Сандра Барро – Тайна доктора Авроры (страница 2)

Я села на стул, чувствуя, как ноги предательски дрожат. Лорд Рэдклифф. Отец? Или брат? Я не знала. Почти всё, что касалось этой жизни, было для меня тем же, чем и сон – зыбкой смесью чужих эмоций и образов. Но уже чувствовала: пока не узнаю больше, придётся притворяться. Я снова посмотрела в окно.

Кот не двигался. Просто сидел и смотрел, спокойно, выжидающе. Как тогда. Только теперь в его взгляде было нечто иное. Почти человеческое. Будто он знал, что я не она. И в то же время... Будто знал, что это не имеет значения.

Я прикусила губу. Чужие губы. И это отчётливо напомнило, я всё ещё не знаю, что делать. «Спокойно, не паникуй, дыши, дыши всегда. Без паники. Чудес не бывает.». Эти слова я повторяла себе множество раз, когда работала в операционной. Но сейчас... Сейчас я была не врачом. У меня не было ни халата, ни инструментов, ни понимания, где я оказалась.

– Леди, простите, но вы точно чувствуете себя лучше? – снова заговорила Бетси, на этот раз с нотками тревоги в голосе. – Вы так пристально смотрите на кота…

Я вздрогнула.

– Ты тоже его видишь?

– Конечно, миледи. Это же мистер Марстен. Ваш любимец. Вы его с улицы принесли прошлой весной, когда он был весь в грязи и с больной лапкой. Вы никому не дали его тронуть, сами выхаживали. Даже доктору не доверяли. Помните?

Марстен. Я резко обернулась, глядя на неё.

– Марстен… – прошептала я, пробуя имя на вкус. Оно не отзывалось. В памяти не было ни одной картинки, ни одного воспоминания — только пустота. Но в груди что-то дрогнуло, лёгкое, как затухающая искра. Возможно, это была эмоция Авроры. Или просто совпадение?

– Миледи… А вы… точно помните, кто он?

– Конечно, – я утвердительно кивнула. – Просто всё ещё кружится перед глазами. Показалось, что это другой кот.

– Бетси… – заглянула в глаза служанке. – Ты мне поможешь, если я… если я иногда что-то забуду? Моя память как будто стала немного не в порядке.

Девушка прижала ладони к переднику, глаза её округлились.

– Конечно, миледи. Конечно! Я буду с вами, честное слово. Я никому ничего не скажу… – она понизила голос до шёпота: – Даже если вы совсем ничего не вспомните… Всё равно буду помогать. Вы всегда так добры к нам. Только не бросайте Марстена: он без вас совсем дикий станет.

Я невольно улыбнулась.

– Спасибо, Бетси. Я постараюсь вспомнить. Обо всём.

Она снова кивнула, чуть не плача от гордости, и тут же взялась расчёсывать мои волосы — длинные светлые пряди, напевая под нос тихую песенку. Я смотрела в зеркало и видела лицо, которое постепенно начинало принимать моё отражение. Не Елены Борисовны Разиной. Не доктора, не женщины, обременённой делами и чувством долга. А совсем другую.

Леди Аврора Рэдклифф. Девушка с зелёными глазами и котом по имени Марстен.

И в этот момент мне показалось, что зеркало… чуть дрогнуло. Будто отражение, как и я, только училось жить в этом теле.

2.

– Всё готово, миледи, – прошептала Бетси, затянув последнюю ленту на корсете. — Вы… прекрасны.

Я посмотрела на себя в зеркало. Лицо, которое уже начинало казаться моим, смотрело в ответ с тихой решимостью. Девушка в лавандовом платье, с высоко уложенными волосами, с тонкими бровями и ссадиной на чуть нахмуренном лбу. — Спасибо, Бетси.

– Помните… если что-то пойдёт не так, я буду рядом.

Я кивнула и шагнула к двери.

Коридоры дома Рэдклиффов были узкими и тёмными, с высокими потолками и причудливо расшитыми коврами. Лестница скрипела под ногами, но, к счастью, я не упала, хотя тело, казалось, всё ещё помнило последнее падение. Наконец ступени закончились, и я оказалась в холле, откуда доносился аромат еды и приглушённые голоса.

– Аврора, наконец-то! – раздался мужской голос, и я тут же узнала его.

Он. Лорд Рэдклифф. Отец. Мужчина поднялся из-за длинного стола и тепло улыбнулся.

– Как ты себя чувствуешь, дитя? Голова не кружится?

Я кивнула.

– Всё в порядке, отец. Немного слабость… но это, наверное, после падения.

– Конечно, конечно. Присядь. Тебе нужно поесть, – он подвёл меня к стулу рядом с собой. – Суп с курицей, как ты любишь.

Словно по волшебству, передо мной появилась наполненная тарелка. Я была приятно удивлена, увидев стол, заставленный разнообразными блюдами. Однако затем я поняла, что завтрак, вероятно, самое значимое время для приёма пищи в этой семье. Села, сложив руки на коленях, и огляделась вокруг. Холл представлял собой просторное помещение с высоким сводчатым потолком, который поддерживали изящные колонны из тёмного дуба. Стены были покрыты старинными гобеленами, изображающими сцены охоты и мифологические сюжеты. Однако, несмотря на всю роскошь обстановки, в ней ощущался явный упадок. Ковёр на полу был выцветшим, а белая льняная скатерть – затёртой.

