Сания Шавалиева – Желтый ценник (страница 42)

Ася радовалась такой реакции покупателей. Ее все устраивало до того момента, пока она не поняла, что магазин постепенно превратился в гадюшник. Директриса обижалась, требовала увольнения той «оборзевшей». И когда у нее не получалось, срывала свой гнев на других женщинах. Злоба закипала в ней все сильней и сильней, что заставило Асю задуматься и обратить на это внимание.

Однажды, после очередного скандала директрисы, Руслан не выдержал и сам пожаловался Асе.

– А что ты хотел? – не сдержалась она. – Развел гарем.

– Какой гарем! – задохнулся Руслан от возмущения. – Мне надоела твоя ревность. Бегаешь, вынюхиваешь, выспрашиваешь.

Ася была поражена. В ее понимании, она сама – ангел, ни слова упрека, ни скандала, а то, что задает вопросы, так это чтобы понять и утвердиться в своих догадках. Руслан со свекровью давно уже начали в ней взращивать чувство вины.

– Сама виновата, – оборвала ее свекровь, когда она вдруг надумала поделиться с ней опасениями. – Тебя никогда нет дома, а мужику нужна забота, ласка, теплая постель.

– А мне? – у Аси от обиды покраснели глаза.

– Еще неизвестно, что у тебя. Небось, по всему миру куча любовников…

Виновата! Виновата в том, что взвалила на себя непомерный труд, оставила детей на попечение свекрови и мужа. И ведь действительно виновата. Зачем это сделала? Руслан был успешным и перспективным. Не надо было позволять успокаиваться его деловитости. Пусть бы помыкался, помучился, потом бы все равно что-нибудь придумал и выкрутился. Так всегда бывает с сильными людьми. И снова виновата. Вина – маркер плохого поступка, а значит, плохого человека. А если этого чувства вины много и оно накапливается благодаря родственникам, близким и чужим людям, с ним растет ощущение собственной ничтожности, глупости, недостойности. Получается, что близкие вынуждены терпеть и прощать. Они добрые, а ты злая. Почему они не стесняются принижать ее самооценку, а она такая культурная, вежливая, пушистая?

А вот попробуй сам почувствовать эту мощь вины.

– Сам виноват, – спокойно выдала Ася. – Состряпал любовный треугольник, и, заметь, меня в нем нет. Целуешься с одной, другую привечаешь. Работаешь на два фронта? Вот это я понимаю.

Руслан промолчал. Ася представила, какой вихрь мыслей крутится в его голове.

Ничего! Соображай быстрее.

– А ты изменилась, – словно действительно сообразил он.

– Ты тоже. У любой медали есть две стороны. Наконец-то мы представились другу другу.

– Ты ошибаешься. Нет никакого треугольника.

– Еще как есть. Даже ежу понятно, на какие шиши эта фифа сподобилась сгонять в Чехию. Еще вчера жаловалась, что денег не хватает даже на новое платье, и тут на тебе – Чехия на десять дней. Скажи правду, ведь это ты ей купил путевку?

– Вот еще, – фыркнул Руслан, но как-то фальшиво и неуверенно. – Ты же сама меня обвиняешь в жадности.

– Вот именно, – вздохнула Ася. – При твоей патологической жадности по отношению ко мне, и вдруг путевка ей, и золотая цепочка с кулоном, и сотовый телефон. Что это? Это любовь. Любовь с большой буквы, любовь с большой завистью со всех сторон. И с моей тоже.

Руслан посмотрел на Асю с такой злобой и отвращением, что ее передернуло.

– Ба! Как ты меня ненавидишь!

Руслан стушевался, отвернулся.

– О Аллах, как мне тебя жалко.

– Жалко меня? – не понял Руслан.

– Тебя, – кивнула Ася. – Потому что тебе гораздо тяжелее, чем мне. Я-то живу с любимым человеком, а ты вынужден гнездиться с ненавистной женой. Знаешь, я, наверное, подам на развод.

Ася давно проговаривала эту фразу с разной интонацией и силой, словно к ней примерялась, привыкала, проверяла на вкус и цвет. Порою она горчила, иногда на зубах оставалось ощущение песка, в особенно тяжелые минуты, когда терпеть обиды становилось совсем невыносимо, после произношения этих слов оставалось послевкусие горького чая. Сейчас она почувствовала на губах приторную сладость меда.

Лично она боялась этих слов, а он, кажется, давно был к ним готов. То, что он сказал в следующую секунду, повергло Асю в шок.

– Как будем делить имущество? – казалось, спросил спокойно, но было видно, что этот вопрос его серьезно волнует.

– Забирай все себе! – вскипела искренностью Ася.

Имущество! Не такой она ожидала реакции. Она думала, он бросится умолять передумать, а ему важно только имущество? Конечно, у них довольно успешный бизнес, недвижимость, иномарка, а кто она в его жизни – три копейки, тетка с желтым ценником? Как так можно? Получается – все горести вместе, а праздник врозь? Что ж он не видит, что она значит в его жизни, или нарочно не замечает? Для нее самое главное в жизни – это семья: он, дети. Какая она самонадеянная идиотка. Она хотела напугать, а он не испугался.

