Сания Шавалиева – Алсу и Человек в черном (страница 38)
— Не надо! — Марья Васильевна грозила Вениамину Петровичу половником. — Не пугайте меня. Никаких комплиментов.
— Что, совсем? Но вы же, прям чесслово, изменились, — улыбался Вениамин Петрович и тянулся к сырнику.
— Это только внешне, а внутренне я осталась собой, горделивой высокомерной тёткой. — И она выхватила из рук Вениамина Петровича сырник и подсунула овсянку на воде.
— Что, опять? — взорвался благородным гневом хозяин.
— Не опять, а снова!
— Да блин, лучше бы я остался в СИЗО! Там реально кормят вкуснее.
— А это таблетка кальция с витамином С. — Марья Васильевна была скала.
Но больше, чем домом, Вениамин Петрович наслаждался самой Марьей Васильевной: её старательно скрываемой счастливой улыбкой, элегантной высокомерностью, длинными крупными серьгами, непринужденно покачивающимися в такт, ее манерой говорить, чуть склонив голову. Блин, как же ему не хватало ее терпеливого неравнодушного нрава. Она привычно вытерла ему пальцы салфеткой, а он привычно, как ребенок, подчинился. Взгляд зацепился за жареные хлебцы, она разгадала, отодвинула на другой край стола.
И еще Вениамину Петровичу нравилось, что так много гостей за завтраком. Этого не случалось лет пятнадцать. И не важно, что ели, или о чем говорили, главное было ощущение большой семьи. Можно было спокойно рассказать глупый анекдот, обронить в чай кусочек скорлупы. Втайне хотелось внуков, детской говорливости, младенческой пронырливости, когда ребенок, к примеру, хватает со стола нож и шмякает его об пол. Все в ужасе, а малышу восторг — следом летит все, до чего он дотянулся.
— Позвольте я удалюсь, — встала Королева Маргарита.
— Как! — не смог скрыть разочарования Вениамин Петрович. — Но куда вы торопитесь?
— У меня дела, — улыбнулась она в ответ.
— И у меня. Да я этого момента, может, всю жизнь ждал.
— Какого момента? — напряглись все.
— Вот такого семейного завтрака. Для чего все это? — искренне расстроившись, развел руками Вениамин Петрович. — Вот эти ложки, поварешки? Сто пятьдесят стульев, на которых сидеть некому?
Королеве стало неловко, она глянула на мужа, тот взглядом сказал «иди». Он знал, что её в комнате ожидают молодожены Акумуляры.
Глава 57. Даже если там драконы
— Мне правда нужно, — прижала руки к груди Королева.
— Скажите куда вам и Росомаха отвезёт.
— Ехать не нужно. У меня дела в комнате.
— Хорошо. Пусть Марья Васильевна вам поможет.
— Конечно, — с готовностью откликнулась та.
— Честно говоря, — Королеве было трудно говорить правду. — У меня там гости.
— Кто? — изумилась Алсу.
— Акумуляры. Они прибыли за благословением. Я тебе говорила.
— Зовите их сюда, будем знакомиться, — обрадовался Вениамин Петрович.
— Не думаю, что это хорошая мысль, — предупредил Янотаки.
— Уважаемый Ёкки, — обратился к нему хозяин, — если у вас есть еще чем меня удивить, то я с удовольствием.
— Уверены? — усмехнулся Янотаки.
— Даже если там драконы, — расхохотался Вениамин Петрович от собственной шутки. И вдруг напрягся, никто его смех не поддержал. — Вы что, реально поверили в драконов?
— В данном случае, драконы не самый плохой вариант, — отозвалась Алсу.
— Простите, гости дорогие, ну мне прямо позарез хочется их увидеть. Если вы их не боитесь, значит, и я не сдохну. — Вениамин Петрович поднялся с кресла, намереваясь пройти в комнату Королевы, потом вдруг передумал. — А пригласите их сюда, надеюсь, ходить они умеют?
— Они умеют многое, — добродушно улыбнулся Янотаки, но я вас предупреждал. Янотаки обернулся к Королеве, спрашивая разрешения. — Ваше величество, позволите?
В целом появление молодоженов прошло без осложнений. Кажется, вещи, спавшие уже много лет, вдруг ожили. С полки упала кастрюля, шумно покатилась по кругу, в чашке чая расцвела сирень, в старинном золотом подсвечнике самопроизвольно вспыхнула толстая свеча, ее пламя клонилось в сторону, словно по кухне гулял сильный сквозняк. Тихо надулись занавески, принялись трепетать.
— Черт! — заелозил на стуле Костя, отчего спина отозвалась болью.
— Они здесь? — стал озираться Вениамин Петрович по сторонам.
— Вы смотрите не туда. — Янотаки показал на зеленое свечение на другой сторона стола.
