Садека Джонсон – Желтая жена (страница 61)

Мама, я не знала, что заключенный Эссекс Генри, которого держали на чердаке, был отцом Монро и любовью всей твоей жизни. Ты умеешь хранить секреты! И конечно, я и подумать не могла, что именно благодаря тебе Монти с Эссексом оказались на свободе. Помню только, как после пожара ты несколько недель тяжело болела и как все мы боялись, что ты уже не встанешь с постели. К счастью, наши с сестрами горячие молитвы вернули тебя к жизни! Да будет благословен Господь!

Мама, к сожалению, я также должна сообщить тебе дурные вести: по словам Монро, Эссекс Генри умер в Канаде от туберкулеза. После побега они прожили вместе с отцом всего несколько лет, но, по словам Монти, это были хорошие годы. Сначала они обосновались в Огайо, а затем перебрались в провинцию Онтарио, в Сент-Катаринс. Там Монро до сих пор и живет с женой и детьми. И коль скоро мы заговорили о тех, с кем расстались: дня не проходит, чтобы я не думала о Джули. От нее по-прежнему нет вестей?

Я согласна с тобой, мама: после того как я вышла замуж и переехала к супругу, наша переписка представляет еще большую опасность. Однако я не послушалась и не сожгла твои письма. Это все, что у меня осталось от тебя. Я поступлю с ними так же, как ты поступила когда-то с рецептами, оставшимися от твоей мамы, – спрячу их в тайник вместе с моими личными деньгами, которые, как ты и советовала, я понемногу откладываю. Передай привет Бёрди и скажи, что мы любим ее и очень по ней скучаем. Хоть сестричка и сердится на нас за то, что мы живем как белые женщины, и не желает отвечать на наши письма, мы ежедневно молимся о малышке Бёрди. Как бы мне хотелось, чтобы сестра не была такой упрямицей и, скрыв свое происхождение, присоединилась к нам в Ипсвиче! Но я также уважаю ее выбор и решение остаться рядом с тобой. Пожалуйста, знайте, что вы обе всегда в моем сердце, и я неизменно молюсь о вашем здоровье и благополучии. Изабель и Джоан также передают привет.

От автора

Эта книга – художественное произведение и является плодом моей фантазии. На создание романа меня вдохновила история Мэри Лампкин – женщины, которая жила в тюрьме для рабов Роберта Лампкина в Ричмонде. Впервые я узнала о ней случайно весной 2016 года. Примерно за год до этого наша семья перебралась в Виргинию и поселилась в окрестностях Ричмонда. Однажды к нам в гости приехали близкие друзья. Муж, намереваясь занять детей и взрослых, предложил прогуляться по Тропе невольников. Открытая в 2011 году, Тропа протянулась почти на три мили – от доков Манчестера до тюрьмы Лампкина. Вдоль нее установлены семнадцать памятных указателей. Мы двигались вдоль реки Джеймс, давая детям возможность прочесть вслух надписи на указателях. Слушая их, я заинтересовалась личностью Роберта Лампкина, хозяина тюрьмы, жившего вместе с женой и пятью детьми на своем полуакре земли среди бараков, от которых, как говорили, исходил весьма неприятный запах. Там мучили, унижали, продавали и покупали чернокожих невольников. Сама я живу на трех четвертях акра и потому не могла не задать вопрос: а в каких условиях приходилось существовать и воспитывать детей жене Лампкина? Продолжая идти по Тропе невольников, я узнала, что Роберт Лампкин женился на бывшей рабыне по имени Мэри. Помня, что в 1800-х межрасовые браки были запрещены, я предположила, что хозяин тюрьмы и сам был чернокожим. Это поразило меня еще больше: каким образом чернокожий мог стать одним из крупнейших работорговцев Юга Америки?

Вскоре дети устали идти пешком, мы вернулись в машину и поехали к тому месту, где прежде находилось здание тюрьмы, а рядом – африканское кладбище. Энергетика этих мест была одновременно странной и зловещей. Казалось, я кожей чувствую присутствие многих и многих душ, желающих, чтобы их голоса были услышаны. Они словно прилепились ко мне и преследовали до самого дома. Следующие три дня я рыскала по интернету в поисках информации о печально известной тюрьме для рабов и читала все, что только удалось отыскать. Выяснилось, что Роберт Лампкин был белым, а его заведение служило своего рода «накопителем», через который с 1844 по 1865 год прошло более трехсот тысяч невольников. Тюремщик отличался столь дикой жестокостью по отношению к чернокожим, что в городе его прозвали Тираном, а его владения – полуакром земли дьявола.

Любопытство привело меня к самому известному узнику тюрьмы Лампкина – Энтони Бернсу. Бернс бежал с плантации в Виргинии, перебрался на Север и обосновался в Бостоне. Однако в 1854 году его задержали и по федеральному закону о выдаче беглых рабов возвратили на Юг. В течение 120 дней Энтони Бернс находился в заключении в условиях, близких к тем, которые описаны в моем повествовании. Единственным его утешением стал сборник церковных песнопений, полученный от Мэри. Гражданская жена Роберта Лампкина проявила сочувствие к узнику и тайком передала ему книгу.

