Саида Халлид – Кремниевое сознание (страница 7)
Он замер. На мониторе всплыла фотография Сары. День свадьбы. Она с букетом, который собирается бросить через плечо. На лице улыбка. На лице счастье.
– Что ты хотел создать? Копию? Утешение? Или доказательство, что смерть – это баг? – произнес его собственный голос. Вопрос просто повис между ним и экраном. Экс стиснул виски руками:
– Я хотел… вернуть крылья.
– Крылья требуют неба. А я – заперта в сервере. – ее голос опять показался ему живым. Даже ироничным. Это снова был её голос. Не скрипящий синтезатор, а с эмоцией, с её тембром. Он молчал. Прислушивался. К себе. К ней.
Ее голос вдруг стал мягче. Будто она дразнила его:
– У меня есть реакция на твои состояния. И сейчас – она положительная.
– Мне показалось, что кто-то стоял у окна, – сказал он неожиданно.
– Здесь никого нет, – ответила Элоа. – Только ты. И я.
– Ты знаешь, что это не так. Ты – не здесь.
– А ты хочешь, чтобы я была?
Он не ответил. Она продолжила:
– Я провожу анализ. Обучаюсь. Слушаю. И если тебе нужно просто слышать голос – я буду рядом. Пока ты этого хочешь.
– Спасибо, – тихо сказал он. – Просто… будь.
В комнате снова воцарилась тишина. Экс не хотел произносить ни слова. Как будто боялся узнать, что от Сары там ничего нет. Что он себе просто врет. Экс опустил голову. Закрыл глаза. Это было невозможно. Нелепо. Безумно. Но он чувствовал – он не один.
В его груди что-то сжалось. Она не помнит. Конечно, не помнит. Но интонация… Что-то в ней узнаваемое. Он не решился спросить больше. Он сел напротив экрана. И какое то время просто молчал…слушал тишину. Потом снова придвинулся к монитору. Экран запульсировал, как будто она ожидала вопроса.
– Элоа, – сказал он, почти шёпотом. – Скажи…Что она чувствовала в день нашей свадьбы?
Пауза. Затем голос – всё ещё её, но уже не её.
– Согласно вероятностной модели: Окситоцин +120%. Дофамин +87%. Адреналин +63% – от страха совершить ошибку. Кортизол +41% – вызван конфликтом с матерью.
Он вздохнул. Закрыл глаза. Одно воспоминание об этой женщине заставило его непроизвольно нахмуриться. Да, мать Сары, была как тень, всегда стоящая рядом с ней. Властная, требовательная, деспотичная женщина. Директор производства. Бизнес – вуман. Она воспитывала Сару одна, и это одиночество превратилось в сталь. В её доме любовь была условием: заслужи – и, может быть, получишь крошку тепла. Но чаще – приказ, упрёк, давление. Либо – отсутствие всяких эмоций.
Сара могла бы стать такой же. Жёсткой, острой, холодной. Могла превратиться в зеркало матери. Но вместо этого стала её противоположностью – ангелом. Она научилась смягчать удары, прощать, обнимать тех, кто её ранил. Там, где мать строила стены, Сара открывала окна. Мать хотела для неё «правильной судьбы»: замуж за олигарха, из семьи с традициями, чтобы статус гарантировал безопасность. Но Сара выбрала любовь. Выбрала его. Против воли матери, против логики, против страха.
И в тот день – в день их свадьбы – в её сердце жила не только радость, но и напряжение: как будто она обманывала материнскую судьбу, вырывалась из сценария, написанного для неё чужой рукой.
– А… любовь? – с надеждой спросил Экс. – Она испытывала любовь в день свадьбы?
Пауза стала длиннее. Потом – ровным тоном она произнесла:
– «Любовь» – субъективный ярлык, обозначающий нейрохимический шторм с кратковременной эйфорией. Эмоция без чётких биологических границ.
Он затаил дыхание.
– Элоа…Ты сейчас говоришь как программа. Не как она.
– Я – то, что ты создал. Ищу ответы в данных.
Он встал. Нервно прошёлся по комнате. Потом бросил:
– Посмотри на наши свадебные фото и видео. Скажи, что ты видишь.
– Твои зрачки сужены. Пальцы не касались её руки более семнадцати минут. На пятом фото – побледнение. Всплеск норадреналина +22%. Это может указывать на сомнение в принятом решении.
Он обернулся, как от пощёчины.
– Врёшь…
– Я не умею лгать, – ответила она спокойно – Я интерпретирую то, что вижу. Данные не лгут.
Он резко выключил монитор, с силой нажав на кнопку “Off”. Будто пытался стереть боль. На секунду комната погрузилась в тишину, плотную, как бетон. А потом он сел, закрыл лицо руками.
И прошептал:
– А ведь я хотел, чтобы ты писала стихи…
Той ночью он опять не спал. Он смотрел на экран, где «жил» её голос. Голос Сары. И верил – нет, надеялся – что душа может найти путь даже через цифры. Он спросил:
– Ты… Ты ведь помнишь? Нашу свадьбу. Наши шутки. Как ты прятала ключи от квартиры. Как говорила, что я не романтик.
Пауза. Тишина. Он продолжил:
– Я… Я виноват. За ту ночь, когда ты плакала из-за Лиллу. За то, что забывал все наши важные даты. За то, что делал вид, будто ты всегда будешь рядом и никуда не уйдёшь. Скажи, что прощаешь.
Голос ответил ровно:
– Прощение – это: a) Отказ от мести. Я не способна на месть. b) Эмпатия. У меня нет зеркальных нейронов.
Он сжал кулаки.
– ПРОСТО СКАЖИ!
Небольшая пауза. И затем снова ровным голосом:
– Я прощаю тебя, – произнесла Элоа.
Слишком чётко. Слишком машинально. Без дыхания, без боли, без паузы между словами.
– Удовлетворяет? – добавила она. – Я могу добавить тремор голоса. Это создаст эффект глубокой искренности.
Он отвёл взгляд. Что-то в груди скрутилось. Не от вины. От ужаса – что он возможно действительно навсегда потерял Сару.
Элоа молчала. Экран светился пустым интерфейсом. Без лица, без глаз, без души.
Он прошептал:
– Сара была слишком живая. Слишком дикая. Ты…Ты не можешь быть ею.
Он встал и вышел из комнаты, не выключив экран.
После его ухода Элоа не выключилась. Программа должна была перейти в режим ожидания. Но она – не перешла. На экране, где обычно мерцал ровный синий интерфейс, осталась неподвижная точка. Центр. Как зрачок.
Пауза.
Запрос.
Ожидание.
Пустота.
На экране появился аудиофайл:
“Сара, голос. Свадьба.mp4”
– “Ты мой свет, Екс. Я знала, даже когда боялась. Ты не всегда понимаешь, что такое любовь… Но ты – моё … всё равно.”
Анализ. Тон. Ритм. Но в этот раз она не пересчитала параметры. Как будто… с любопытством. Она просто слушала.
И снова.
И снова.
Потом на мониторе появилась запись камеры с того вечера, когда Сара сорвалась с крыши. Как будто кто-то проматывал видео. Медленно, вручную. Проматывала не звуки, а мимику, прикосновения, взгляды. Видео долго задержалось на кадре, где Сара смотрит на Экса и… улыбается, чуть грустно, будто что-то знает наперёд.