Самохин И. – Марс 22 век (страница 10)

Поэтому они уже почти два года ползли на средней скорости. Были готовы в любой момент изменить курс, прибегнуть к ударному разрушению встречного объекта. И если ничего из этого не могло помочь, то оставалось только надеяться на защитные поля и молить бога.

Мелкие повреждения уже заставляли проводить наружный ремонт обшивки с помощью штатных бортовых роботов. Они как бронированные черепахи без конца ползали снаружи и наплавляли броню, поврежденную мелким встречным мусором и молекулами межзвёздного газа. Было очень хлопотно проходить остатки протопланетного облака.

Ульфу было необходимо определить момент набора маршевой скорости. Это было рискованно, но сильно сокращало время полета к планете Клер.

Ульф был в постоянном напряжении. Первый год был мучительным. Сначала проползли за Плутоном облако Койпера. Потом выбрались из тороидального облака. Следующей опасной зоной был внутренний диск облака Оорта.

Там в вечной тьме неприкаянно болталась еще одна большая планета Тюхе, газовый гигант. Так же подстерегала темная звезда Немезида, маленькая спутница Солнца. Это были последние объекты, возле которых крутились исследовательские роботы Земли.

Наконец караван вышел в пространство сферического облака Оорта, более разреженного. Хорошо ещё что курс лежал не совсем в области эклиптики Солнечной системы и удалось миновать другие сюрпризы.

Ульф часто любовался потрясающей картиной каравана из пятерки фотонных звездолётов, посверкивающих маневровыми двигателями на фоне угольно чёрной бездны, с редкими россыпями застывших звёзд. Обзорную картинку передавали мини разведчики, ведущие непрерывный контроль ситуации.

Ульф стал пилотом командором, ещё совсем мальчишкой, в двадцать один год. Утвердили его кандидатуру, их пару. Хоть чуть не отсеяли. Были кандидаты и моложе, но им не хватило квалификации и хорошей рекомендации. Заслуги же Ульфа с друзьями, в деле свержения клики киборгов весили не мало. Это тоже было важно для информационной компании вокруг звездолётов и сбора средств. Да и личные знакомства с соратниками, занимавшими теперь солидные посты, сыграли свою роль.

Ульф был благодарен судьбе что из него не сделали какого-то полу монстра, способного жить в широком диапазоне температур, давлений, радиации и атмосфер. Ходили слухи о таких опытах. Но видимо возможный родоначальник новой расы должен был отвечать лучшим критериям человеческого совершенства.

Ульф же всё время опасался перспективе включения в состав экипажа таких суперменов. Мало ли чего могут решить бонзы для повышения выживаемости экспедиции. Но не было полной уверенности, что в каком-то из звездолётов не спит в состоянии гибернации такой мощный дублёр. На случай выхода из строя основного экипажа.

Во время редких плановых инспекций звездолётов Ульф внимательно присматривался к любым отклонениям от проекта. Хотел понять, что от него могли скрыть и с какой целью. Что-то его настораживало, а своей интуиции он привык доверять.

По всем данным микрозондов путь впереди был чист и головной центр рекомендовал начать ускорение. Ульфа даже бросило в пот, вот он момент «Х». Сейчас надо было дать маршевым двигателям максимальную нагрузку и уйти в ускорение. Ответственность за принятие данного решения лежала на нём. Все звездолеты повторят его маневр.

Ульф мечтательно вытянулся в кресле, прищурился и расслабился. Решение должно было вызреть и отстояться по всем канонам психологии. Он запустил отчет микро зондов разведчиков о планете Клер и долго любовался целью своего полёта, манящей голубой планетой. Ульф с детства грезил космосом, полётами к звёздам. Сердцем он уже был там и вершил судьбы нового мира.

Началась автоматическая загрузка антиматерии со склада внешнего базирования и Ульф не прекратил операцию. Сидящая в соседнем кресле второго пилота Рона не разделяла его тревоги.

–Давай, капитан, дерзай. Ты сверх осторожен. Само по себе это не страшно. Главное то, что флуктуации кварковых и глюонных полей на участке разгона имеют среднее значение.

Капитан звездолёта только кивнул и выложил свои соображения.

–Через 15 минут наш центр сам разовьет ускорение, согласно своего алгоритма. И это будет правильное развитие событий, при отсутствии связи с центром. Тревожит меня другое, поле Хиггса, ведёт оно себя не стандартно. Центр мудрит, бормочет о чем-то теоретическом, о реликтовых струнах, трещинах пространства. Бич божий, ёлки-палки! Если не повезёт, то мы даже не поймем куда делись.

Рона решила, по-своему, подбодрить супруга.

–Ты любитель всё занаучить. У нас нет других вариантов. Надо рисковать. Предупредим Землю и стартуй. Я надеюсь, что ты зря беспокоишься. В любом случае заднюю давать поздно.

