Сана Эванс – Город сгоревшей магии (страница 37)

Смелые португальцы, совершившие переворот, вышли на балкон, и перед ними предстал народ. Обессиленные, раненые, убитые… Португальцы с горящими глазами выслушали патриотов, которые выкрикнули имя своего нового короля…

…Тем временем шаги герцога Жуана Брагансского эхом отдавались по всему поместью, пока он, взволнованный новостью о похищении королевы, шел на заседание. Завернув в сторону кабинета, он столкнулся со стражей. Жуан застыл, а стражники один за другим склонили головы и опустились перед ним на одно колено. И в этот момент Жуан все понял…

…Сразу же позолоченные стены и дорогие ковры сменились каменными стенами. Теперь Жуан стоял в пещере. Вооруженный, в доспехах. Рядом – стража и женщины. Ведьмы. Их несложно было узнать: красивые, с горящими амулетами в руках. Пещера светилась разноцветной магией.

В следующую секунду Жуан уже прятал какой-то светящийся предмет. Вспышка. Кровь. Крики…

Глава 28

Кастильмо, 1638 г.

После наступления сумерек улицы Кастильмо пустели. Жители затворялись в домах, прикрывали окна. Уже третий год простые люди жили в страхе в собственном городе, ведь их окружали настоящие ведьмы. Они открыто построили Храм, где поклонялись своему богу Башахауну.

Свет луны падал на двухэтажный дом с деревянной калиткой. Дверь с начертанным на ней кровавым символом отворилась, и хозяйка дома, натянув пониже капюшон плаща, двинулась в сторону леса.

Королева ведьм всегда была одна. У нее не имелось ни семьи, ни близких друзей. У нее были лишь ковены, которые подчинялись ей. Этого ей хватало.

Королева дошла до Храма ведьм, вокруг которого ведьмы-прислужницы уже зажгли факелы. Внутри ее встретили трое пленников и два трупа. Первые лежали в цепях, опьяненные снотворным. Эти мужчины были рабами. Так их называли ведьмы. Рабы служили ведьмам для продолжения ведьминского рода. У ведьм почти всегда рождались девочки. Мальчики были редкостью.

Переступив через два трупа, над которыми суетилась ведьма-кровопускательница из ковена, приносящего жертвы, Королева двинулась в дальнюю часть пещеры, которая скрывалась за стенами.

По дороге она взяла с постамента два амулета с ядовитой магией, светящиеся зеленым светом. Велев одной из ведьм прибраться после потрошения двух мужчин, она дошла до круглого зала.

Здесь ее уже ждали три ведьмы, ее помощницы. Единственные, кто были свидетелями ее жертвоприношений Башахауну. Они поклонились своей Королеве, снимая с нее плащ.

– Все уже готово, Ваше Величество, – подала Королеве две чаши одна из ведьм.

Королева прошла в центр уже нарисованной пентаграммы и опустилась на колени. Помощницы-ведьмы быстро отступили и буквально вжались в стены, понимая, что сейчас произойдет.

Королева взяла из одной чаши круглый шарик. На нее смотрел человеческий глаз. Королева положила его в рот и разжевала, прикрыв глаза. Из ее рта потекла кровь, заливая алым подбородок и шею. Затем она выпила кровь из второй чаши.

Взяв в руки оба амулета, Королева сжала их в ладонях, произнося про себя призыв Башахауна.

Подул сильный ветер, факелы на стенах погасли. Вихрь закружился по пещере, сметая все, кроме ведьм. По каменным стенам прошелся звук, словно их царапали большими острыми когтями.

Глаза Королевы зажглись желтым светом. Она откинула голову назад, а из ее горла вырвался утробный, низкий голос:

– Телминья, дочь моя.

Одна из ведьм-помощниц подбежала к Королеве и положила на пентаграмму белые камни.

– Великий и Всемогущий, – склонила она голову перед Королевой, – благодарим, что соизволили снизойти до нас.

– Что моей дочери потребовалось от меня? – раздался вновь голос, проникающий под кожу.

– Амулеты, Великий и Всемогущий. У нас заканчиваются запасы магии.

Тут же, словно по взмаху руки, из недр земли начала подниматься красная жижа. Это была магия из самой преисподней. И приходила она только по зову Башахауна.

Магия потекла в камни, и они засияли разноцветными красками, превращаясь в опасные амулеты, которые будут использовать ведьмы.

– Благодарим, о Великий и Всемогущий. Честь служить вам. Честь поклоняться вам. Вам верны и вам покорны до скончания дней своих.

– Продолжайте свою верную службу, дочери мои, – произнес Башахаун, – и помните: пока вы можете слышать лишь мой голос, но вам осталось совсем немного, чтобы лицезреть мою сущность.

Ветер закружил по пещере. Королева поднялась на ноги, и желтизна из ее глаз пропала. Но теперь они горели желанием как можно больше людей заразить черной магией и насытить Башахауна жертвенной кровью. Желанием привести его наконец в этот мир.

