Салма Кальк – Работа мечты (страница 12)

Марина уже была согласна — потому что устала ходить и в самом деле замёрзла. В отель они отправились на машине — дополнительно посмотреть, что тут ещё есть. А в отеле уже поджидал ужин.

Ужинали вдвоём, и по-прежнему говорили обо всём на свете. Марина и не предполагала, что круг интересов принца настолько широк. В процессе сначала её вызвала Соня, а потом принца — Одетт, и они посмеялись синхронности детей.

— Дети хотели поиграть в Лимее, а мы испортили им планы, — сказал принц.

— Так тоже бывает, — пожала плечами Марина. — Но ничего, они наверстают.

— Обязательно, — улыбнулся он.

А потом, в своём номере, Марина подумала — что это было-то? Но хотелось спать, поэтому долго думать не получилось.

А утром её очень быстро доставили порталом прямо домой.

13

Приближалось Рождество, а это значит — подведение всевозможных итогов и отчёты. Марина уходила на работу, как обычно, а приходила поздно или очень поздно. То и дело появлялось «а вот тут ещё», «совсем немного» и «вот здесь ещё, посмотрите пожалуйста». Конечно, она привычная к авральной работе, но когда декабрь подполз к середине, хотелось взвыть уже и ей.

Детские сборища в Лимее временно приостановились — потому что у всех взрослых конец года. Правда, после одного из затянувшихся совещаний принц попросил Марину задержаться и передал ей красивый конверт.

— Это вам с госпожой Софи, мы будем рады видеть вас на рождественском празднике. Сначала — детская часть, её организует моя дочь Анриетта. Затем взрослая — впрочем, ужин совместный, и я не удивлюсь, если некие юные особы проберутся и в бальную залу тоже, — усмехнулся он.

— И что будет? — заинтересовалась Марина.

— В прошлом году Одетт организовала всех старших детей спрятаться под ёлкой и ждать там большого фейерверка. Они каким-то образом забрались туда — Одетт, Анри, Андреа Флери, Лаура и Лионель. Наверное, отвели глаза всем, кто за ними присматривал, пока взрослые сидели за обеденными столом. Но конечно же, фейерверка не дождались — под ёлкой, думаю, темно и скучно, и иголки колются. А потом какая-то иголка уколола Лауру особенно болезненно, та попыталась выбраться, у неё не получилось, остальные помогли — и в итоге уронили ёлку, а все мы были уверены, что она достаточно устойчива, — рассказал принц с улыбкой.

— И что сталось и с ёлкой, и с юными безобразниками?

— Ёлку подняли и установили обратно на её законное место, и постарались восстановить на ней порядок. Лично я порадовался, что именно эту ёлку Катрин и Агнесс в последние годы наряжают согласно моде — какие-то современные украшения, банты, что-то там ещё, оно не бьётся. Думаю, это оправданно. А ёлка с семейными реликвиями стоит в отдельной гостиной, и дети там одни не остаются. Никому не хочется, чтобы случайно разбили фарфоровые игрушки времён последних настоящих королей Роганов.

Марина усмехнулась про себя — последние настоящие — это восемнадцатый век, что ли, до революции? Ничего так. А принц продолжал:

— Ещё одна такая ёлка, поскромнее, будет стоять в нашем доме на улице Сен-Жан, там мы обычно встречаем Новый год. Тоже детский праздник и потом взрослый. Вы с Софи приглашены. Конечно, если у вас нет других планов.

Марина задумалась — планы были на рождественский вечер, они с Соней всегда ходили в этот день к госпоже Мадлен и господину Эркюлю, собрались и в этот раз. А дальше… пока нет. Так она и сказала.

— И ещё. Я думаю, мир не рухнет и жизнь не остановится, если в ближайшую субботу мы, всё же, не будем доделывать никакие отчёты. Одетт соскучилась по Соне, большого детского развлечения не выйдет, но мы будем рады вас видеть. Частное семейное сборище — должны быть Вьевилли, Риарио и Франсуа с семьёй. На улице Сен-Жан, в четыре часа дня.

Что? В субботу никаких рабочих дел? Отлично, отлично. Марина уже, было, настроилась, что выходной только в воскресенье, и так до Рождества.

— Раз в субботу выходной, то я готова провести его так, как хочется Одетт и Соне. Соня тоже скучает, — на самом деле, Соня уже все уши прожужжала, что так нельзя, что Марина не должна столько работать и что пора сходить в гости к Одетт.

— Вот и славно, ждём вас. А потом останется совсем немного итогов, рождественский праздник для сотрудников компании и — наконец-то отдых.

Марине и в голову бы не пришло, что принц тоже ждёт отдыха. Он казался ей неутомимым и вечно работоспособным, никогда не знающим усталости. Наверное, там какой-то секрет, скрытый от обычных людей, не принцев.

