Сабрина Джеффрис – Как стать герцогиней (страница 52)

Теперь пришел черед Шеридана испытывать явный дискомфорт. Он положил сахар в чай и долго размешивал.

– Предполагаю, что он… Может, у Грея возникла какая-то мысль… – Наконец он оставил чашку в покое и объявил: – Если честно, я не представляю. Пойду поговорю со слугами. Может, у кого-то есть какие-то мысли по этому поводу.

И с этими словами Шеридан вылетел из комнаты, пока кто-то его не остановил.

– Странно, – задумчиво произнесла Гвин, глядя на дверь, за которой скрылся ее брат. – Мне кажется, что он знает больше, чем говорит. И я это выясню.

И она тоже вышла из комнаты.

Беатрис чувствовала себя очень неловко и не представляла, что ей делать. Может, тоже сбежать? Но тетя Лидия махнула на один из стульев за столом:

– Позавтракай, моя дорогая. Не уходи пока. Составь мне компанию, если не возражаешь.

Беатрис с трудом сдержала вздох и ответила:

– Конечно, тетя Лидия. С радостью.

Беатрис взяла тарелку и отправилась к буфету, чтобы ее наполнить. Тетя Лидия так и сидела за столом, и Беатрис фактически чувствовала ее взгляд, вонзавшийся ей в спину и прожигавший ее.

«Боже мой!»

– Скажи мне, Беа, и я прошу тебя быть честной со мной: Грей ничего такого не сделал… чтобы принести тебе боль? – спросила тетя Лидия.

«Пока нет».

Беатрис замерла на месте с тарелкой в руке. Затем она заставила себя улыбнуться и повернулась к тете:

– Не говорите глупостей. Все были очень добры ко мне, включая вашего сына.

Казалось, что тетя Лидия приняла этот ответ за чистую монету.

– Ну, он не был очень добр к своей матери, черт бы его побрал. И если честно, я не могу поверить, что он женится на Ванессе. Я хочу сказать, что она ему всегда скорее была сестрой, чем кузиной. А на сестрах не женятся.

Сестрой? От этого слова у Беатрис тут же улучшилось настроение.

– Я беспокоюсь, что он разобьет ей сердце, – продолжала тетя Лидия. – Он так… закрыт для любви, он боится кому-либо доверять.

Даже Беатрис заметила это.

– Это может… объяснить помолвку, – сказала она. – Кузина, которую он воспринимает как сестру, – это безопасный и разумный выбор. Ему не потребуется раскрывать ей свое сердце. – Произнеся эту фразу, Беатрис поняла, что сказала разумную вещь. Так и есть! – Вероятно, Грей очень сблизился с семьей, когда жил вместе с Прайдами.

– Сомневаюсь, – заявила тетя Лидия, невидящими глазами глядя из окна на лужайку. – Я практически уверена, что он был несчастлив, когда жил с ними.

Беатрис об этом догадалась, но теперь она услышала это из уст матери Грея, и прозвучали эти слова так, что она почувствовала, как боль стрелой пронзает ее сердце.

– Откуда вы знаете? – Беатрис подошла к тете Лидии и села рядом с ней, поставив тарелку на стол. Но еда ее сейчас не интересовала. – Он вам говорил об этом?

– Ему не нужно было мне ничего говорить. После нашего возвращения он очень странно вел себя со мной. То он добрый и ласковый, а в следующую минуту уже меня избегает. А судя по тому, что мне рассказывал Торн, боюсь, что Юстас… плохо к нему относился.

– Что вам рассказывал Торн?

– Грей покинул дом Прайдов, как только ему исполнился двадцать один год, и никогда больше там не был. Конечно, он не мог избежать встреч с тетей и дядей на светских мероприятиях, но Торн говорил, что он даже там практически не разговаривал с ними.

– Насколько я поняла, он помогал представить Ванессу высшему обществу.

– Это да. Он устроил бал в своем городском доме, чтобы это сделать, понимая, что если за ее спиной стоит герцог, то это поможет ей вращаться в высших кругах. Торн присутствовал на том балу. По его словам, Грей почти не разговаривал с ее родителями, а как только бал закончился, он объявил, что наконец избавился от них. Конечно, теперь, после смерти дяди, Грею приходится иметь дело только с одной тетей.

Беатрис уставилась в свою тарелку.

– А Торн, случайно, не знает, в чем именно заключалось плохое отношение?

– Торн никогда не говорил прямо, что к Грею плохо относились, только что он это подозревал. А сам Грей никогда ничего не говорил мне. Я думаю, что он не хочет посвящать меня в детали.

– Наверное, это разумно. Вы так не считаете? – Беатрис взяла руку тети Лидии в свою: – Наверное, вы и не хотите это знать.

– Предполагаю, что да. Но меня беспокоит… – Тетя Лидия сжала руку Беатрис, потом отпустила. – Мне на самом деле очень не хотелось его отпускать, но в том дурацком завещании говорилось, что я обязана это сделать. Мы даже хотели его оспорить, признать завещание недействительным. Но когда Юстас приехал за Греем, он казался таким понимающим. И Морис сказал, что Грею пойдет только на пользу, если он научится вести себя так, как подобает герцогу. Кроме того, Грей сам хотел ехать в Англию. И я думала, что так будет лучше для него.

