Самохин И. – Марс 22 век (страница 12)

Власти полиса выявляли такие «содружества» и наделяли их собственного цвета и покроя формой со встроенными видеочипами и маячками, что значительно облегчало работу полиции. Наученные прошлым опытом борьбы с молодежными бандами они возглавили этот процесс. Сделали его публичным, стараясь перевести в спортивную плоскость противостояние инициативных групп населения. Некоторые команды даже становились политическими партиями.

С детства они учились находить глухие закутки и мёртвые зоны где можно было быть уверенным в своей безнадзорности.

Усилия властей сильно уменьшило криминализацию подобных формирований и дало им возможность вести борьбу между собой бескровно. Случалось, погибали в стычках молодые парни и даже не по одному. Ульф с детства уяснил для себя всю серьёзность ситуации на ритуальных мероприятиях. Чем рисковали молодые люди, включаясь в подпольную войну группировок за влияние, незаконный доход и неположенные удовольствия.

Власти организовывали полувоенные соревнования в гигантской зоне подросткового воспитания на островах. Там отряды соревновались в науке и технике, военном искусстве. Это в самом деле бывало порой захватывающим. Выезды на морские и сухопутные «битвы» на экзотических островах, оснащенные различной техникой разных исторических периодов. Но вершиной всего были манёвры и имитация сражений в космосе на настоящих военных космолётах. Ульф с удовольствием вспоминал об этих беззаботных игрищах. Там незаметно прививали знания и умения, пригодившиеся во взрослой жизни.

Там и произошла первая стычка Волчьей стаи и команды Альф. Были они ещё в коротких штанишках, и первый выезд на солнечный экзотический тропический остров в тёплом океане привёл в дикий восторг ораву ребят. Распорядок дня с занятиями и тренировками был составлен плотно, но бескрайняя энергия так и пёрла из дружной ватаги. И как-то в уже в сумерках им удалось ускользнуть незамеченными из их персонального лагеря.

У каждой команды был свой, расположенный на приличном удалении от других во избежание конфликтов. Присмотр за ними был не очень строгий. Может быть даже так и было задумано кураторами. И вот орава ребятишек в одних шортах прокралась за границы лагеря и взяла курс на банановую рощу.

Кормили их прилично, но хотелось свежесорванный фрукт прямо с ветки. Да ещё и флёр приключений почти в ночных джунглях добавлял остроты ощущениям.

Как стая обезьян катились они по джунглям. То крались, то преувеличенно пугались, то охотились по дороге. Воображали себя пещерными охотниками за головами. Форсировали речушку по лианам и наконец толпой оккупировали месторождение бананов. Начался весёлый варварский грабеж захваченной территории. Но хорошая идея пришла в голову не только им.

Раздался условный тревожный свист Фета и они спустя мгновение скучковались возле своего вождя краснокожих. Там они замерли разглядывая в закатных солнечных лучах солнца такую же стайку сорванцов. Перекидывались отрывистыми фразами, оценивая ситуацию и встреченных коллег. Для тех эта встреча тоже была неожиданной. В эти секунды решалось многое. Будет ли стычка или мир и дружба. В такие моменты всё решают какие ни будь мелочи. Симпатии у команд не случилось.

Кто-то узнал возглавлявшего команду противников белобрысого заносчивого паренька. Который предложил конкурентам проваливать по-хорошему. Альфы частенько мелькали на взрослых мероприятиях как подрастающая смена передового класса полиса. И рожица Паркера тоже оказалось кому-то из ребят знакомой. Выступившему ленивой походкой вперёд Фету в спину сообщили кто перед ними. Фет скабрезно осклабился и поинтересовался у противника как это мажоры без мамки так далеко забрались.

В самом деле. Младший состав Альф был примерно такого же возраста, как и волчата, но у многих из них были индивидуальные андроиды телохранители. Очень дорогое удовольствие даже для очень богатых землян. Одна лицензия стоила целое состояние. Для многих это был скорее вопрос престижа. И встретить Альф без охраны, в пусть и в парковых, но джунглях было неожиданно. Видимо тем постоянный присмотр тоже надоел.

Фет не собирался отступать перед более старшим и рослым соперником. Вопрос авторитета лидера был непререкаем. И предводители закружились в центре, образованном возбуждёнными и галдящими членами обоих команд. Схватка вожаков была священным ритуалом с первобытных времён.

Никаких стоек и приёмов мальчишки не продемонстрировали. После нескольких неуспешных ударов они сцепились в борьбе. Видимо рослый Паркер рассчитывал сломить соперника весом. Фет с Паркером барахтались в песке под подбадривающие крики друзей. Расчет Паркера всё же оказался верным и после пяти минут отчаянной борьбы ему удалось схватить Фета за горло и он начал его душить.

