Сана Расуль – По ту сторону леса (страница 14)

«Всё будет в порядке, тебе просто нужно понять, с каким именно монстром ты столкнулся», – говорю я себе.

Что будет дальше – один большой вопрос, ответа на который у меня пока нет. Как бы там ни было, у меня всего три дня, чтобы разобраться в происходящем, ведь я каким-то образом разозлил Человека из Веток, и он собирается отомстить.

Глава двенадцатая. Змеи

Если бы мне понадобилось описать библиотеку тому, кто её никогда не видел, я бы сказал, что она едва держится. Вывеска на горчично-жёлтом здании покосилась, и в ней не хватает букв «ин», поэтому выходит «Библиотека Хэнг Хилл» вместо «Библиотека Хэнгин Хилл», а это не очень-то приветливо звучит.

Библиотекарь – девушка с ярко-розовыми волосами и пирсингом в носу – тоже не выглядит особенно приветливой.

– Да? – ворчит она, не отвлекаясь от телефона.

– Привет… э-э-э… я изучаю историю города для школьного проекта. Когда-то здесь выпускали газету «Око Хэнгин Хилл». Вы не знаете, сохранились ли здесь какие-нибудь старые выпуски?

Вздохнув, она лопает пузырь из жвачки и что-то печатает на компьютере.

– Третий этаж, десятый стеллаж.

– Спасибо.

Я поднимаюсь по щербатой лестнице в тесный, тускло освещённый кабинет с табличкой «Архив». Внутри обнаруживается только шаткий стол в самом углу и компьютер, который выглядит старше бабушки. Я достаю из рюкзака блокнот с ручкой и усаживаюсь за стол. Лампы по обе стороны от меня мерцают, то включаясь, то выключаясь, и не перестают жужжать прямо мне в ухо.

Лана утверждала, будто ей проще упорядочивать мысли, записывая их, поэтому я тоже решаю попробовать: вдруг это поможет и мне. Как говорит мама, у сестры был «гиперактивный ум» – не спрашивайте, что это значит. Будь у меня гиперактивный ум, я бы старался успевать за ним, а не тормозить. Ладно, вернёмся к фактам, вот что мне известно на данный момент.

Раз: настоящее имя Человека из Веток – Скиннер Лич.

Два: он был вором, который украл камень из Зачарованного леса в Аризоне и превратился в Человека из Веток.

Три: у Человека из Веток была кошка (та же, которую видели мы с Ланой?).

Четыре: через три дня произойдёт что-то ужасное.

В конце страницы я пишу два вопроса для себя.

Управляет ли Человек из Веток растениями и животными в лесу?

Почему Человек из Веток за мной охотится?

Отложив ручку, я начинаю ждать, когда ко мне придут ответы, а мысли станут упорядочиваться. Ничего подобного они не делают. Если уж на то пошло, я только сильнее запутался, глядя на свои паучьи каракули.

По дороге к десятому стеллажу я чувствую сладкий, терпкий запах. В углах стеллажей скопились пыль и паутина, которая протянулась и между полками. Я внимательно просматриваю названия одно за другим, пока не нахожу то, что ищу: подборку газетных вырезок из «Ока Хэнгин Хилл».

Огромные часы возле стола громко тикают, словно издеваясь надо мной.

Три дня, Ари.

Тик-так.

Тик-так.

Я сосредоточиваю внимание на стопке старых бумаг, которые держу в руке. Они ломкие, с пожелтевшими краями; когда я нахожу дату на первой вырезке, она оказывается гораздо более давней, чем я ожидал – ещё до рождения нэн.

Вас приветствует «Око Хэнгин Хилл» – единственная газета, посвящённая актуальным новостям Хэнгин Хилл. Присылайте ваши замечания и вопросы по почте, и каждую неделю мы будем выбирать по одному для ответа.

Уважаемое «Око Хэнгин Хилл»,

как давняя жительница нашего города я хотела бы обратить ваше внимание на всплеск ограблений, которые потрясают Хэнгин Хилл в последние месяцы. Я, например, лично пострадала от одного из них: обручальное кольцо моего покойного мужа украли прямо посреди ночи. Наутро, когда я проснулась, дверь была открыта. Мне понадобился целый день, чтобы очистить экскременты животных с ковра. Полиция не восприняла дело всерьёз, поэтому я молю вас донести до них, насколько важно побыстрее разобраться с этими преступлениями. Они должны начать полноценное расследование и как можно скорее добиться результатов.

С уважением,

обеспокоенная гражданка

Ниже напечатан ответ редакции, в котором утверждается, что они подали в местную полицию прошение о расследовании данных преступлений. Я переворачиваю страницу, и следующая статья оказывается написана на тридцать лет позже.

