Сара Адам – Искушая любовь (страница 4)
— Что-то случилось? С Сарой? — от проскочившей мысли, что беременная сноха может оказаться в опасности или тяжёлом состоянии, сердце пропускает волнительный удар. — У тебя язык, что ли, отсох?! Чего ты молчишь?
Сама не понимаю, как перехожу на родной русский язык. Артём тоже стоит, без стеснения меня разглядывая. Словно пытается уличить какие-то изменения или пробраться в голову и мысли.
— Знаешь, чё я делаю с людьми, позволяющими себе разговаривать со мной неподобающим тоном? — наконец, лениво произносит он, слегка наклоняя голову набок.
Раз Князев собрался читать мораль и запугивать – значит, с Сарой всё в порядке. От этого становится немного легче, и я выдыхаю, но лишь на секунду. Вместо этого приходит злость за его несанкционированное вторжение на мою территорию.
— Ой, не знаю, и знать не хочу! — слова вылетают изо рта, как пули из обоймы братца.
Отмахнувшись рукой в такт словам, отворачиваюсь, ловя заинтересованные взгляды компании пожилых дамочек, с упоением рассматривающих Арта. Этот харизматичный засранец пленяет в свои сети даже пенсионерок. Ну и дела.
— Меня мало волнуют твои пафосные речи. Говори, что хотел.
— Думал, в другом месте и на других условиях побазарим, но раз ты предпочла сразу вернуться в свою дыру – я человек не гордый, сам приехал, — наконец выдаёт Артём, смотря прямо в упор.
Господи, какой же самовлюблённый и самоуверенный тип. Так и хочется сказать: спасибо, барин, что удостоили нас своим непрошенным визитом! Ещё и поклон для убедительности отвесить.
— И охрану взять не забыл? — язвительно подмечаю, слегка сдвинувшись в сторону, чтобы взглянуть на солдатов брата. Двое мужчин, стоящих по бокам около стеклянных дверей, внимательно сканируют помещение в поисках опасности, сулящей их хозяину. Небось, вооружены до зубов, хоть под одеждой этого и не видно.
Ей-богу, цирк.
— Делла, — Арт неожиданно умолкает, будто сдерживает себя, чтобы не наговорить лишнего. — Давай ты захлопнешь варежку, и мы нормально, по-человечески поговорим.
— Так поговорим или побазарим? Ты уж определись, а то я запуталась.
— Короче, слушай сюда, малявка, — неожиданно этот нахал хватает мой локоть, резко потянув на себя. — Щас ты своими ножками добровольно потопаешь, куда я скажу. А потом мы сядем, как старший брат с младшей сестрой, и спокойненько обсудим жизнь.
— Что ты обсуждать собрался? То, как преследовал меня пять лет, а потом насильно запер на Аляске? — задрав голову вверх, цежу сквозь стиснутые зубы.
Я не боюсь Артёма. Точнее, знаю, что он никогда не сможет причинить мне физическую боль. Каким бы агрессивным, неуравновешенным психопатом Арт ни был, бить он меня не станет. Тем более на людях – хоть это и сошло бы ему с рук с вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента.
Власть и деньги дарят бесконечную безнаказанность и веру в себя.
— В твоих интересах не рыпаться, а делать, чё старшие говорят, — видно, братец закипает не на шутку.
Что поделать – привык господин к беспрекословному подчинению. А тут я – озлобленная и обиженная на весь белый свет.
— Никуда я с тобой не пойду! — отдёрнув руку, вырываюсь из крепкого захвата. — Я нахожусь на рабочем месте и не имею права покидать больницу. Хочешь разговора – говори здесь и сейчас.
— Психичка неуравновешенная, — ухмыляется Князев, качнув головой. — Раньше добрее была. Куда дела ту милую девчонку? Где моя Делла?
— Твоей Деллы больше нет. Я её съела, — фыркнув, с усилием подавляю рвущуюся наружу улыбку.
Этот дурак всегда мог заставить смеяться, несмотря на происходящее вокруг. И даже спустя пять лет разлуки, похоже, Артём Князев до сих пор имеет влияние на моё внутреннее я, скрытое за колючей проволокой.
— Пошли, тут есть где посидеть, раз у тебя важный разговор, — указываю в сторону коридора и, не дожидаясь Князева, двигаюсь первой.
Свернув за угол, я оказываюсь в небольшом, но уютном кафетерии. Внутри, как и всегда, стоит запах разогретой еды, автоматы с батончиками, пластиковые столики и парочка уставших медсестёр, пьющих кофе у окна.
Пройдя к дальнему столику у стены, подальше от чужих ушей, отодвигаю стул и сажусь боком к двери.
— Ты смотришься здесь нелепо, — не сдержавшись, констатирую, когда Артём опускается напротив. Его массивная фигура на фоне мизерных дешёвых столов и хлипеньких стульчиков выглядит неуместно – и в какой-то степени смешно.
— Ты тоже, — без капли иронии в голосе произносит Арт, почему-то став серьёзным.
