Самюэль Бьорк – Последний час (страница 5)
– Уже в пути, – ответил он, сбивая с крючка ключи от машины.
– Я всех обзвонила, – продолжала Голи. – Катя в Нидерландах, Фредрика не могу найти, но Людвиг, Аня и тот новый, Ларсен, уже едут.
– Отлично, – сказал Мунк и вдруг осознал, что стоит на крыльце в одних носках.
Он развернулся, вбежал в дом за ботинками и снова выскочил наружу.
– Только женщина в жилете? Это все, что известно?
– Да, пока больше ничего, – отозвалась Голи. – Сейчас пытаются разобраться. Ты приедешь?
– Скоро буду, – бросил Мунк и повернул ключ в замке зажигания.
4
Миа Крюгер сидела за рулем отцовского нефритово-зеленого «Ягуара» и впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему счастливой. Конечно, немного тревожно: последние дни были сущим адом. Но, по крайней мере, они прошли через это вместе. Сестра-близнец стенала, металась по большой кровати в новой квартире, вся мокрая от пота, отчаявшаяся, все хотела убежать, но Миа стояла в дверях и не отпускала.
У нее в конце концов получилось, и сестра сдалась. Позволила Мие уложить себя в постель. Чистое белье. Задернутые шторы. Холодильник, забитый едой. Не нужно никуда выходить. Просто остаться здесь. Просто пережить это.
Первые сутки были самыми страшными.
Миа видела такое в кино, но в реальности… Этот животный вопль, будто Сигрид больше не человек, а загнанный зверь, шипящий и беснующийся, потому что тело не получает того, в чем отчаянно нуждается.
Наркоту.
Очередной кайф.
Были моменты, когда она готова была сдаться. Отчаяние в измученных глазах. Они ведь близнецы. Мие казалось, будто она чувствует эту боль всем телом, будто сама лежит в той постели и воет от отчаяния.
Но под утро Сигрид наконец уснула.
Обессиленная. Промокшая насквозь.
Миа провела рядом с ней всю ночь, не отходя ни на шаг. А когда сестра наконец проснулась, стало чуть-чуть легче.
Прохладная тряпка ко лбу.
Немного супа.
Прошло двое суток – и Сигрид уже почти шутила. В ее взгляде из-под светлой челки снова светилась жизнь.
Миа переключила передачу, нажала на газ и наконец обогнала фуру, которая уже давно тащилась перед ними. Город остался позади. Вокруг только чистая, сияющая природа: открытые поля, сверкающая река, извивающаяся под солнечным склоном. Вальдрес. Именно здесь она нашла лучшее место – частную реабилитационную клинику. Дорогую. Но разве это важно?
Тайный звонок бабушке. Потом – отцу, хотя она и обещала Сигрид, что никому не скажет.
Конечно.
Две маленькие девочки, удочеренные бездетной парой. Но Миа никогда не сомневалась: это ее настоящая семья.
Бабушка.
Мама.
Папа.
Детство в большом доме на берегу в Осгордстранде было почти идеальным. Мама, может, была немного строгой, но из добрых побуждений. Хотела, чтобы у девочек были рамки, стабильность, чтобы им было хорошо.
Сигрид и Миа.
Миа и Сигрид.
Одна темненькая, другая светлая.
Белоснежка и Спящая красавица.
Мгновение, которое она не забудет никогда. Тот вечер в их комнате на чердаке, после конфирмации. Обе получили одинаковые серебряные браслеты – якорь, сердце и буква.
«М» у нее.
«С» у Сигрид.
Той ночью они уснули в одной кровати. И им действительно казалось, что это навсегда.
Вот почему это так ее поразило.
Да, с возрастом у них появились разные интересы. Сигрид увлекалась лошадьми, гандболом, у нее была куча друзей. Миа же предпочитала одиночество, все возилась с мопедом в гараже.
Сестра стояла на крыльце с бутылкой белого вина в рюкзаке.
–
Она чувствовала это уже тогда.
Что она не такая, как все.
Не могла объяснить почему, но ей казалось, что подростковый возраст она уже переросла. Все это просто не вызывало у нее интереса.
С бокалом виски в руке и сигаретой в зубах бабушка, неродная, но удивительно похожая на нее, смеялась, глядя в небо из заросшего сада. Ей было наплевать, что люди считают ее сумасшедшей. Она абсолютно не переживала из-за этого.