Салма Кальк – Анжелика и принц (страница 33)

Вообще, детей тут рожали в каких-то немеряных количествах, причём все – и богатые, и бедные, а до взрослого возраста из них доживала хорошо если половина. Этот факт немало озадачил Лику, потому что если от неё ждут, что она родит десять детей, то хрен там! Она сдохнет раньше! И вообще, почему никому не приходит в голову, что если детей вдвое меньше, то ресурсов у семьи на каждого – вдвое больше? И глядишь, не помрут! И ладно всякие принцы – ну там Роганы, Вьевилли и кто ещё у них тут есть, эти прокормят всех, кого родят. А ведь, например, у Шарло, поварёнка, с которым был договор о прямых поставках с кухни вечерних сладостей, восемь братьев и три сестры, и всего двое, он сказал, умерли! Это ж капец как много! Никто из них ни в какой школе не учится, сёстры сидят дома, занимаются вместе с матерью хозяйством и готовятся замуж, если им найдут женихов, потому что их приданое – это то, что они сами сшили, спряли, связали и что ещё бывает, а вовсе не деньги, денег в семье нет. Отец Шарло арендует у Принца землю, и со старшими братьями на ней работает. И в первую голову надо отдать оговорённую часть урожая его высочеству, а господин Греви, управляющий, за этим внимательно и строго смотрит. И уже потом, что останется – пойдёт в семью. И то, часть придётся продать, потому что не всё нужное вырастишь в огороде, и в итоге хватает едва-едва. Отец Шарло был очень рад, когда удалось пристроить его на кухню, брата Жака в кузницу, а сестрёнку Мари – в швейную мастерскую, всё же в замке и накормят, и оденут, и крыша над головой, что тоже важно. И так жили примерно все! Лика чесала репу и понимала, что ей крупно повезло попасть в невесты принцу, а не принцеву арендатору.

Так вот, в королевской семье было ни фига не лучше. Господин Перро рассказал, что его величеству Генриху нашли супругу на юге, в богатой и могущественной Феррайе. Она – из семьи выскочек-купцов, ставших герцогами только в последнем столетии, но с деньгами в той семье всё было отлично, и приданое её величество Екатерина принесла супругу очень неплохое. Правда, этот брак должен был ещё и скрепить союз между государствами – вечный мир и все дела, только вот с этим вышла неувязочка, потому что родина королевы состояла в каком-то там союзе, Лика не запомнила, и должна была вступиться за кого-то там, на кого наехало то самое Франкийское королевство. Политика и дома-то всегда казалась Лике скучной, а тут, с незнакомыми реалиями – и вовсе, но что делать, принцу не нужна тупая необразованная жена. Поэтому – учить.

В общем, с этими южными странами то и дело воевали. И там в одном месте было что-то типа Италии, по виду карты похоже, и всё из кусков – Фаро, Палюда, Моретто, Вичи, Феррайя, Кайна – и это только север, а на юге Ниалла и Монте-Реале. А в другом месте – что-то типа Испании, но уже не из кусков, называлось – Арагония. И в эту самую Арагонию не так давно уехала замуж принцесса Елизавета, сестра нынешнего короля.

А у короля семейка была, что надо. Нынешний Карл был сыном Генриху и внуком Франциску. У него было три сестры и два брата, и ещё сколько-то там братьев и сестёр перемерли. Старший брат, Франциск, как дед, даже пробыл королем пару лет, что ли, и потом только помер. Причём королём он стал лет в тринадцать, что ли, Лика не запомнила. Да какое там королевство, в тринадцать-то лет, там ещё детство в жопе не доиграло! Однако же, он даже жениться успел, на принцессе с севера, из-за пролива, по имени Мари. А когда он отдал концы, то никто здесь эту принцессу кормить не захотел, и её отправили домой. Вот ведь непруха-то!

Лика задумалась – а что будет с ней, если помрёт её Принц? Ей-то возвращаться некуда. Друзей у неё тут не особо, только Жакетка да Орельен, и всё! А если они тут все мрут на ровном месте?

Но пока Принц выглядел здоровым и бодрым, опять же – маг, а в королевской семье с магией странно, там маг только её величество королева-мать, а дети, по ходу, не унаследовали. Маги, говорят, более живучие, так что Лике и в этом повезло.

А королевскую семью будет случай посмотреть уже скоро, в мае, когда они все поедут на свадьбу принцессы Маргариты. Она выходит замуж за короля Генриха, который правит где-то на юге. Ей семнадцать, и она католичка, а ему двадцать один, и он – увы! – еретик. Самый настоящий еретик, и разрешение на брак пришлось получать у папы в Авиньоне.

Тут у Лики в голове щёлкнуло – что-то такое ведь она читала! Про королеву Марго. Только там детали как-то отличались, и почему-то у них папа не в Риме, а в Авиньоне!

Рима у них нет. А в тех краях, где он, судя по карте, мог бы находиться, живут сплошь еретики. Но не такие, как здесь, другие, они верят не в Христа, а в Великое Солнце, и так повелось уже много веков.

