Самигуллин Руслан – Гонка героев (страница 55)
– Последний шанс, Кельт, сдавайся…
Артур чувствовал, как из его тела уходит жизнь. Ранение хоть и не было настолько серьёзным, но яд, введённый в тело, не переставал убивать его изнутри.
– Это была фантастическая гонка, – выкрикнул Кельт, – но всему приходит конец!
Он поднял оружие, наводя его на Артура. Но выстрел из пистолета Милена достиг цели раньше. Стремительный поток ионов мгновенно ударил Кельта в грудь, и тот, потеряв равновесие, сорвался с края посадочной платформы. Не было слышно ни крика, ни каких-либо других звуков помимо завывания осеннего ветра.
– А знаешь, он был прав, – обессилено падая на колени, заявил Милен.
– О чём ты? – еле переступая с ноги на ногу, спросил подошедший к нему Артур.
Оказывать помощь он не стал. Да и не смог бы при всём желании. Артур просто сел рядом и прислонился к спине Милена, доставая мятую пачку сигарет. Приятный аромат ударил в нос, заставляя на мгновение забыть о боли.
– Он прав в том, что это действительно была фантастическая гонка, – закашляв, ответил Милен.
– Да, – согласился Артур и ещё глубже вдохнул едкий дым. – А знаешь, что самое маленькое, из всего того, что мне довелось видеть в этом мире?
Милен ничего не ответил. Скорее всего, он уже потерял сознание или просто не нашёл нужных слов.
– Человеческую доброту, – сам себе прошептал Артур, ещё какое-то время стараясь зацепиться за покидающие его мысли.
Последнее, что он смог увидеть, было то, как отступали сумерки. На смену холоду бесконечной ночи приходил столь желанный день. День, который должен изменить всё вокруг. День, который подарит веру в будущее.
В голове ещё какое-то время звучали чьи-то незнакомые голоса.
– Кажется, ещё жив, – сказал один из них, но для Артура мир уже перестал существовать.
Эпилог
Всё вокруг нас – плод нашего сознания, нашего стремления создать лучший мир. Мир, о котором мечтает каждый. Однако порой приходят времена, когда гибнут целые народы. Времена, когда судьба целой страны может зависеть лишь от одного человека. Стойкость духа является проявлением доблести и отваги, положенной на алтарь свободы.
– С тех пор миновала половина десятилетия, – громко заявил в микрофон Артур. – В тот чёрный день мы потеряли много наших друзей, но взамен обрели шанс начать всё сначала.
Огромная площадь в самом сердце столицы Новой Москвы была заполнена ликующей толпой. Взоры сотен тысяч людей оказались устремлены на трибуну, с которой вещал единогласно избранный президент новой республики.
– Громов! Громов! Громов! – ликовала толпа.
– Тот день навсегда останется в нашей памяти, – продолжил Артур, – как напоминание о том, к чему может привести жестокость, помноженная на тщеславие. Мы забылись во сне увядания и разрушения. Но теперь наши глаза открыты, и мы проснулись. Мир никогда не будет прежним, в наших силах сделать его таким, каким его видим мы.
Ярко-белые беспилотники пристально следили за выступлением, транслируя картинку в миллионы приёмных устройств во все уголки необъятного государства, раскинувшегося от южных морей до полярного края.
– Стремление к этим целям никогда больше не должно привести ни к одной смерти. Пять лет назад мне сказали, что это утопия, и только сила способна дать человеку желаемое. Однако мы все вместе доказали, что это не так!
Вновь послышались аплодисменты и ещё большее ликование. Анна стояла позади мужа, гордо оглядывая бесконечную толпу.
– Это не праздник, это день скорби народа перед памятью мучеников, отдавших свои жизни за нашу свободу. И этот монумент мы открываем в их честь.
Артур потянул за верёвку, и брезент сполз с восстановленной части Кремлёвской стены. Множество золотистых табличек усеивали красные кирпичи. На каждой из них были высечены имена и фамилии тех, кому не суждено было пережить великий день нового начала.
Там были имена Милена, Ким, Оксаны, деда Тараса, настоящая фамилия которого так и не была установлена, а также многих других. Даже имя Кельта навсегда осталось выбито в металле, дабы не стереть из памяти воспоминания о самом великом шоумене всех времён и народов.
– На руинах старого мира мы построили новый, и каждый из вас за него в ответе, ибо нет ничего сильнее веры в человеческую волю.
Вся страна ликовала, глядя в огромные голубые экраны. Миллионы людей изо всех сил старались забыть столь недавнее, но уже кажущееся совершенно далёким, прошлое, которое никогда не должно повториться вновь.
Конец