Волчата в ужасе запрыгали вокруг, но вмешаться не решались. Всеобщая свалка была неизбежна, но в поединок вмешиваться запрещали вмешиваться суровые неписанные уличные кодексы. Ульф случайно увидел боковым зрением Виктора, который один не подскакивал на месте. Он с красным от натуги лицом пытался развести свои стиснутые руки. Как будто он схватился за воображаемые руки Вальтера.

И только спустя годы Ульф связал странное поведение Виктора с тем что происходило на ристалищном песчаном пятачке. Хватка Паркера ослабла и на его лице отобразился ужас. Фет мгновенно воспользовался замешательством противника и повалил его на песок отчаянным ударом по рёбрам. Наверно попал удачно по печени, так как мажор надолго потерял интерес к происходящему. Он скрутился калачиком держась за правый бок. Вскочивший Фет с воплем бросился на смешавшихся противников.

Свалка получилась знатная. Утром на утреннем построении поцарапанные и с синяками волчата были оживлены и веселы. Победителей долго и задумчиво созерцал куратор. Тишину нарушал только трепещущийся на утреннем ветерке флаг. Отставной военный со старым шрамом на лице не получил на свой риторический вопрос ни ответа, ни жалоб. И настаивать на объяснениях не стал. Воспитание бойцовского характера входило в задачи руководства лагерем.

Тогда поле боя осталось за волчатами и в последующие годы у команд осталась привычка выяснять отношения в банановой роще. С тех пор отношения у Альф и Волков были остро соперничающими и стали именем нарицательным. Соперничество двух команд с годами поляризовали всю молодёжь на два непримиримых лагеря.

Больше всего в среде молодёжи не любили пару тройку эгалитарных аристократических команд, в которые входили дети власть имущих и экономических магнатов. Как ни парадоксально, но многие в душе стремились туда попасть. О чём порой хлопотали родители, желавшие добра своему чаду. С гордостью они могли проронить в разговоре что их дитя входит в состав команды «Альф» или «Пирамид». Весьма громкие и даже легендарные фамилии мелькали среди их участников.

Пол мира смотрело трансляции соревнований команд, из которых был сделан спортивный и букмекерский культ. На спортивных же летних выездах в тематические лагеря частенько происходили жаркие схватки между ними и командами из низов. И несдобровать бы лощёным мажорам, но выручали их тяготеющие к ним партнерские команды детей. Выходцев из средних классов общества. Те откровенно с завистью смотрели на успешных сверстников. Ведь у многих мажоров были не только телохранители люди, но и универсальные андроиды. Машины убийцы.

Иногда демонстративно в знак поощрения в результате подковёрных интриг кого-нибудь принимали в элитный состав. В основном полукровок или сыновей новоявленных нуворишей. Об этом сообщали в средствах массовой информации и преподносили как действие социальных лифтов.

Фет не любил впоследствии рассказывать о сильном давлении на лидеров публичных команд и их родителей со стороны властей. Путем угроз и подкупа государство пыталось влиять на самых активных юных граждан. В частности, Фету приходилось с отвращением в душе сдерживать своих друзей от проявления агрессии к членам элитных команд. Но взамен у его команды появлялись дополнительные возможности и даже денежные средства.

Как глоток свежего воздуха воспринимался друзьями выезд из полиса, где не было столь плотного контроля, но зато очень ощущалась дикая анархия предместья и некая мафиозность условно сельских районов. В основном они ездили в биотанке к престарелым родственникам Фета. Они имели большой дом превращенный в маленькую крепость в зелёном живописном районе долины реки Мисисипи. По достижении 12 лет подросткам разрешалось самостоятельно покидать полис в определённых случаях. И они сами умудрялись выбираться туда. Не останавливало их ни огромное количество прививок от внешних инфекций, ни карантин по возвращении с тщательной био дезинфекцией.

Один раз подростки всё-таки попали в переделку по дороге к старикам. Они ехали в своём лёгком биотанке по дороге, которую жилые массивы прижали к заросшему берегу реки. И попали в засаду живых плотоядных деревьев. Помесь бамбука с лианами и ещё чего-то. Поодиночке они не представляли для здорового и не слепого человека опасности. Они были достаточно медлительные. Но плодовитые и быстрорастущие они могли ещё и передвигаться. И вот они образовали целую изгородь вдоль дороги. Видимо сгрудились в течении одной ночи.