— Здрасти, — брякнул Вениамин Петрович, и поправил на шее несуществующий галстук.
Первым материализовался Акумуляр-317. Рожки на голове шевелилась как водоросли в воде. Они клонились в ту же сторону, что и пламя свечи. Рожки, конечно, были на убой. В том смысле, что от их вида можно было помереть без промедления, в секунду сыграть в ящик. Хозяин с трудом сдержался, чтобы не сбежать. Теперь он точно знал, что долгое время будет просыпаться по ночам, дрожа в панике, холодея от воспоминаний и убаюкивая себя мыслью, что это происходило не с ним. Труднее всего было осознать Акумуляру-999. Вениамин Петрович даже оглянулся на Марью Васильевну, чтобы сравнить, — она гораздо красивее, стройнее и изящнее. А эта — длинная зеленая дылда, глаза — как их панорамные окна с занавесками.
— Здраству-т-те, — тихо произнес Акумуляр-317.
— Зд-д-д-рр… — Акумуляра-999 со словом не справилась.
317-ый ободряюще ее обнял, коснулся рожками.
— Коровье вымя, — не сдержался все-таки Вениамин Петрович, потом чертыхнулся собственной бестактности и, подскочив к 999-ой, предложил ей стул. Он надеялся, что не ошибся в выборе гендерной принадлежности.
— Я думаю, не стоит, — улыбнулась галантности Королева Маргарита. — Им не положено сидеть в присутствии Королевских особ.
— А как же мы? — искренне удивился Костя. — Тоже нарушаем этикет?
— Нарушаете, — кивнул Андрей. — Но вы не наши подданные и поэтому, с учетом вашего менталитета, это простительно.
— Охренеть! — И Костя обернулся к Алсу. — Простите великодушно, Ваше Величество.
— Ваше Высочество, — подсказала она, стараясь не замечать его сарказма.
— Какая нафиг разница?
— Для тебя — никакой, — кивнула Алсу.
— Прекратите спорить, — остановил их Вениамин Петрович. — Честно говоря, я того-этого немного… как бы сказать вежливо… короче, они забавные. Я, конечно, не знаю, что им еще предложить. Чай, кофе, но, блин, стоя что ли будут пить? Вы уж давайте сами разбирайтесь. Но ребят жаль. Блин, я бы так не смог. Да, мне это не нравится. Какие-то рабские традиции.
— Позвольте, мы удалимся в мою комнату, — строго сказала Королева Маргарита.
— Понял, — тут же сдался Вениамин Петрович. — Со своим утюгом в чужой огород. Не уходите, пожалуйста. Я тоже хочу увидеть благословение.
— Церемонию благословения, — подсказала Королева. — Хочу заметить: вы первые из людей, кто на ней присутствует. Но, к сожалению, вы ее не запомните.
— Да что за беспредел! — вскинулся Вениамин Петрович и наткнулся на королевский взгляд Маргариты. — Жаль, конечно. Было бы что рассказать внукам. Я ведь сказки не умею придумывать, а тут прямо истории на многие века. — И вновь уловил тот властный взгляд.
Алсу тем временем уже принесла мечи, распределила между родителями. Конечно, не хватало торжественной королевской обстановки, золоченых бархатных шатров, костров с большими кусками корней синего папоротника. При жарке его семена, прилепленные к обратной стороне листа, нежно щелкали и брызгались ароматом и разноцветьем. Для новобрачных простых акумов сжигали обычный зеленый столетний папоротник, для новобрачных Акумуляров, которые умели собирать и концентрировать отрэнергию, сжигали синий. Он рос только в королевском саду и цвел один раз в тысячу лет. Также отросток этого папоротника дарили молодожёнам, тем самым символизируя королевскую благосклонность и защиту.
Королева, король и Алсу склонили перед молодожёнами на одно колено и на вытянутых руках подняли мечи.
— Во имя королевства озера Нети велим вам быть отважными… — Затем последовало много прекрасных высокопарных слов. Они звучали, как долгая старая молитва. Со стороны это походило на шум водопада, удары ведра о дно колодца, тарахтение дятла по стволу дерева.
Косте неловко было признать, что ему в какой-то момент захотелось, чтобы эти слова предназначались ему. Он оглянулся на отца и понял, что он, кажется, думает о том же.
Глава 58. Заварушка
Именно в тот момент, когда королевская семья благословляла молодожёнов, на другой стороне поселка происходили совсем другие дела.
В одном месте, взобравшись на капот своей помятой Газельки, выступал Пронькин. Он, как заправский революционер, зажав кепочку в кулачке, призывал односельчан двинуться на дом узурпатора, врага народа, всем известного эксплуататора трейдера Сидорова Вениамина Петровича.
— Долой, братцы, этого хапугу, который наживается на народном горе.
— А ты кто такой? — раздалось из толпы.
— Приблудный, — подсказали в ответ другие мужики.