На лице тети Лидии была написана боль. Она отпила чаю и продолжала говорить:

– Я чуть не умерла, позволив ему уехать. Я не знала, когда мы снова его увидим. Я и подумать не могла, что пройдет столько лет! Войны, карьера моего мужа, дети… Однажды Торн мне сказал, что, достигнув совершеннолетия, Грей отказывался оставлять свою недвижимость, опасаясь, что в его отсутствие дядя попытается занять его место и управлять его поместьями. Торн говорил, что Грей не чувствовал себя спокойно, пока Юстас не умер несколько лет назад.

Беатрис вздохнула. После разговора с тетей Лидией осталось больше вопросов, чем она получила ответов.

– Значит, сам Грей никогда вам ничего об этом не рассказывал?

Плечи тети Лидии опустились:

– Он никогда не говорит мне ничего важного.

Беатрис он тоже никогда не говорил ничего важного. Он уходил от ответов, намекал на воспоминания. Это раздражало ее и приводило в отчаяние.

Сможет ли она счастливо жить с человеком, который не показывает свои истинные чувства, то, что скрывается у него в душе? С человеком, который никогда не сможет сказать, что любит ее, и не рассказывает о своем прошлом?

К сожалению, она не знала. А если не сможет? Что с ней станется?

Может, стоит выяснить прямо сейчас?

– Тетя Лидия, я слышала слухи, что семья может продать дом, предназначенный для вдовствующей герцогини. Это правда?

Тетя нахмурилась:

– Шеридан думал об этом. Да. Он не является частью заповедного имения, поэтому мы можем его продать, и это даст нам дополнительные и так необходимые средства. – Тетя Лидия взяла Беатрис за руку: – Но если это и случится, то у вас с Джошуа всегда будет место в этом доме.

Облегчение Беатрис после того, как она это услышала, омрачалось только ее беспокойством за Джошуа. Ведь ее брат никогда не примет такую благотворительную помощь, такую милость от богатых родственников. Так что если предложение руки и сердца Греем не было настоящим…

Ее собственная жизнь и жизнь Джошуа обещают стать еще более сложными.

Глава 22

Поскольку Грей приказал своему кучеру лететь как ветер и тот в точности выполнил приказ, они добрались до города до закрытия офиса «Таймс». Слава богу! Пока карета, покачиваясь, продвигалась по изрытым глубокими колеями дорогам, ведущим в Лондон, Грей придумал план спасения репутации Ванессы, который, по его мнению, должен был сработать, если, конечно, на его предложение согласятся в «Таймс».

К счастью, Грея сразу же проводили к главному редактору. В конце концов, то, что он был герцогом, давало какие-то преимущества, хотя Беатрис и ее брат этого не понимали. Грей несколько раз пригрозил главному редактору, потом предложил много денег, и в результате тот пошел ему навстречу.

Затем Грей направился в дом своей тети в Лондоне, чтобы застать эту львицу в ее логове. Когда его карета остановилась перед домом тети, у Грея все скрутило внутри. Он не был здесь со дня своего совершеннолетия, когда бежал отсюда, и с этим домом у него были связаны болезненные воспоминания.

Но он делал то, что собирался, ради Беатрис и Ванессы. Только одна эта мысль помогла ему вылезти из кареты и подняться по ступеням. По крайней мере, ему больше не потребуется сюда возвращаться, пока тетя Кора не окажется в могиле вместе со своим проклятым супругом.

Когда Грей зашел, дворецкий попытался убедить его, что его хозяйка никого не принимает. Ее нет для посетителей!

– Я ее племянник, герцог Грейкурт, – представился Грей очень властным тоном. – А когда твоя хозяйка умрет, этот дом перейдет ко мне. Так что если не хочешь вызвать мой гнев…

Дворецкий поспешил объявить о его приезде.

До того как появилась тетя Кора, Ванесса выскользнула из комнаты с роялем, где музицировала, чтобы успеть перекинуться с Греем парой слов.

– Ты должен что-то сделать! Прости меня, но мы с тобой не можем пожениться!

– Согласен. – Он почесал ее под подбородком, как котенка. – Но я уже обо всем позаботился. Не беспокойся – разберемся.

– Как? Мама уже поместила это объявление в газету, не сказав мне ни слова, а это означает…

Их перебил голос, который Грей надеялся никогда больше в жизни не слышать:

– Я вижу, что ты приехал навестить свою невесту.

Его тетя спускалась по изогнутой лестнице в элегантном вечернем платье и при этом улыбалась как кошка, наевшаяся сметаны.

– Мама! – закричала Ванесса. – Как ты могла так поступить с нами? Если Грей на мне не женится, то мы все опозоримся! Это же будет унизительно, и я никогда не смогу найти себе мужа!