Салма Кальк – Таинство для хорошей девочки, или Разбуди во мне зверя (страница 13)

Шрифт

— Тай, ты не глупость сделала, а просто доверяла человеку. Это нормально, если мы не будем доверять тем, кто нам близок, то кто мы после этого? Это мне дед всегда говорил, отец отца, пока был жив. Ну а люди бывают всякие, поэтому случается и доверять тем, кому не следует. Но у них же на лбу не написано, правда? А ты лучшая, помни это. Самая красивая. Хоть человеком, хоть зверем.

Тайка отчего-то расплакалась, он не понял. Но обнял её и гладил по голове, и никакие бублики ему сегодня не мешали. А потом целовал, и она сначала только вздыхала, а потом тоже подняла голову и целовала его.

— Макс, ты замечательный. Я… я даже и не могла предположить, насколько.

— Я тоже не мог, я думал, до тебя — как до луны. А оказалось — немножечко ближе. Ты мне так нравишься, что я иногда дышать забываю. Но раньше я мог только смотреть на парах в твой затылок, и всё.

— А я… я вообще никуда не смотрела, а надо было, — улыбнулась Тайка. — Глядишь, и не было бы у меня тех глупостей с Тишиным, — она перебирала его волосы, и всё нутро от этого превращалось в желе, и мозг отключался напрочь.

— Я очень люблю тебя, Таечка, — шептал он потом, уже в полусне, осторожно обняв её когтистыми лапами.

Почему-то спать им обоим захотелось в зверином обличье. Свернуться в клубок нос к носу и спать. Как там было сказано — много возможностей? Вот, это одна из них.

Белая мордочка ткнулась в его мохнатую щёку чёрным носом. Было странно слышать от неё человеческие слова.

— А я люблю тебя, Макс…

19. Утренние неожиданности

Тая снова проснулась дома у Макса, и проснулась от того, что в дверь его спальни стучали. Да, стучали в дверь. Внезапно.

— Макс, сдаётся мне, тебе пора вставать, — произнёс из-за двери незнакомый женский голос.

— Мама? — недоумевающе пробормотал Макс, садясь на постели и не отпуская Таю от себя. — Наверное, она ночью вернулась и не успела предупредить, у неё так бывает, — прошептал он Тае.

Поцеловал её, натянул штаны и выглянул наружу.

— Привет, ты когда вернулась?

— Два часа назад. Мне предложили открыть портал, и я не отказалась. Самолётом бы только к вечеру добралась, а так — уже дома.

Дверь тут же закрылась, и Тая принялась судорожно соображать, где её одежда. Выходило — в гостиной. И сумка там же. Неудобно-то как! И вообще, каково маме Макса было увидеть весь тот разгром в гостиной, который они вчера за собой оставили?

Видимо, обоим нужно было спустить пар, потому что после некоторого количества разговоров было много телесной любви, а потом Макс пробовал оборачиваться и бегать, но он тяжёлый и чуть не опрокинул шкаф, по полкам которого пронеслась перед тем Тая. И тогда они просто носились друг за другом по полу, запрыгивая на кровать, диван, кресла и иногда на какой-нибудь стол. А после оборачивались в людей, шли под душ, обнимались, целовались, сначала оставались в ванной, потом вытирались и валились на диван в гостиной или добирались до кровати в его спальне. И спали-то сначала не как люди, а как звери, уткнувшись носами в шёрстку друг друга и обхватив друг друга лапами. И конечно, не подумали о том, что ночью может появиться Максова мама…

Дверь приоткрылась, появился Макс — умытый, с охапкой её вещей.

— На, вроде я всё собрал, сумку тоже, — вывалил на кровать, мимолётно погладил её по щеке. — Момент, вот, держи, это чтоб умыться, — достал из шкафа тёмно-синий махровый халат. — Ты в нём утонешь, ну да и ладно, правда?

Тая осторожно выглянула из комнаты. Тихо, все двери закрыты, и в кухню, где Максова мама, тоже. Она быстро проскользнула в ванную и заперлась там. Постояла минутку под душем, умылась, потом так же быстро юркнула в комнату и там уже оделась и расчесалась. И в кухню вышла, как человек. В конце концов, Макс вчера смело встретился с бабушкой, чем она хуже?

Они оба были там — и Макс, и высокая, хорошо сложенная и коротко стриженая женщина, по виду — старше Таиной мамы. Может быть, даже старше отца. Светловолосая, но, кажется, отчасти седая.

— Тай, это моя мама, Марина Александровна. Мама, это Тая, мы вместе… учимся, — кажется, он раздумывал, что именно сказать.

— Не Валентины ли Васильевны внучка? — улыбнулась мама Макса.

— Да, верно, — кивнула Тая.

— Вы похожи на неё.

— Да, мне в Академии говорили, — улыбка оказалась заразительной, Тая тоже улыбнулась в ответ.

— Так, молодёжь, быстро есть и вперёд, вы ещё успеваете к первой паре, — непререкаемо сказала Марина Александровна.

На столе уже стояла тарелка с блинчиками, а к ним — масло, сметана и варенье.