А рождественский праздник для сотрудников всегда был очень весёлым и щедрым. Все получали денежные премии и подарки — вроде лимейского вина, ужин в ресторане на первом этаже всегда обильный и вкусный, а веселились до рассвета. Уж конечно, собрать совсем всех сотрудников — дело невероятное, но на корпоратив офиса собиралось человек пятьсот, что ли. Принц всегда присутствовал, лично награждал и поздравлял с Рождеством и Новым годом, правда, долго не задерживался. Наверное, представлял, что без него сотрудники будут чувствовать себя более свободно. Впрочем, год назад верхушке накрывали в отдельном прилегающем к большому залу кабинете, там просидели до полуночи. И если хотелось — то выходили танцевать и играть в большой зал.

Что ж, череда праздников — это замечательно. Будем ждать и готовиться.

Подарок Соне был запасён уже давно, это планшет, на котором она сможет и рисовать, и смотреть мультики, и фотографировать собаку госпожи Мадлен. В сад не носить, исключено, а в понятные гости пускай берёт с собой. Пойдёт в школу — подумаем о более мобильном устройстве. И конечно же, корзинка её любимого зефира, новые вагоны для поезда и кукла-принцесса в бальном платье. И кажется, госпожа Мадлен с господином Эркюлем тоже озадачились куклами и запчастями для железной дороги, которую можно собирать бесконечно.

А ещё — новое платье на корпоратив, и раз оказалось, что они идут на праздник в Лимей, то новое платье для того праздника. Себе и Соне. И подарки для Николетты и Герды, для госпожи Мадлен и господина Эркюля, и…

Чёрт, раз они идут на торжество в Лимей, там тоже нужно запасти корзину подарков? Хорошо, подумаем.

14

В субботу после очередного вопроса госпожи Мадлен — как, их с Соней снова позвал к себе его высочество? — Марина уже была готова кусаться. Потому что, ну, позвал, дети в самом деле дружат, и толпу детей явно проще принять в особняке принца, чем в Марининой квартире, хоть она у неё и хорошая. Правда, вопрос упал на благодатную почву, обильно унавоженную внезапно пробудившимся интересом сотрудников Марининого отдела — а что это, госпожа Кручинина, шеф уделяет вам столько внимания?

Кажется, это вылезло, во-первых, после того, как они с помянутым шефом задержались в Массилии, а там вот прямо вдвоём вышли из здания местного колледжа на Морской улице и отправились куда-то вдаль, не сказав никому, куда именно. А во-вторых, после того, как принц попросил Марину задержаться и вручил то самое приглашение на рождественский праздник для неё и Сони, они тогда беседовали довольно долго и вне всяких местных регламентов. Кажется, принца кто-то поджидал, и был вынужден ждать до тех пор, пока они обсуждали концепцию праздников для детей и взрослых.

И вообще, те, кто тоже получал приглашения на детские сборища в Лимей, отмечали, что другие люди меняются, а госпожа Кручинина, глава отдела контроля качества продукции — есть там постоянно вместе со своей дочкой. Это ж неспроста!

Конечно, спросить Марину прямо отваживались немногие, а принца, как она полагала, и вовсе не отваживались спрашивать ни о чём. Но если спрашивали, она пожимала плечами и отвечала — программа социализации детей, как в неё попасть — она не знает, это исключительно инициатива его высочества. Правда, давно и хорошо знающие принца люди прямо говорили: вы что, не знаете — вокруг его высочества могут быть только решения его высочества и никак иначе, он сказал — все выполнили. Вот он и… сказал.

Марина задумалась — на самом-то деле, принц всегда сначала спрашивал — согласна ли она на очередное детское мероприятие, или вот остаться ещё на полдня в Массилии. И нет, у неё ни на минуту не возникло ощущения, что её заставляют, используют или что там ещё. Ей просто делали предложения… от которых она не хотела отказываться.

В итоге за три последних перед той субботой рабочих дня она узнала, что ранее принц не занимался никакими детскими активностями, во всяком случае — с привлечением детей сотрудников, что в Лимее если кто и бывал, то по о-о-очень весомым поводам, связанным с работой, конечно же, а в доме на улице Сен-Жан в Паризии не бывал никто, кроме самой верхушки. Кажется. Наверное. И уж точно принц никуда не приглашал никаких женщин, даже тех, что без детей, и то не приглашал! У принца, все это знают, трагическая история, погибшая много лет назад супруга, много взрослых уже детей и работа. И всё.

Марина отлично понимала, что многие дамы из офиса всё бы отдали, чтобы их пригласили в Лимей, некоторые бы даже детей добыли где-нибудь — у кого своих недоставало. Но их отчего-то не приглашали. Поэтому на тех, кого приглашали, смотрели искоса и болтали. Но другое дело, что Марина ещё дома привыкла — о тех, кто на виду, болтают всегда и по любому поводу. И иногда эти поводы просто необходимо давать, пока не выдумали и не понесли. Поэтому… пусть болтают.