Саня Сладкая – Ты, я и он (страница 5)
В отчаянии дергаюсь еще раз, и в бессилии расслабляюсь. Странно, но у меня нет чувства неловкости или отвращения. Стас кажется до ужаса знакомым, а его объятия – привычными, не отталкивающими. Я – словно маленькая частичка пазла, вдруг отыскала давно потерянную составляющую, и вот, мы воссоединились. Так просто, как будто, так и должно было быть.
Это просто какой-то абсурд. Этого человека я увидела вчера первый раз. Вчера! А сейчас он позволяет себе такие неподобающие вещи.
– Не нужно так напрягаться. Ты вся дрожишь от холода, и если сейчас не согреешься, то заболеешь и не сможешь заработать денег, ухаживая за мной. Просто успокойся. Тебе нужно снять рубашку, она все равно бесполезна и облепила тело как вторая кожа. – На этот раз в голосе Стаса нет издевательских ноток или иронии. Он абсолютно трезв. – Минуты через три ты перестанешь дрожать, и мы сможем пройти в дом. Там спокойно переоденешься.
Я молчу, не знаю, как реагировать на столь внезапную перемену в поведении. Одно я знаю точно – завтра я не вернусь в этот дом. Никогда.
На часах два часа ночи, я неслышно крадусь по коридору своей квартиры, и чувствую себя изменщицей. Пока раздеваюсь в ванной (неосознанно тороплюсь скорее скрыть все улики того, что отсутствовала дома), прокручиваю в голове все произошедшее. Да, спустя пару минут меня перестала «бить» дрожь, и Стас отпустил меня.
Молча, я собрала свои вещи, брошенные за калиткой, подождала, пока Стас пересядет в кресло и мы зашли в дом. Вернее, я закатила Стаса внутрь, так было быстрее, чем, если бы он сам крутил колеса.
Внутри царил хаос – куча обуви у порога, какие-то сумки, непонятная одежда, туфли на шпильках и огромной платформе. В сторону кухни я старалась не смотреть, и боялась представить, что творилось в комнате. Оттуда доносился храп.
Я оставила Стаса и убежала в ванную переодеваться. Когда открыла дверь, он уже ждал меня – протягивал бокал вина, от которого я не смогла отказаться. Пока пила, он вызывал такси. Мы практически не разговаривали: Стас о чем-то думал, а я боялась сказать что-то не так и получить в ответ очередную порцию изощренных оскорблений.
Когда такси подъехало, мы неловко попрощались, и вот, я дома, чувствую себя так мерзко, словно только что изменила мужу. Но ведь ничего такого не было, почему я думаю об этом? Почему сейчас мысли о Стасе не отпускают? Прохожу на кухню, сажусь за стол и обхватываю голову руками. Нужно привести мысли в порядок, нужно взять себя в руки. Ничего не случилось. Вернее, произошла нелепая, нестандартная ситуация, но теперь ничего нет. Все закончилось.
Все прошло. Я – сиделка и домработница. Я лишь выполняю свои прямые обязанности. А завтра…завтра я просто никуда не поеду. Просто не смогу этого сделать. Почему? Потому что все что произошло – пугает меня. Пугает Стас, который ведет себя совсем не так, как положено человеку, за которым требуется уход. Боже! Я пытаюсь отогнать от себя непрошенные воспоминания. Вот же дура!
В который раз, разозлившись на саму себя, я прохожу в спальню и ныряю под одеяло. Женька спит, и я крепко прижимаюсь к его широкой спине.
ГЛАВА 6
– Теперь ты моя.
Он зависает надо мной, крепко сжав руки и вдавив телом в постель. Хотя, это действие совершенно бесполезное – я и так никуда бы не делась. А сейчас я задыхаюсь от его веса. Сумасшедший. Пытаюсь разглядеть глаза, но вижу только белые зубы, оскалившиеся в полу-усмешке. Почему он думает, что я убегу? Неужели не понимает, что от себя не убежишь?
Теперь мне нечего терять – я готова быть рядом с ним столько, сколько получится. И неважно, что у нас нет будущего. Да, у нас нет будущего, и это нужно осознавать сразу. Так сказать – на берегу. Эти чувства, они безумны, ничтожны, отвратительны. Все мое существо противится, внутри все кричит «нельзя!». Но на деле я слабая, глупая, безрассудная.
– Ты всегда будешь со мной. Поняла?
Я чувствую, как он снова закипает (его бесит реальная действительность), ярость, и отчаяние вот-вот прорвутся наружу, и я тороплюсь ответить:
– Да, конечно. Я буду с тобой.
– Поцелуй меня.
Я неловко тянусь к его губам, и он, не дожидаясь, вгрызается в меня, заставляет безвольно откинуться на подушки. Хорошо, делай, что хочешь, у меня все равно нет сил противостоять.
Словно бешеный, оголодавший зверь, он облизывает, сосет и вгрызается в мои губы. Еще немного, и он откусит кусочек моей плоти. Но я ничего не делаю, чтобы остановить это безумство. Тело словно окоченело, все клокочет и бурлит внутри, ищет выхода, но не находит. Странно, но теперь я чувствую тепло – оно тонкой струйкой струится по животу, напоминает кровь, которая медленно разливается где-то по центру. Но еще секунда, и странное ощущение сменяется острым взрывом наслаждения.