– Хотя, – добавила Ася. – Я передумала, московскую квартиру перепишем на детей, и я уеду жить к ним.

Ася встала и пошла в спальню, вытащила из шкафа чемодан, стала собирать вещи.

– Ты куда? – удивился Руслан.

– Я же сказала, в Москву, к детям.

– А как машина? Завтра же будет машина.

Да, Ася совсем забыла про машину.

– Встретите, разгрузите. Да, я еще забыла тебе сказать, что работать я не буду.

– А кто будет работать? – искренне удивился Руслан.

– Вы все вместе, – Ася в воздухе изобразила фигуру, явно намекала на тот любовный треугольник.

– Подожди, подожди, – схватился Руслан за чемодан. – Но ты же можешь работать за зарплату у меня.

– Издеваешься? – хмыкнула Ася. – Это уж совсем беспредел. Пусть твоя чешская красавица пашет.

– Не смей так говорить про нее.

И столько в его глазах блеснуло благородного гнева, что Ася не удержалась от сарказма:

– Учти, таких Валь навалом валяется на свалке. Отогреешь, отмоешь, научишь, воспитаешь такую же идиотку, как я. Сразу, конечно, не получится, поэтому пока поработаешь сам. Весь мир посмотришь, всех баб перетрахаешь, в каждой стране по любовнице заведешь. Ты же сам говорил, как приятно отдыхать на деревянных креслах вокзала и высыпаться на автобусных сиденьях? Велком, как говорится, в счастье бизнеса. И все будет в ажуре-абажуре. Никто больше не будет стонать тебе на ухо, как она устала. Твоя жена будет ходить ухоженная, крашеная, с маникюром.

– Подожди, подожди, – перегораживал Руслан чемодан от Аси. – Работают же Калриковы. Он женился на продавщице, а жена продолжает работать с ними. Или вон взять Марата, женился на секретарше. Мир же не рушится. Поплачешь год-два, потом сама за кого-нибудь замуж выйдешь. Я буду не против.

– Кажется, ты меня плохо знаешь, – устало села Ася на диван. – Отдай чемодан, или я уйду без него.

– Но чем ты будешь заниматься? В твои годы тяжело найти хорошую работу.

– Ты за меня не переживай. Не пропаду. Организую какой-нибудь бизнес.

Пока Ася спешно собирала документы, застегивала чемодан, что-то вспоминала – расстегивала, докладывала, Руслан сидел на краешке стула и наблюдал.

– Все! – поставила Ася чемодан на колесики, плюхнулась на край дивана. – Как говорится, посидим на дорожку.

– Устал я, – вдруг сказал Руслан, присел рядом с Асей, обнял ее за плечи, попытался убрать с потного лба прилипший волос. Ася нервно дернулась, отстранилась. Он не пустил. – Пошли, выпьем… на дорожку. Расстанемся с миром.

Расстаться не получилось. Руслан был так внимателен и нежен, что Ася растаяла и к утру чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Самое важное, что произошло потом, – Руслан порвал все стороны своего треугольника. Теперь самым значимым в бизнесе, в магазине стала Ася, и самое последнее и решающее слово было за ней. Руслан нарочно всем оптовикам представлял Асю как свою жену и главную в их бизнесе. Ася была довольна и, что очень важно, бросилась снова наращивать бизнес и строить планы. Их было много. Одним из них был дом: небольшой, уютный дом, с цветником, баней, качелями. Она рисовала Руслану схему дома и рассказывала про волшебный забор. Он обязательно должен быть каменным, с башенками на углах. Забор будет тянуться вокруг дома, а на нем будут жить сказочные герои: дракончики, феи, ангелы. Руслан громко смеялся, давился чаем. Ася продолжала описывать огромное, развесистое дерево с лестницей и дуплом внутри. «Там будет комната с волшебными часами. Бам-бом-бум! Как только часы пробьют парадный марш, все герои оживут и побегут по миру с рассказом, что есть на свете самая счастливая семья, и живет она в Челнах, и помогает ей сам Аллах. Потому что без его помощи два нищих студента не смогли бы вырастить двух детей в любви и заботе и построить такой роскошный очаровательный дом».

Руслан смеялся в голос, как тогда, в юности, когда она встретились впервые и влюбились.

– Здорово я придумала? – радовалась Ася и целовала мужа в лысеющую макушку.

Глава 16

Дом

Ася не замечала дороги, пока Руслан не запутался. Путь он взял по направлению, указанному на мятом листке бумаги. Вроде поселок небольшой, но все как-то путано и непонятно. Дорога на первом повороте долго плутала среди разношерстных домов и неожиданно уперлась в красивый дом из красного кирпича: башенки, арочки, окошечки – все такое игрушечное, ненастоящее, словно причудливая фантазия архитектора собрала его в компьютерной программе для обложки глянцевого журнала.

– Марат сказал, что от фуры направо, сразу налево, у шлагбаума направо, – шепча про себя, разбирался Руслан со схемой. – Ты видишь где-нибудь фуру?