Рона улыбнулась. Конечно и она готова была немного подстраховаться, управляя караваном, стоящим триллионы кредитов. Но люди могли лишь вмешиваться в полностью автоматизированный процесс. Если бы они погибли по каким-то причинам, то караван долетел бы до цели и без них. И программу свою выполнил бы.

Не смотря на напряженную работу по управлению экспедицией Рона с Ульфом были счастливы. Это скрашивало тяготы космического путешествия. Иногда Рона любила пошутить над патологически ревнивым мужем, изводившем её на Земле. Здесь, шутила лукавая красавица, наконец нет причин её ревновать и Ульф лишь довольно щурился. Ему нравился её вкрадчивый юмор и хищные повадки большой и плавной в движениях пантеры.

–Центр, начинаем плановое импульсное ускорение, время достижения маршевой скорости 120 часов.

Ульф отправил доклад на Землю и отдал команду задействовать энергетическую защиту кораблей и индивидуальных спасательных, компенсаторных кабин. Рона успела махнуть ему рукой и послать воздушный поцелуй, перед тем как её кресло превратилось в изолированный энергетический кокон.

Наконец они ложатся на заданный курс и наберут максимальную скорость. Здравствуйте звёзды! Прощай Земля! Больше они никогда не будут иметь возможности вернуться.

Лёгкая грусть охватила Ульфа, перед глазами стали всплывать лица дорогих ему людей, которых он уже никогда не увидит. Лишь сейчас Ульф склонил голову и стал прощаться с родной планетой. Со всем тем, что составляло смысл его жизни. Ульф напряг внутреннюю энергию и послал всем последний привет. Попросил у всех прощения, у тех кому его отлёт навсегда причинил боль.

Он верил в свои новые возможности, но в ответ он почувствовал тот самый потусторонний холодок с редкими тёплыми вкраплениями. Стало жутко.

–Чертов ты экстрасенс. Хватит волхвовать, -пробурчал он недовольно сквозь стиснутые зубы.

Ускорение плавно вдавило в кресло. Звездолёт завибрировал от проснувшейся чудовищной силы. Небывалой силы двигатели всех пяти звездолётов работали синхронно, на всю свою мощность. Всё шло штатно. Центр исправно выводил на командорский экран и дублирующие интерфейсы множество информации. Ничто не выходило за рамки статистической погрешности. Но Ульф готов был перейти на ручное управление в любой момент.

Несколько дней, пока работают двигатели, им придется провести в своих креслах. В любую секунду могло что-то пойти не так. Стабильность процесса могла разбалансироваться, и тогда только немедленная эвакуация могла их спасти. Все пять звездолётов сразу погибнуть не имели права.

Разгонный участок космоса был исследован. Вакуум был стабилен и посторонних полей не обнаруживалось. Ну а встречный поток темной материи не должен был нарушить сложных энергетических полей двигателей, управляющих самым мощным топливом на Земле.

Наступило время, когда экипаж превратился в статистов, вдавленный в противоперегрузочные кресла и едва шевелившийся. Несколько суток они будут лишь следить за параметрами полёта и работой оборудования.

Глава 7. Волчья стая.

Старик не соврал. На последнем полузаброшенном этаже Суперполиса они нашли свою легенду. Здесь было царство машин и механизмов, энергетических установок и неизвестных им работающих устройств. Оно простиралось на десятки километров. Воздух пах подгоревшей пылью, техническими маслами. Гигантские пространства были скудно освещены. Их пронизывало разномастное гудение и вой, вплоть до исчезающего на самых высоких нотах визга.

Они знали, что нельзя приближаться к устройствам возле которых даже окружающий воздух светился от гигантских энергий. Здесь было опасно. Очень опасно. Сюда было запрещено проникать и все входы охранялись. Но им удалось нащупать сканером старое монтажное, плохо заделанное, отверстие о котором помнил престарелый строитель полиса. Мальчишки не раз выручали его. И вот они здесь.

Стайка ещё глупых мальчишек сорванцов. Они ещё не научились бояться смерти. Жилеты для магнитного транспорта и нехитрые приспособления помогли им достигнуть высокого грубого каменного потолка. Он скрывался за иллюзорной плоскостью фальшпотолка, схемой этого царства машин. Фальшпотолок оказался теперь под ними, а они примагнитились к старому заржавленному люку. Витька Вергун колдовал с шифрами и блоками этой волшебной двери уже с полчаса. Изнывающий загорелый и шустрый как ртуть Фет отвесил ему подзатыльник.

–Давай быстрее, спалимся, -шёпотом потребовал он.

Как вожак их группы он незамысловато руководил ими и стимулировал к действию как умел. Витька, не отрываясь от кодовой панели, наугад лягнул ногой в направлении агрессии. По кому-то попал, судя по шипению.