— У меня мало времени, — мне перестаёт нравиться идея сидеть вот так с ним и душевно беседовать. Хочется встать и уйти – этот его тяжёлый взгляд угнетает. — Говори быстрее, что хотел обсудить?
— Почему улетела раньше? Без Грея?
Вопрос застаёт врасплох. Я должна была догадаться, что у Артёма возникнут подозрения или хотя бы интерес узнать причины.
— Надоело там торчать. Раз ты со своей стороны решил, что мы можем возвращаться, я посчитала правильным сделать именно так, — нарочно расслабленно пожимаю плечами, создавая вид, что тема разговора меня совсем не волнует. Однако внутри начинает сосать под ложечкой. — А что? Есть какие-то проблемы?
— Проблем нет, — всё так же серьёзно произносит родственник, сканируя каждый мускул на моём лице. — Не могу никак привыкнуть, что ты во мне не нуждаешься.
Не знаю почему, но от откровения Артёма к горлу подкатывает ком. Он редко ведёт беседы по душам, и каждый раз они бередят душу.
— Это всё? — мне приходится быстро и часто моргать, лишь бы подступающие к глазам слёзы не вырвались наружу.
— Я обещал тебе кое-что, — подавшись вперёд, Арт кладёт сцепленные в замок руки на стол, от чего мне инстинктивно хочется отпрянуть назад. — Свободу за помощь с Джоном.
— И, конечно же, ты не собираешься сдержать обещание, — горькая усмешка озаряет моё лицо. — Можешь не утруждаться – и так вижу, что меня продолжают пасти твои псы.
— Сегодня у них последний рабочий день, — проигнорировав мой выпад, спокойно говорит брат.
— Что?.. — слова застревают в горле. Облизнув пересохшие от волнения губы, я не могу вымолвить ни единого звука. Тупо пялюсь на Князева, умоляя высшие силы, чтобы это не было жестоким розыгрышем.
— Ты свободна, — сквозь гул в ушах долетает спустя долгую минуту молчания.
— Ты издеваешься надо мной, да? — отказываясь верить в услышанное, откидываюсь на спинку стула.
Артём освободил меня от слежки? Позволил жить без его контроля?
— Не думай, что отпущу в свободное плавание. За тобой будут приглядывать, но уже более аккуратно и издалека, — как будто сам с собой разговаривая, произносит Арт. — Мы одна кровь, Адалин. Не могу взять и положить болт на твою жизнь. Я должен быть уверен, что моя сестра в безопасности.
Хочется съязвить, сказать, что я в безопасности, когда его нет рядом, но вместо этого могу лишь выдавить жалкое:
— Хорошо.
В голове просто не укладывается, что Артём сдержал слово... Я ведь не верила, что он сделает это. Освободит меня от своих людей.
Я что... действительно останусь одна?..
— Предлагать переехать поближе, в Нью-Йорк, резона нет, полагаю? — Арт недовольно осматривает помещение вокруг нас, словно это место для него – клоповник.
— Ты, как всегда, до жути проницателен, — уголки моих губ слегка ползут вверх в подобии жалкой улыбки.
— Не вижу смысла торчать тут. Хочешь заниматься медициной – могу устроить в любую клинику, просто тыкни в неё пальцем. — После того как смягчил снятием контроля, Князев, похоже, решает завести новую шарманку. — Хочешь вернуться на лёд – устрою. Просто скажи мне это, Ада. Попроси хоть о чём-то – я сделаю.
— Свобода. От тебя мне нужна только свобода, — нервно киваю головой в такт словам. — Спасибо, что выполнил условие сделки.
— Обращайся, — лениво кидает ответку, с самооценкой до небес.
— Артём, — замявшись, я не знаю, как задать вопрос, возникший в голове. — Ты решил все свои... дела?
У меня были подозрения, что у брата начались серьёзные проблемы, связанные с мафией, после смерти отца. И именно поэтому он маниакально преследовал сбежавшую сестру, опекая её.
Судя по тому, с какой лёгкостью он освобождает меня сейчас, опасности больше нет.
— Всё под контролем. Ты в полной безопасности, — Князев вгрызается в меня слегка удивлённым взглядом, но подтверждает догадку.
Мне хочется поблагодарить брата не на словах, но и обнять его. Как в старые добрые времена – повиснуть на шее старшего брата и знать, что рядом с ним не страшно. Что Тёма всегда подстрахует и подставит надёжное плечо.
Но я не могу перепрыгнуть пропасть, образовавшуюся за годы разлуки. Не могу переступить через обиду, давящую на горло. Не могу, потому что он выбрал долбанный клан и мафию вместо родной сестры, хотя она так сильно в нём нуждалась.
Поднявшись на ноги, с грохотом отодвигаю стул назад.
— Мне нужно вернуться в отделение. Ещё раз спасибо, — я собираюсь сбежать, как трусливая скотина, лишь бы он не понял и не заметил, какой ураган поднялся в моей душе.
— Есть что-то, что я должен знать? — Артём окликает, когда я, развернувшись, делаю несколько размашистых шагов к выходу.
— Нет, — вру, даже не обернувшись, и выхожу из кафетерия.