Саманта Кристи – Лиловые орхидеи (страница 43)
Мама вздыхает:
– Я так понимаю, ты отказалась с ним разговаривать?
– Да, – отвечаю я. – Я уничтожила цветы и вернула их ему. А потом велела убираться.
– Ох, милая.
Я слышу тихое хихиканье.
– Ма-а‐ам, – ною я.
– Бэйлор, когда-нибудь тебе придется с ним встретиться, – говорит она. – У вас общий ребенок, и хочешь ты того или нет, он имеет право познакомиться с сыном. А Мэддокс заслуживает того, чтобы познакомиться с отцом.
Она снова вздыхает, и я слышу, как она ходит взад и вперед по кухне ресторана.
– Я знала, что этот день настанет, солнышко. И знаю, что ты справишься с этим достойно и справедливо – точно так же, как ты справлялась со всеми остальными трудностями, которые вставали у тебя на пути.
– Справедливо?! – выпаливаю я. – Так же справедливо, как когда он бросил меня, когда мне было восемнадцать и я была беременна? – Я закрываю глаза. – Надо было позвонить Скайлар.
Теперь она смеется прямо в трубку.
– Послушай, подумай пару дней о том, как ты хочешь, чтобы все это закончилось, и на что ты готова ради этого. Тебе придется в чем-то пойти на компромисс, Бэйлор. Мы поддержим тебя во всем. Если хочешь, мы с папой можем приехать, когда ты решишь с ним поговорить.
Мы подтверждаем наши планы на обед в воскресенье и прощаемся. Потом я звоню Кэлли, Крису и Диллону и ввожу их в курс дела.
Мэддокс вчера переночевал у Криса – просто на всякий случай. Сын был счастлив, потому что обычно ему разрешают приходить в гости с ночевкой только на выходных. Он обожает сыновей Криса – им год и три. Мы с Кэлли проговорили почти всю ночь. Она подливала мне вино, а я рассказывала подробности нашего романа с Гэвином. Оглядываясь, могу сказать, что это было ошибкой, потому что теперь она, кажется, на
Ну да, еще как романтична – вплоть до того момента, когда он дал мне денег, как дешевой шлюхе, чтобы избавиться от ребенка.
Я подумывала о том, чтобы уйти из дома на весь день, чтобы Гэвин меня не застал, если снова придет. Но я хочу знать, каким будет его следующий ход. В любом случае я всегда могу притвориться, что меня нет дома.
Я переставляю книги на полках, чтобы освободить место для своей новой книги. Обожаю, когда мои книги стоят рядом с книгами моих любимых авторов. Я отодвигаю предыдущую книгу в сторону – каждая моя новая книга всегда стоит на этом месте. Я провожу пальцами по рельефному заголовку – «Счастливый номер 13».
Я назвала книгу так, потому что это мой тринадцатый роман. И еще потому, что после двенадцати неудачных попыток на сайтах знакомств моя героиня наконец находит свою любовь с парнем номер тринадцать – несмотря на все досадные и неудачные события, которые с ними происходят на протяжении почти всей книги.
От меня не ускользает ирония того, что в тот самый день, когда вышел «Счастливый номер 13», Гэвин появился у меня на пороге.
Я сажусь за стол, чтобы подписать книги для фанатов, которые заказали экземпляры через Дженну – моего агента и ассистентку. Она заведует моим сайтом и ведет от моего имени всю корреспонденцию, переправляя мне только письма, которые требуют моего внимания. Она планирует турне в поддержку книги и согласовывает все детали с моим издателем. Можно сказать, Дженна делает все. Она моя правая рука. Мне остается только приходить, куда она скажет. Если только это не в Техасе. Кажется, теперь я изменю это правило и перестану ездить в Лос-Анджелес. И, может, еще в Чикаго, если он часто там бывает.
Я его не вижу, но узнаю арендованную машину, которую уже видела вчера.
Гэвин снова звонит в дверь.
Я слушаю, стоя у окна.
– Бэйлор, я знаю, что ты дома. Я видел, что твоя няня ушла без тебя.
Я думаю о том, что вчера сказала мне мама. Знаю, что когда-нибудь мне придется с ним поговорить. Но от мысли о том, что он знает, где я нахожусь, и, может, даже знает, где Мэддокс вчера ночевал, у меня сжимаются кулаки. Я подбегаю к входной двери и кричу сквозь нее:
– Тогда ты не хотел ребенка, так что и сейчас его не получишь! – И бью по входной двери для большей убедительности. – Я просила тебя оставить меня в покое. Ты нарушаешь границы частной собственности. Если ты не уйдешь, я вызову полицию.
Я возвращаюсь на кухню и выглядываю в окно – он кладет еще один букет лиловых орхидей на землю рядом с входной дверью.
– Я не знал, Бэйлор! – кричит он.
Потом Гэвин разворачивается, чтобы уйти, и сильно бьет кулаком по колонне крыльца – и тут же чертыхается от боли, зажимая кулак другой рукой.