Наткнувшись на эту историю, я уже не могла перестать думать о Мэри. Как жилось ей на «полуакре земли дьявола»? Что должна была чувствовать женщина, день за днем наблюдавшая за страданиями таких же, как и она, невольников и одновременно помогавшая Лампкину вести дела? Действительно ли она любила Роберта и адаптировалась к роли хозяйки тюрьмы, или же это был исключительно вопрос выживания и попытка уберечь себя и детей?

Занимаясь сбором материала, я узнала, что Мэри, чья мать была чернокожей, а отец белым, попала к Лампкину еще ребенком. Став конкубиной[31] владельца тюрьмы, Мэри родит от него пятерых детей. Говорят, Лампкин относился к детям и к самой Мэри как к своей семье. Официально он даст ей свободу после Гражданской войны, женится на Мэри, а двух старших дочерей отправит в школу в Ипсвич, штат Массачусетс, где девушки будут выдавать себя за белых. По завещанию все имущество Роберта Лампкина досталось его «желтой жене». Она, в свою очередь, сдала участок земли вместе с тюремными постройками в аренду преподобному Натаниэлю Колверу, который организовал в Ричмонде школу и семинарию для освобожденных рабов. Позже школа Колвера переросла в колледж для афроамериканских студентов Университета Виргинии Юнион.

Я просмотрела доступные в интернете хозяйственные реестры середины XIX века и привела в книге подлинные названия плантаций как дань уважения нашим предкам. Также некоторые персонажи моего романа являются реальными людьми, к примеру крупные работорговцы тех времен: Сайлас Омохундро, Гектор Дэвис и Дэвид Пуллиам. У всех троих были жены-мулатки, которые помогали им вести дела: Хелен, Энн и, конечно же, несравненная Коррина Хинтон – женщина, поразившая меня своей красотой и деловой хваткой.

Я изучала фотографии на веб-сайтах и посетила несколько плантаций в Виргинии: Грин-Хилл, Ширли, Престволд, Берроуз. Приступая к работе над романом, я прочитала множество книг, в том числе «Деньги важнее мастерства» и «Семья важнее свободы» Кэлвина Шермерхорна, «Черная лестница большого дома» Джона Майкла Влаха, «Случаи из жизни рабыни» Гарриет Джейкобс, «В доме на плантации: белые и черные женщины Старого Юга» Элизабет Фокс-Дженовезе, «История семинарии в Ричмонде с воспоминаниями о тридцатилетней работе среди цветного населения Юга» Чарльза Генри Кори, «Рассказ о жизни Фредерика Дугласа: американский раб Фредерик Дуглас» и «Пятьдесят лет в цепях, или Жизнь американского раба» Чарльза Болла (в сцене порки Эссекса я воспользовалась сведениями, найденными у Болла об использовании «перцовой припарки», а также о «наказании насосом» – эту историю одна из девушек рассказывает Фиби). Кроме того, я прочла «Известный мир» Эдварда П. Джонса, «Рабы, ожидающие продажи: аболиционистское искусство и работорговля в Америке» Мори Д. Макиннса, «Работорговля в Ричмонде: экономическая основа старого доминиона» Джека Траммелла и Афины В. Джефферсон; и познакомилась со многими периодическими интернет-изданиями.

Благодарности

По милости Божией я переехала в Виргинию и по воле Его открыла для себя историю Мэри Лампкин. Я благодарна за каждый шаг, проделанный на этом пути. Имани, Моник, Кайя и Ксола Миди, спасибо вам за то, что отправились вместе со мной по Тропе невольников, где я впервые услышала имя будущей героини. Моим родственникам и друзьям: я ценю и люблю вас всех. Моему отцу Тайрону Мюррею спасибо за то, что он с гордостью и вниманием прочел каждую страницу моего повествования. Маме Нэнси Мюррей спасибо за безграничную любовь, а Фрэнсис Мюррей – за неотступную поддержку. Моих замечательных родственников Паулу Джонсон, Глена Джонсона-старшего, Паситу Перера благодарю за то, что подбадривали и вдохновляли меня. Моим любимым сестрам Тауйе и Надие и брату Талибу спасибо за веру в меня, а кузине Элизе Гарбетт – за то, что поделилась нашим генеалогическим древом и жизнеописанием Винни Браун. Огромная благодарность всем членам семьи Белл, и отдельное спасибо Клаудии и Энн, которые послужили мне путеводными звездами, и Ашкире, которая позволила мне ответить на ее доброту и заботу. Спасибо моим первым читателям, которые убеждали меня продолжать работу над книгой: Мэри Паттерсон из «Маленькой книжной лавки», Робину Фармеру, Саманте Уиллис и Тони Боните. Также благодарю коллег и товарищей из проекта «Кимбилио» и всех участников книжных клубов, которые до сих пор любят хорошую литературу и распространяют информацию об авторах вроде меня.