И вправду странные какие-то, думала Лика. Какое ещё Великое Солнце?

Господин Перро не ограничивался учебными часами в библиотеке – ему было отдано время до обеда – а в хвост и гриву задавал на дом. Читать, потом пересказывать прочитанное хоть какими своими словами, но желательно, госпожа Анжелика, без «тот дурак», «этот извращенец» и прочих эпитетов, о королевской семье говорите, имейте уважение. Лике было трудно иметь уважение к тем, кого она в глаза не видела, но она старалась.

А ведь ещё были языки, разные иностранные языки. Аналог латыни, на котором молились, и ещё – общались учёные люди всех окрестных государств, даже если они и еретики. Потом ещё языки юга – на которых говорили по берегам Срединного моря. И севера, и чего-то там ещё… Объём необходимых знаний рос, как снежный ком, с каждым днём.

Лика печалилась ровно до тех пор, пока не обсудила свои печали с Туанеттой. Та иногда приходила на занятия и слушала, о чём они там говорят, и тоже участвовала в дискуссиях, и просила книги на почитать. А потом вечером, в комнатах Лики, выдала:

– Вы делаете очень большие успехи, Анжелика, и меня это радует. И я вам скажу, что ваша предшественница и моя родственница не знала и половины того, что уже сейчас знаете вы, потому что была ленива и к знаниям не стремилась совершенно.

– И её всё равно хотели выдать замуж?

– Что ж теперь с ней делать-то? Конечно, замуж, куда её ещё, дочь графа Безье!

Ну, это козырь, конечно. И если Принц рыпнется, то огребёт немедля – пусть вообще радуется, что не получил в жёны Анжелику тупую и ленивую. Тем более, ни разу не мага.

А магия была отдельной статьёй изучения, намного более тяжёлой – но и намного более интересной.

03. Волшебник-недоучка

Первый урок магии провёл с Ликой Орельен. По ходу, он очень стеснялся, а потом и признался, что никогда в жизни ничему такому никого не учил. И вообще – не учил. Она хлопнула его по плечу и сказала – какие твои годы, ещё задолбаешься.

Вообще было совсем просто, но непонятно – сесть удобно, закрыть глаза, положить руки на колени ладонями вверх и слушать себя. Понять то, что нужно себе, и сделать это. Лика никогда не слушала себя, потому что если бы слушала, то не вписалась бы никак и ни во что. Спала бы, когда все учились, читала бы и слушала музыку, когда все спали, ела бы одни фрукты, сладости и ещё бутерброды с колбасой, и иногда выходила бы гулять.

Тут, правда, речь шла не очень об этом, а о том, чтобы найти внутри ту самую силу и научить её приходить по зову. И это оказалось непросто, потому что она не находилась и не приходила никак! Орельен говорил – наверное, ты напряжена. Расслабься. Ну а я что, думала Лика, сижу спокойно, никуда не дёргаюсь, куда ещё расслабиться-то?

Получилось с третьей попытки, она уже почти уснула. И на грани сна почувствовала, как всю её мягко заполнило что-то, какое-то вот прямо тепло. В нём захотелось раствориться, или качаться, как на волнах, довериться, и пусть несёт.

Орельен обрадовался и сообщил, что первый этап пройден, теперь нужно научиться жить с этой силой и в этой силе, и разделять её на разные составляющие, и призывать, и делать так, чтобы не сила была главная, а она, Лика. Иначе жить ей красиво, но недолго.

Оказалось, что для занятий магией в замке есть специальный подвал, его устроил его высочество Франциск – чтобы тренировать там Принца и Орельена. Окон в том подвале не было, а на стены и потолок были наложены огнеупорные и прочие заклятья, чтобы не развалить замок к хренам. Орельен позвал туда Лику, когда пришло время вызывать огонь и пытаться направить его на доброе дело, а не на ближнего своего, как сказал он с хитрой усмешкой.

С огня начали потому, что его было проще всего вызвать и важнее всего приручить. Облить кого-нибудь или ветром с ног сбить – ещё ладно, прокатит, а вот если кому прилетит, как тогда Пирату – то конкретно не поздоровится. Поэтому надо учиться.

Выходило так. Вызвать – не проблема, зато удержать… Малейшая эмоция – хоть радость, хоть злость, хоть досада – и на кончиках пальцев уже теплеет, а то и полыхает. Лика так увлеклась процессом, что не поняла, как оказалась на полу без сил, а Орельен унимал языки пламени вокруг неё.

– Поняла, как может быть? – он подал ей руку, поставил на ноги, взял ладонь, вторую взяла Жакетта, которая сопровождала Лику везде.

– Угу, а чего делать-то?

– Взять себя в руки. Это часть тебя, и только ты должна решать, сколько и чего ты выпустишь в мир. Сколько слов, сколько чувств, и сколько пламени – тоже, – Орельен смотрел сочувственно. – Итак, пробуй. Задача – ровные языки пламени на кончиках пальцев. В течение десяти ударов сердца. Не больше и не меньше.