Убедившись, что он ушел, я открываю входную дверь и мгновение любуюсь своими любимыми цветами. Потом оставляю их на месте – назло ему. Если Гэвин придет завтра, пусть увидит, что они все еще лежат там и гниют. Точно так же, как он бросил меня. Неплохой способ послать его к
Сегодня я не звоню Диллону. Гэвин сказал мне только одну вещь. Что он имел в виду, когда сказал, что он не знал? Не знал, что почувствует, когда узнает, что у него есть ребенок, от которого я не избавилась, но ему об этом не сообщила? Он не знал, что передумает?
Я сажусь и думаю о том, что вчера сказала мне мама, – мне придется пойти на компромисс. Ну, если компромисс означает, что я полечу со своим семилетним сыном через всю страну, чтобы встретиться с Гэвином и его стервой-женой, то как бы не так! Я ни за что даже близко не подпущу ее к Мэддоксу.
Думаю, я могла бы согласиться на то, чтобы Гэвин встречался с Мэддоксом здесь, на нашей территории, но без Стервеллы[13]. Удовольствуется ли он этим? Ну, у него не будет выбора. Потому что это единственный компромисс, на который я готова пойти.
Я раздумываю, не позвонить ли ему в гостиницу, чтобы сообщить о своем предложении. Но решаю пока этого не делать. Гэвин заставил меня страдать девять долгих месяцев и потом еще несколько лет, когда я пыталась справляться с тяготами жизни матери-одиночки и воплощать свои мечты. Да пошел он! Пусть теперь
Я слышу звонок в дверь, и у меня замирает сердце. Я бегу на кухню и смотрю в окно. Это не он. Это доставка. Курьер пытается удержать на одном бедре огромный, вычурный, ужасно помпезный букет из лиловых орхидей и снова позвонить в дверь.
Я закатываю глаза и иду открывать.
– Слава богу! – говорит паренек, на вид ему не больше восемнадцати лет. – Тот парень заплатил, чтобы я дождался, пока вы лично не заберете цветы. Он заплатил двойную цену, чтобы я доставил их немедленно.
Он качает головой:
– Чувак, кажется, серьезно облажался.
Я не могу сдержать легкую улыбку.
– Цветы очень красивые, спасибо.
Я указываю ему на столик и расчищаю место для богато украшенной корзинки.
– Он сказал, что, если вы их порежете и отправите обратно, он просто пришлет новый букет.
Я смеюсь. Бедный парень! Гэвин его, наверное, до смерти напугал всеми своими указаниями. Я быстро вытаскиваю из кошелька двадцатку и протягиваю ему.
Он смотрит на купюру.
– Мэм, вы же не станете ничего ему передавать, правда?
Я улыбаюсь ему:
– Нет, не стану. Возьми чаевые. – Я кладу деньги ему в ладонь. – Уверена, что сегодня ты их заслужил.
– Спасибо, – говорит он, выходя за порог. И быстро поворачивается ко мне: – Ой, черт, чуть не забыл! Он сказал, что вы должны прочитать письмо, потому что это очень-очень важно, и, – парень на секунду прикрывает глаза, припоминая, – раз вы не соглашаетесь его выслушать, он все записал. – Он чешет затылок. – По крайней мере, я так запомнил.
Я киваю.
– Да, похоже на правду, – говорю я. – Еще раз спасибо.
Я смотрю, как паренек уходит, засовывая деньги в карман. Потом запираю дверь и смотрю на цветы. На видном месте из букета торчит записка. Я подхожу ближе и вдыхаю сладкий аромат цветов, затем вытаскиваю записку. Я иду с ней на кухню, кладу ее на барную стойку и наливаю себе бокал мерло. Хотя еще только два часа дня, у меня возникает ощущение, что бокал вина мне не помешает. Я сажусь на барный стул и делаю большой глоток. Открываю записку и удивляюсь, что она такая короткая. Я ожидала длинных затянутых объяснений.
Бэйлор,
Пожалуйста, внимательно прочти это письмо.
Я НЕ ЗНАЛ, ЧТО ТЫ БЫЛА БЕРЕМЕННА! Я не знал, что у меня есть сын, пока не встретил тебя две недели назад. Я не писал тебе никакого письма в университете. Клянусь Богом! Я думал, что ты меня бросила.
Знаю, что ты мне не веришь, и, если честно, я тебя понимаю. Но есть человек, которому ты, возможно, поверишь. Позвони по этому номеру – она тебе все объяснит. Ее зовут Анджи, она ждет твоего звонка. Пожалуйста, позвони ей, Бэйлор! Ты должна узнать правду. Ты должна узнать правду обо всей этой лжи.
Гэвин
Я читаю записку еще несколько раз, размышляя, что мне делать. Как это он не писал мне письма? И если он его не писал, то откуда он про него знает?
Ах да, письмо! У меня теперь есть два письма от Гэвина. Я спрыгиваю со стула, иду в свой кабинет за запиской, которую он написал вчера, и несу оба письма в спальню. Я роюсь в шкафу – за кучей старой одежды, под полками для обуви я нахожу то, что искала. Я достаю обувную коробку и кладу ее на постель. Я открываю эту коробку впервые за восемь лет – и чихаю, когда с нее поднимается пыль.