Осмотревшись по сторонам, я кинула быстрый взгляд на домочадцев.

Младшая сестра Фелисити, лет шестнадцати, обладала кукольным личиком и надменным взглядом. Мне сразу же захотелось узнать, на сколько лет я её старше. Вероятно, она была избалованной и капризной, как многие подростки. Увидев меня, она слегка дёрнула уголками губ и сразу отвернулась.

– Доброе утро, Аврора, – бросила она рассеянно. – Надеюсь, ты уже в состоянии отличить нож от вилки?

– Фелисити, – строго заметил лорд. – Аврора едва не погибла.

– Конечно, отец, я просто шучу, – промурлыкала она и занялась своими тостами.

Дальше сидела вдова-тётя леди Агата. В чёрном кружеве, с лицом, будто высеченном из сухого фарфора. Её взгляд был… оценивающим. И недобрым. Память Авроры подкидывала мне имена и ситуации. Это позволяло не впасть в панику и хоть как-то контролировать ситуацию.

– Падения, дорогая, – произнесла тётка с лёгкой жеманностью, – происходят не из-за лестниц, а из-за слишком лёгкой головы. Это может случиться, если проводить слишком много времени в обществе простолюдинов и животных.

Я чуть не подавилась ложкой.

– Агата, – рыкнул отец.

Но леди только пожала плечами, отпила чаю и продолжила, будто ни в чём не бывало:

– Что я сказала не так? Вместо того, чтобы бегать с этим котом по лестницам, лучше бы ты не пропускала уроки музицирования.

Что?! Музицирование? Я не могу правильно пропеть ни одной ноты. А вид фортепьяно вводит меня в ступор, как космический корабль африканского аборигена. Единственная песня, которая мне всегда удавалась и которую я осмелилась подпевать Кикабидзе в караоке в компании коллег — это «Мои года, моё богатство». И то лишь потому, что в ней не нужно обладать слухом, достаточно просто произносить слова.

Я опустила взгляд. Краем глаза увидела: под столом кто-то проскользнул. Кот. Марстен. Сел у моих ног, положив лапы, как страж. Он смотрел на них всех, как я, выжидательно. И молча.

– Не понимаю, зачем он в доме, – заметила Фелисити с отвращением. – Эта… тварь постоянно на лестнице, от него вечно шерсть и запах.

Я молча накрыла его хвост краем юбки.

– Он не мешает, – сказала я тихо.

Ответ повис в воздухе. Фелисити только фыркнула и отхлебнула чай. В этот момент дверь в столовую открылась. Сначала послышались шаги — лёгкие, размеренные, а затем в проёме появилась она.

Мачеха. Я поняла это сразу. Ни одна мать не смотрела бы на дочь с такой нарочитой любезностью, под которой сквозила настороженность. И раздражение. Она не подошла, не обняла, а просто прошла мимо.

– О, Аврора, ты наконец-то решила нас почтить своим присутствием, – голос был мягкий, тягучий, как липкий сироп, и оттого только наиграннее.

Она была невероятно красива. Высокая, хрупкая, с идеальной осанкой. Светлые волосы, убранные под под чепец, глаза цвета холодной стали и губы, которые никогда не улыбались без расчёта.

– Доброе утро, леди Мэриэн, – ответила я как можно вежливее.

– Как твоё здоровье? – поинтересовалась та, подходя ближе и склоняя голову с вежливым участием, которое не касалось глаз.

– Лучше, благодарю, – ответила я, не в силах оторвать взгляда от её тонких пальцев, скользнувших по спинке кресла отца. Она задержалась рядом с ним ровно настолько, чтобы напомнить всем: здесь она хозяйка.

Лорд Рэдклифф поднялся, поцеловал изящную руку по всем правилам. Он всё ещё смотрел на меня с беспокойством, но Мэриэн уже успела встать между нами: не телом — взглядом.

– И всё же, – продолжила она, с королевским достоинством усаживаясь на стул, – мне показалось… или ты ведёшь себя немного странно? Ты смотришь на меня так, словно не узнала. Или это только мне показалось?

Фелисити тут же оживилась, скосив на меня глаза. Вся эта ситуация неимоверно напрягала. Я чувствовала себя «Штирлицем» в немецком гестапо, близким к провалу. То, что родственнички относились к Авроре пренебрежительно, было видно невооружённым глазом. Ну, кроме отца, конечно. Лорд питает нежные чувства к старшей дочери и пытается всячески оградить от нападок. Чтобы скрыть замешательство, я нагнулась и почесала рыжика за ухом.

– Видимо, я ещё не до конца оправилась от падения, – сказала я. – Простите, если это выглядело невежливо.

– Ну, бывает, – Мэриэн кивнула. – Но помни, милая, никто не станет ждать, пока ты вновь научишься смотреть на меня уважительно. – Её губы изогнулись в тонкой усмешке.

Я уже собиралась ответить, как вдруг дверь снова распахнулась, и в комнату ввалился молодой человек.

– Простите за опоздание, – весело объявил он, снимая перчатки. – Утренние дела в конюшне заняли больше времени, чем я ожидал. Фелисити, ты снова заняла моё место.