Глава 29

Когда я проснулась, голова так отяжелела, что я тут же откинула ее назад. Не знаю, что послужило причиной такому состоянию – странный отвар, который я выпила, или события минувших дней, неожиданно прокравшиеся в сны. Каждый сон казался таким реальным, словно это были мои воспоминания.

Я видела, как совершали переворот в Лиссабоне, как Жуана провозгласили королем. Видела ритуал ведьм. Телминья – так звали их Королеву. Она хотела в свое время привести в наш мир Башахауна. И что ей помешает осуществить это, если она найдет себе сосуд?

Но мне не давал покоя странный отрывок из сна, ни с чем не связанный. Момент, когда Жуан прятал какой-то предмет в одной из пещер. Это не могло быть совпадением. И если Жуан был противником ведьм, то вполне вероятно, он спрятал что-то, что поможет победить их. Нужно выяснить, что именно. Но для начала надо выбраться отсюда.

Пока я пыталась прийти в себя, что-то ударило меня по ноге.

– Очнись уже, – недовольно прошипела Иззи, пытаясь дотянуться до еще одного камушка у своих ног.

– Сколько я спала? – Я попыталась остановить головокружение, прикрывая глаза.

– Вполне достаточно, чтобы хорошенько выспаться. Я уже все камни вокруг себя собрала, пытаясь тебя разбудить.

Не думаю, что причиной моего пробуждения стали усилия девочки. Видимо, подошло к концу действие снотворного.

– Нам нужно выбираться отсюда, пока эта полудохлая ведьма с клыками не вернулась, – продолжила Иззи. – По моим подсчетам, она приходит сюда примерно каждые два часа. В последний раз она явилась после того, как ты заснула. Сомневаюсь, что у нас так уж много времени до ее прихода. Поэтому предлагаю либо дождаться ее, притворившись спящими, и получить запас времени, либо действовать немедленно.

– Ты забыла маленькую деталь в этом замечательном плане, Иззи, – выдохнула я, указывая на железную цепь, сковывающую мое тело.

Иззи лишь хмыкнула.

– Сразу видно, из столицы, – произнесла она с долей высокомерия.

– Что ты имеешь в виду?

– Посмотри на цепи. Они ржавые и не слишком прочные. Им не один век уж точно. Видишь зазор между креплениями? Его можно расширить.

Я вгляделась и поняла, что Иззи права. Хоть цепь и была тяжелой, она действительно проржавела от времени. Девушке металл, конечно, не поддастся, но мужчина погабаритнее и с хорошей физической подготовкой смог бы его разорвать.

Замка видно не было, да и надеяться на ключ или отмычку было глупо, поэтому я решила попытаться расширить щель между звеньями. Поискав возле себя что-то, чем можно было это сделать, я взяла несколько камушков и дощечку с палец толщиной. Дощечка сломалась сразу, как только я попыталась втиснуть ее в отверстие, два камушка оказались слишком большими, и лишь один, изогнутый и чуть заостренный, пришелся впору. По совету Иззи мы вылили оставшееся снотворное на землю, прикрыв ковшом влажный след, и принялись растягивать крепление. У Иззи получалось лучше, чем у меня, поскольку она занималась этим со вчерашнего дня. Казалось, прошла целая вечность. Я стерла пальцы в кровь. От отчаяния и физического напряжения на меня, словно удар морской волны, то и дело накатывала слабость, и приходилось прикрывать глаза, чтобы прийти в себя. Тщетность усилий заставляла терять самообладание. Казалось, я содрала с пальцев почти всю кожу, но щель так и не стала шире.

В очередной попытке справиться с цепью до меня донесся звук шагов. Мы с Иззи переглянулись и тут же притворились спящими. Первой брукса проковыляла ко мне. Она принюхалась, как в прошлый раз, и, должно быть, уловив запах снотворного, удовлетворенно оскалила передние клыки. Я услышала звук льющейся воды из кувшина в ее руках. Когда наши с Иззи и Даниэлой ковши были по очереди наполнены, брукса принялась расхаживать по пещере. Я заметила, как на ее шее блеснуло что-то стальное. Нож? Но зачем он бруксе?

Сколько еще это существо собирается держать нас? Если мы с Иззи находились здесь всего сутки, то Даниэла – уже почти две недели и, судя по ее изнуренному виду, продержится она еще недолго. Но я сомневалась, что бруксе мы нужны мертвыми. Будь так, она не держала бы нас здесь.

Из своих снов я понимала, что последние из рода ведьм нужны бруксе, чтобы оживить Королеву. Я вспомнила, как отчаянно Жуан Брагансский пытался остановить главную ведьму, как он сопротивлялся из последних сил, но проиграл в борьбе с этими жуткими женщинами. Но в отличие от короля Португалии, я не собиралась проигрывать им. Вспоминая весь тот ужас, который творили ковены, я поняла, почему бабушка и мама пытались держать меня подальше от этого кошмара. Ведьмы не жалели никого на своем пути. Они без зазрения совести отдадут на растерзание своего ближнего, лишь бы добыть власть, силу и деньги. И это делало их опасными врагами. Но я попытаюсь приложить все усилия, чтобы Королева никогда не ожила.