Салма Кальк – Прямо в сердце (страница 32)
- Да ничего не будет, только я бы двоих оставшихся тоже прибрала, - пожала плечами Изабель. – Разболтают ведь.
- Надо с умом, - сплюнул Пьеррен, - наверняка они сказались своим, куда поехали.
Впрочем, маркиз распорядился увести двоих оставшихся куда-то – и его некроманты их забрали. Лошадей поймали и поснимали с них всю сбрую – потому что приметная, лошади ж армейские. А покойников маркиз тоже допросил – Изабель смотрела во все глаза, она однажды видела такое, ещё дома, в исполнении отца, но давно. Сама, конечно же, не умела. Но кажется, ничего особо нового маркиз не узнал, и просто велел унести тенями подальше от жилья и закопать хорошенько, чтобы обратно не вылезли.
Изабель смотрела на всё это с сундука – с одной стороны к ней прижалась Черити, а с другой Пьеррен. И тут она вдруг поняла, что не ощущает привычной силы работающего артефакта. Да-да, того домашнего артефакта, что, будучи расположен под крышей, скрывал домик дядюшки Туше.
Она собралась с силами, поднялась, опираясь на плечо Пьеррена, и пошла в дом.
- Миледи, вы куда! – всполошилась Черити, но Изабель не слушала.
Она добрела до лестницы на чердак, поднялась туда, вся перепачкалась в саже, дотянулась до невысокой крыши – и увидела на обгорелой балке маленький корявый кусочек серебра. Взяла его и сжала в кулаке.
И что, настал конец их безопасной жизни?
Изабель спустилась во двор и прислонилась к стене дома. Слёзы сами побежали, потому что… потому что не было сил. Она уже и не помнила, когда плакала в предыдущий раз, давно уже всё решалось без слёз, и она решила, что сильна и могуча, а такие не плачут.
И даже не заметила подошедшего к ней маркиза.
- Согласится ли уважаемая госпожа Рикот побеседовать со мной? – спросил он.
2. Счастливый ли это случай
- Что вам угодно от неумелой девчонки, возомнившей себя магом? – поинтересовалась она недобро.
И как назло, ни платка носового, ничего – только рукавом нос хлюпающий и вытереть. А Черити и Пьеррена как ветром сдуло.
- Вам не место в этой хижине, - отрезал маркиз де Риньи.
- Отчего же? Во-первых, другого дома у меня как-то нет, а во-вторых, я неплохо здесь живу и приношу пользу здешним жителям.
- Ещё бы, - усмехнулся он. – Я так понимаю, вы защищаете окрестности от нежити и как-то хитро скрываете этот дом от поиска.
- Уже не скрываю, - она разжала ладонь и показала сплавившееся кольцо.
- Артефакт Старших? Даже сейчас я ощущаю остаточную силу, думаю, можно восстановить, главное – найти умельца.
- И где ж его найти, здесь сейчас магов днём с огнём не сыскать, - фыркнула она.
- Здесь сейчас, не поверите, пятеро некромантов, - да он усмехается, гад такой! – А найти, конечно же, не здесь, а через вашу родню. Кстати, отчего вы не вернулись домой? Не думаю, что для мага вашей силы это оказалось бы запредельно сложно. Расстояния вы преодолеваете хорошо, судя по вашей здешней деятельности, пролив невелик, справились бы, если бы хотели. Почему же?
- Вас это не касается, - отрезала она.
- Как же не касается, вполне так касается. Раз уж так вышло, что я взял за вас ответственность, выдернул вас из родного дома и так глупо утратил.
- Что упало, говорят, то пропало.
- Несомненно. Но раз уж я вас так неожиданно нашёл, то придётся принимать участие в вашей судьбе, - он вздохнул.
- Не придётся, - покачала она головой. – Вы меня не видели, и всё. Никаких судеб.
- Отчего же? Я даже сейчас не скажу ни слова о неисполненных обещаниях, а я слышал, магам лучше от подобного беречься. Я просто спрошу: хорошо ли вам живётся в этой хижине? Сытно ли вас кормят? Есть ли, где помыться после боя и после пожара? Есть ли у вас тёплые сапоги на зиму?
Изабель была готова укусить его – потому что не в бровь, а в глаз.
Сапоги она носила ещё домашние. Мягкая кожа хорошей выделки облегала ногу, как чулок, подмётки реставрировал дядюшка Туше. Но кожа начала вытираться – когда зимой и летом одним цветом, в одной и той же паре обуви, то самые хорошие сапоги рано или поздно начнут разваливаться, так и происходит. И та самая реставрированная подошва держится на честном слове.
Моется она над ведром, воду греет сама. Или Черити поливает из ковшика. А потом – она льёт воду на Черити. Так и живут, сколько времени уже. Окунуться полностью в последний раз довелось в конце лета, тогда они с Жерменой и Черити ушли далеко и там купались в речке в безлюдном месте. После того – только как кошка лапой, домик мал и перенаселён, купальню здесь не пристроишь.
