание сбивается от накативших флешбэков. Очень плохо в прошлый раз закончился визит Демьяна…
Бросив в трубку неразборчивое «хорошо», отключаюсь. С каждой пройдённой секундой, пока я пялюсь в никуда, внутри нарастает паника.
– Ты куда? – издалека слышу голос Егора. Друг, нахмурив брови, наблюдает, как, поднявшись на ноги, я растерянно разворачиваюсь в сторону выхода.
– Всё нормально, – отмахнувшись, отвечаю невпопад. – Скоро вернусь.
Покинув набитое студентами помещение, меня оглушает тишина холла. Увидев предмет слежки, ожидающая охрана приходит в действие. В ушах стоит странный звон, избавиться от которого невозможно. Наверное, нужно время, как и для всего…
В голове рой мыслей. Дежавю заполняет меня от кончиков ушей до самых пят. Без конца всплывает роковой день, когда Демьян приехал. А потом нас увидел Руслан, а потом… а потом моя жизнь закончилась.
Глухой звук шагов отскакивает от стен; странное предчувствие сдавливает внутренности, затрудняя дыхание.
История не повторится. Руслану ты больше не нужна, а встречи с Демьяном теперь неизбежны. Интересно, амбалы, преследующие по пятам, защитят меня в случае чего?
Глупая усмешка слетает с губ. Идиотский вопрос. Конечно же, нет. Они работают на отца Демьяна и не посмеют укусить руку, которая их кормит. Защиты ждать не откуда. Ты сама по себе, Лиза.
Забрав верхнюю одежду из раздевалки, накидываю куртку у центральных дверей и выхожу наружу. Морозный воздух, по обыкновению, обжигает разгорячённое лицо.
Выцепить нужную машину на полупустой парковке не составляет труда, тем более что Демьян расслабленно стоит, оперевшись на своего железного коня.
– На сегодня свободны, она со мной едет, – без приветствий первым делом сообщает Шведов, обращаясь к охране.
– Я никуда не еду. – Складываю руки на груди и произношу так, чтобы слышали все присутствующие.
– А тебя, соска, никто не спрашивал, – бросает он более чем презрительно, будто я и правда пустое место.
– Следи за языком, – предупреждаю, выплёвывая слова с особым ударением на согласные.