— Мам, скажи, кто в родне был оборотнем? — спросил Макс.

Кажется, долго думал, как спросить.

Марина Александровна посмотрела странно — остро и непонятно как-то.

— А почему ты спрашиваешь?

— Потому что вчера неожиданно для себя чуть не порвал кое-кого когтями.

— Когтями? — нахмурилась она.

— Он меня защищал, — Тае показалось, что нужно вступиться.

— Я надеюсь, все живы? — продолжала спрашивать Марина Александровна.

— Да живы, чего там, — отмахнулся Макс. — Так кто? Это ж не на пустом месте, правда?

— Правда. Твой прадед со стороны отца, Георгий Дмитриевич. И мой дед со стороны матери, то есть тоже твой прадед, Тимофей Александрович. Оба рыси, что характерно, мы с Павлом это только после свадьбы осознали и обсудили.

До Таи дошло, что Павел — это отец Макса. Он же Максимилиан Павлович, всё верно.

— А от них… хоть фотки какие есть? — тихо спросил Макс.

— Есть, в той папке, что от деда Максимилиана осталась, там посмотри. Только уже не прямо сейчас, да? Доедайте и отправляйтесь, а я хоть посплю, что ли, — снова рассмеялась она.

Тая быстро допила чай и принялась вызывать такси — времени оставалось впритык, а если они станут каждый день прогуливать первую пару — профессор Сафьянников быстро сменит лояльность и терпение на строгость и суровость, он умеет. Поэтому быстро.

Макс чмокнул маму в щёку, Тая вежливо попрощалась, и они побежали вниз, даже лифта не стали дожидаться. Во дворе он глянул в окно — Марина Александровна отодвинула штору в гостиной и махала им.

— Твоя мама… не шокирована? — тихо спросила Тая в такси.

— Да вроде не особо. Нет, я раньше никого домой не приводил, она, наверное, удивилась, когда приехала ночью, а там полный бардак и я не один. Но я думаю, ничего страшного.

Тая понимала, что следующую ночь проведёт дома. Хоть и хотелось ей совсем другого. Но — одно дело, когда Макс сам себе хозяин, а совсем другое — когда у всех дома старшие родственники. Ладно, они что-нибудь придумают. А пока — они успели на пару, и ура.

— Уважаемый второй курс воздушного факультета, я должен сказать вам следующее, — начал профессор Сафьянников. — На Императорском студенческом балу нынешнего года наш факультет представит Дариуш Пашковский, как лучший студент второго курса.

— А кто лучшая студентка? — пискнула Арина.

— Лучшей студенткой по рейтингу стала менталистка Аюна Минаева, но у неё в этот же день соревнования, она бежит марафон. Она отказалась от участия. Поэтому на бал пойдёт Надежда Ильина, как вторая после неё в рейтинге нынешнего месяца.

Надин разулыбалась, Арина ей захлопала, Дариуш кивнул с важным видом. А Тая внезапно поняла, что даже и не расстроилась. И подумала, что не хотела бы идти на бал без Макса. А если бы она в последний месяц не сдала позиции в рейтинге, то ей бы пришлось идти без него. Поэтому на будущий год придётся напрячься обоим и пойти вдвоём.

А пока — на перемене договориться о консультации с профессором Верхоленским.

Телефон тем временем тихо тренькнул. Тая глянула — о, это Лилиана. Что пишет?

«Приезжай в субботу ко мне на день рождения. У меня будет возможность открыть портал туда и обратно».

В Паризию на выходные порталом? Сейчас обсудим.

20. Рысь-гений

Макс не ожидал, что ночью вернётся мама.

Нет, не так. Он вообще позабыл о её существовании и о том, что ей случается вернуться из командировки без предупреждения. Потому что или один шаг в портал, или добираться самолётом из какого-нибудь этакого места, откуда просто так не выберешься. А мама обычно ездит по службе как раз в такие места. Даже и рассказать-то может не всегда, где именно была. Ладно хоть, она в последние года три уже консультант, а не боевой командир, и сейчас он немного меньше за неё волнуется. Так-то в горячей точке и по консультанту может прилететь.

Так вот, Макс понял, что эти дни с Тайкой так перевернули всю его жизнь, что он даже и не сообразил, что вообще живёт дома не один. И знать не хотел, что там подумала мама, когда увидела гостиную после того, как они там вчера… бесились и любили друг друга, вот.

Правда, мама поулыбалась и сказала ему, чтобы не парился, а собирался, собирал девушку и бежал бегом на пары. И блинчиков ещё пожарила, пока они спали.

Про оборотничество тоже с ходу ответила. Ладно, фотки он ещё посмотрит — потом. Может, вечером, может, ещё как-то.

И что, теперь квартиру снимать? Как-то неловко приводить девушку домой, когда дома мама. Ладно, об этом он тоже подумает.

Пока же Тайка права — нужно идти к профессору, который по обороту, и спрашивать у него, что и как. Они затормозили перед дверью с золочёной табличкой «Фёдор Терентьевич Верхоленский, профессор». Ни названия кафедры, ничего.

12 13 14 15 Вперед