Я выгибаюсь навстречу поцелуям – не могу сдержать реакцию измученного тела. Хочу быть неприступной, равнодушной, но ничего не получается. Он отпустил мои руки и резко спустился вниз, зарылся лицом между ног, заставив меня конвульсивно вздрогнуть.
– Хватит! Не нужно ничего делать!
Не сразу понимаю, что это мой крик. Крик, который остался без внимания.
Именно в это мгновение у меня звонит будильник на телефоне. Судорожно хватаю телефон, ищу кнопку отключения, но сигнал замолкает сам. Черт! Голова просто раскалывается, во рту пересохло. Это все от вчерашнего вина. Женька со стоном переворачивается на другой бок, сгребает меня в охапку, утыкается губами в шею. Кажется, даже что-то бормочет.
И тут я все вспоминаю. Вот почему, спрашивается, я не отключила будильник? Я больше не поеду в тот дом. Не поеду, и точка…
С минутным опозданием я вдруг осознаю, что не ставила никакого напоминания. Снова хватаю сотовый, включаю дисплей. Сообщение. Это сообщение от Стаса. Кто бы сомневался!
«Алиса, не дури, приезжай. Купи какое-нибудь жаропонижающее, я, кажется, заболел».
Я убираю телефон в сторону, закрываю глаза. Что делать дальше, как себя вести? Хотя, ничего ведь не произошло, это я сейчас накручиваю, начинаю создавать какие-то иллюзии в голове. Сама себя завожу. Наверное, всему виной эти странные эротические сны, откуда они вообще взялись? Этот мужчина, я даже не знаю, как он выглядит, мужчина во сне, он кажется таким знакомым! Господи, ну, что за бред иногда приходит в голову?!
Сонно шевелится Женька и открывает глаза.
– Ммм…я боялся, что проснусь, а тебя не будет рядом. Как отработала?
– Нормально, ничего особенного. Убралась в комнатах, приготовила ужин и уехала, – я вымученно улыбаюсь и чувствую, как внутри просыпается чувство вины, – потом еще приготовила ужин дома. Индейку с овощами. Так что, сегодня ты не останешься голодный.
– Это очень хорошая новость! – Женька довольно улыбается, – вчера я выпил пива на голодный желудок и меня просто вырубило. Вот я всегда знал, что в пиво подсыпают какую-то дрянь. Наверное, самое дешевое снотворное.
– Ну, так не пей его. – Я всегда была против того, что Женька пьет бутылочное пиво. Да и вообще, любое пиво никакой пользы не дает. – Лучше вина выпить. Например, сегодня вечером. Что скажешь?
– Я-всегда за, ты же знаешь. Но сначала, я хочу получить то, что не смог получить еще вчера.
На этот раз, когда проскальзываю в створки ворот и иду к коттеджу, я не ощущаю себя бодрой. Никакого настроя строить из себя вежливую прислугу – нет. Да еще утренний секс с Женькой выбил из колеи – вроде бы все хорошо, пружина, которая была натянута внутри меня, расслабилась, но полного удовлетворения не наступило. Где-то в глубине меня затаился маленький уголек, который то тлел, то разгорался, заставляя испытывать что-то странное, незнакомое мне. Я нервничаю. Снова.
Противоречивые чувства не дают покоя, но понять их природу я до сих пор не могу.
– Вот это я понимаю – когда на самом деле нужны деньги! – Стас выезжает из кухни мне навстречу. Лучезарная улыбка озаряет его лицо, но глаза остаются серьезными. – Бьюсь об заклад, ты ведь не хотела приезжать, верно? Если бы не мое сообщение, тебя бы тут не было.
– Да, верно. – Я смотрю на него исподлобья. – И что? Я думала, что, когда болеют, не ведут себя вот так.
– Как? – Стас наклонил голову набок, и наблюдает за мной с преувеличенным интересом.
– Слишком жизнерадостно и бодро.
– А-аа, ты ждала, что я буду лежать у порога с протянутой рукой и пеной у рта. Понял. – Стас усмехнулся и помолчал для значимости пару секунд, – спешу тебя огорчить. Я нашел в шкафчике жаропонижающее и выпил. Минут пятнадцать назад мне стало легче. Но думаю, это ненадолго.
Я хочу ответить что-нибудь колкое, но Стас перебивает меня громким надсадным кашлем, который длится, кажется, целую вечность.
Когда он, наконец, успокоился, то утер ладонью выступившие в уголках глаз слезы и пробормотал:
– Ну, вот тебе и доказательство. А виновата, между прочим, ты.
– Я? – от удивления я притормаживаю на пути на кухню, – почему это?
– Ну, как, почему? Ты вчера прижалась ко мне вся мокрая. Я и заболел.
– Что?! И тебе не стыдно?!
– А почему мне должно быть стыдно? Между прочим, это не я бегал по двору полуголый. А мне много не надо, чуть-чуть прикоснулся и все, я сразу простыл. Инвалид же. Что с меня, такого немощного взять.
Я едва не плачу от досады. Он снова в своем репертуаре. Говорить что-то – просто бессмысленно. Этот глупый стёб, он просто вытягивает все силы по капле. Сейчас я совсем не готова спорить, а еще больше не хочу оправдываться. Просто прохожу на кухню и безразлично осматриваю погром, который устроили на вчерашней вечеринке.