А обед она сегодня попыталась сберечь для других, потому что её накормили… кажется, не вышло, в животе громко заурчало, но маркиз сделал вид, что не заметил, хотя мог и об этом что-нибудь сказать.
- Как живётся, так и живётся. Я в ответе за этих людей.
- Понимаю вас, вы, как приличный маг, даже в чужой стране нашли себе простецов, взяли их под свою руку и заботитесь о них, - кивнул он. – Но если вы… приведёте себя в должный вид, будете есть досыта, спать в чистой постели и выучитесь владеть своей силой, как положено магу из древнего рода, то возможности ваши тоже вырастут. Вы… полагаю, сможете продолжать защищать этих людей.
- Каким же образом? – поинтересовалась она, просто чтобы не молчать.
- Отыщете другой артефакт, или договоритесь с другим магом, не некромантом, чтобы заколдовал здесь всё, ваша сила не годится.
- Я понимаю, что не годится, потому и пользовалась артефактом.
- Что делал один артефакт, сделает и другой, - пожал он плечами. – В здешних землях маги виртуозно скрыли довольно много мест от нынешней власти, а в некоторых из них после сокрытия даже и живут. Всё решаемо. Просто нужно не сидеть в глуши, а брать и делать.
- Если вы обо мне, то я не сижу в глуши. Мне регулярно приносят заказы на нежить, - хлюпнула она носом.
Выглядело не очень, но капля под тем носом ещё хуже.
- Не поверите, я знаю. Я не знал только, где именно вы скрываетесь, и как вам удаётся делать это столь виртуозно, и сегодня счастливый случай, не иначе, помог разрешить эту загадку.
- Ничего себе счастливый случай!
- Наверное, трое убитых и пожар не слишком похожи на счастливый случай сами по себе, но – я считаю, что мне повезло. Понимаете, магу нужно вырасти и сформироваться, как магу, среди себе подобных. Человечество давно уже придумало способы и формы, а сидеть в глуши, подобно вам – это всё равно что воспитывать человеческое дитя среди зверей. Ребёнок вырастет, научится прямо ходить, но разговаривать будет звериными звуками, его язык не сможет произносить слова человеческой речи. Не научится чтению, письму, счёту, я не говорю о математике или философии. Жить будет, но – в десятую часть от того, как мог бы, вырасти он там, где ему положено.
- Я выросла, где положено.
- И многому ли вас там научили?
Она снова захотела укусить, но взглянула на маркиза – и не увидела в лице его ни тени насмешки.
- Чему смогли… и захотели.
- Вот, захотели. Впрочем, мой сын сказал, что и братья ваши подготовлены не бог весть как хорошо. И что самый одарённый маг из вашей семьи – это вы. Понимаете, так обычно и случается – если рождается женщина с даром некроманта, она получает наибольшую часть семейной силы, никто не знает, отчего так. У моего предка, Жиля де Риньи, который двести лет назад взял в жёны деву с Полуночных островов, первой родилась дочь, некромант. И по его словам, остальные трое детей по силе и мощи ей были не соперники.
- Ваш предок взял в жёны деву с Полуночных островов? - не поняла она.
У них это что, фамильное – искать жён чёрт-те где?
- Да, именно так. Захотите – я расскажу вам эту занимательную историю и дам почитать сохранившиеся записки. Это весьма любопытно, на мой взгляд.
- А… из какого рода была та дева? – это ничего не значит, но всё равно.
- Её звали Кэтрин Торнхилл.
Значит, Торнхиллы, вот так. Изабель не припомнила, чтобы ей рассказывали о Торнхиллах что-то подобное, но ей вообще много о чём не рассказывали, не только о них.
- Господин маркиз, мы всё сделали и готовы отправляться, - к ним подошёл тот самый молодой человек, который привёл Пьеррена за ухо.
И услышав его слова, Изабель поняла, что всё это время говорила с маркизом по-англицийски и даже не заметила этого.
Она стояла, смотрела куда-то в пространство и продолжала сжимать в руке бесформенный комочек серебра с оставшимися кое-где линиями рисунка. И не знала, что ответить маркизу, на каком языке и главное – зачем.
Всё то, что он говорил, звучало разумно. Потому что если она съедет от дядюшки Туше, то освободит две лавки за шторкой, и угол, в котором громоздились её три сундука. И Черити с собой заберёт. Минус два рта. Правда, и денег давать уже не будет, потому что а будут ли у неё самой деньги?
Денежная часть приданого к этому моменту истаяла, как дым под ветром. Оставались украшения, но их продавать или менять Изабель пока была не готова – наверное, ещё настолько не припёрло. Заказы на нежить давали доход, и его хватало, но – на жизнь скромную. Наверное, можно побродить по дорогам и поискать заказы подальше отсюда, но там, наверное, справляются некроманты господина маркиза, и не попадётся ли она властям, как когда-то уже попадалась? Явно же никакой Саваж её больше не спасёт. О нём вообще давно ничего не слышно, а почему сама она не звала его на помощь ни разу – Изабель сказать не могла. Ждала, что он появится чудесным образом, как добрый волшебник из сказки? Да какие там волшебники и какие чудеса!