Уважаемое «Око Хэнгин Хилл».

Меня беспокоит внезапное исчезновение Стефани Адеола. Девочка жила на той же улице, что и я, и мы часто разговаривали, когда она разносила газеты. Полиция закрыла дело, заключив, будто Стефани была недовольна жизнью с матерью и решила найти отца, но я просто не верю в это. Мать души не чаяла в дочери, и девочка всегда выглядела энергичной, когда я её видел. Она говорила о матери с любовью. Мне кажется, полиции стоит сосредоточиться на поисках в лесу. До всех доходили слухи об этом месте после того, что случилось с Оливером Дином десять лет назад, поэтому, я надеюсь, полиция по меньшей мере рассмотрит подобные заявления. Я живу неподалёку от лагеря, куда постоянно приезжают дети. Организаторы должны прекратить это, возможно, даже навсегда, пока мы не узнаем больше о загадочных исчезновениях.

Я перехожу к следующей, куда более свежей вырезке: «СПЕЦИАЛЬНЫЙ ВЫПУСК: ПРОКЛЯТЬЕ ХЭНГИН ХИЛЛ – ФАКТ ИЛИ ВЫМЫСЕЛ?» – и просматриваю статью.

…Ощущение присутствия чего-то зловещего в лесу…

…Исчезновение…

…Опасное животное…

…Вороны…

…Проникновение со взломом…

…Призрачные фигуры…

…Лагерь закрыт…

А последнее слово заставляет моё сердце забиться так быстро, что становится больно: «Монстр».

Я раскладываю остальные листки на столе, когда телефон, который папа дал мне с собой, начинает вибрировать в кармане. Неужели прошло уже столько времени? Я собираю вещи и протягиваю девушке на ресепшене свой читательский билет.

– Я хотел бы взять это с собой, если можно.

Она недовольно хмурится на меня из-за своих очков в толстой оправе.

– Мы не выдаём такие материалы на дом, они же из архива.

– Ой, простите, – извинившись, я с неохотой передаю ей подборку газет.

– За кого ты меня принимаешь, пацан? Возвращай туда, откуда взял, – указывает она на лестницу и снова принимается печатать сообщение в своём телефоне. Взбежав на третий этаж, я кладу на место статьи, которые уже прочитал, а те, которые не успел – к себе в сумку. Формально это же не считается за кражу, если я собираюсь их вернуть, верно?

По дороге домой я сижу в машине, прислонившись лбом к окну и глядя на облака, которые змеятся по белому небу. Папа выбирает путь покороче и болтает без остановки, но всё, на что меня хватает, – это отвечать «да» или «нет» время от времени.

Вернувшись домой, я задерживаюсь перед входной дверью: шторы в моей спальне открыты, окно – нараспашку.

«Пожалуйста, хоть бы не это снова», – мысленно молю я.

Как только я вбегаю внутрь, запахи бринджи[21] и фасолии[22] тут же ударяют мне в нос. Обычно у меня слюнки текут от такого, но сейчас только начинает тошнить.

– Ты сегодня заходила в мою комнату? – спрашиваю я маму.

Она отвечает мне удивлённым взглядом.

– Что у тебя с манерами? Чони дая, баши?[23] – с издёвкой говорит она.

– Мам, пожалуйста, скажи – ты заходила ко мне в комнату?

– Нет, и даже не надейся на это. Ты уже достаточно взрослый, чтобы самому убираться в спальне, у меня тут не гостиница! – возмущается она, искоса посмотрев на меня.

Я взбегаю по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, и распахиваю дверь своей комнаты. Ветер моментально захлопывает её у меня за спиной. Я подскакиваю к окну и закрываю его, обводя комнату взглядом и пытаясь понять, поменялось ли в ней что-нибудь. Но всё выглядит так же, как перед моим уходом. И всё-таки я позволяю себе выдохнуть с облегчением, только когда откидываю с кровати покрывало и не нахожу там никаких новых сюрпризов.

– Ари, спускайся сюда! – кричит мама. Мои ноги словно прирастают к месту. – Ари!

Очнувшись от оцепенения, я возвращаюсь на первый этаж – прямо к накрытому столу.

– Выглядит очень вкусно, – говорит папа, чмокая маму в щёку.

Я не свожу глаз с часов, притопывая ногой в такт их тиканью. Посмотрев на потолок, я вдруг понимаю: Человек из Веток знает, где я живу! Где мы живём.

– Вы больше не видели тех ворон? – спрашиваю я, стараясь поддерживать лёгкий, обыденный тон, хотя мне хочется кричать.

Родители качают головами.