Сабина Шпильрейн – Опасный метод лечения шизофрении (страница 26)
Этот случай очень хорошо демонстрирует развитие научного интереса из-за сексуального любопытства. Прежде всего каждый индивидуум интересуется своей собственной личностью и лишь потом – объектами, которые соприкасаются с ним. Могло ли появление нового члена семьи послужить для ребенка причиной вопроса о небытии и возникновении человека. Откуда и как? Каким образом нас «создали» – братика, меня, папу, маму, бога? Где начало и конец? От области недоступного вопросы движутся к области доступного, что можно «создать» самостоятельно: каким образом создают всевозможные предметы, такие как оливки, мыло и т. п.? Ребенок сильно удивляется тому, что оливки «растут», внимательно наблюдает за развитием из семян молодых растений, а также с большим интересом следит за развитием молодых животных. Особенное впечатление производит произошедшее с опущенным в раствор соли свинца цинковым стержнем, который превращается в «настоящее» дерево. Итак, «жизнь» можно создать искусственным путем! С этого момента начинается страстное воодушевление химией, а именно, как у народа в целом, сначала в более примитивной форме алхимии: все же должна была существовать сверхъестественная сила, которая дала возможность произойти, случиться великому чуду на моих глазах. В университете я страстно увлекалась лекциями по органической химии; при этом каждый раз происходило так, как будто я знала все это уже давным-давно. Если обратиться к сознанию, то мы узнаем, что это не случайно: в нашей гимназии для девочек весь учебный материал по химии едва ли охватывал пару страниц в маленькой книжечке. Это были все мои знания по этому предмету, потому что обучение в гимназии предназначалось скорее для того, чтобы притупить все интересы, чем развить их. Странное ошибочное воспоминание объяснило мне, что в бессознательном мы наследуем мудрость наших предков; проявляется ли она в форме представлений, силуэтов, которыми «должна быть пропитана кровь», чтобы вступить в сознание живой, или в форме соответствующих напряжений энергии, которые позволяют нам отыскать аналогичные переживания – это уже второстепенная задача; важным же является, то, что мы переживаем или узнаем лишь аналогии209, которые мы действительно воспринимаем как таковые.
2. Анализ мальчика
Однажды мы были в обществе и беседовали о том, что нервные состояния страха можно устранить в результате выяснения причин их возникновения. Естественно, о сексуальности ничего не упоминалось. Вскоре после этого 13-летний смышленый мальчик Отто отзывает меня в сторону и спрашивает, что это значит: в детстве он всегда боялся, что кто-нибудь нападет на него сзади с ножом или револьвером. Я не хотела останавливаться на этом подробно и высказывалась полушутя, что, вероятно, он совершил что-то запретное. Сам Отто не отступает и рассказывает мне, что, когда ему было два года (смещение!), ему часто снилось, что сзади на него нападает пожилая женщина. В ужасе он бежит к маме, которая отгоняет женщину. Тогда я спрашиваю его, кого ему напоминает женщина, которую он постоянно видит во сне. Сразу же ему в голову приходит страшная торговка углем. Кухарка смеялась, что торговка углем хотела поцеловать мальчика; он много раз видел во сне, как торговка направлялась в его сторону, он хотел закричать и не мог, хотел убежать, а ноги не слушались его.
Отто также не знал точно, почему он, собственно, боялся этой женщины, она могла бы причинить ему что-то, прежде всего, – она хотела вырвать его у матери, к которой убегает мальчик. То, что бросилось Отто в глаза без какой-либо моей помощи: торговка углем старая, страшная, и из-за нее надо мной смеялись, – она хотела поцеловать меня. Это все ассоциации, относящиеся к кругу эротических представлений. В бессознательном взрослых людей мы ожидаем увидеть здесь представления, которые связаны со строением человеческого тела, мужского и женского. До настоящего момента я не объяснила мальчику значение его страха и была сильно удивлена, когда он сам, согласно упомянутому воспоминанию, рассказал сновидение, в котором анатомическое строение играет определенную роль. Очевидно, что в случае с торговкой углем его фантазия также была занята анатомией, иначе этот сон не бросился бы ему в глаза. Сновидение: Отто находится перед анатомическим строением на Варингештрассе210, несколько ступеней (в действительности три) ведут наверх, перед входом находится решетка. Он видит страшную женщину и не может уйти, потому что в этом ему препятствует решетка.
Сновидение сразу понятно психоаналитику. Неспециалист мог бы представить себе особенную связь мыслей: «кто-то» хотел напасть на меня, заколоть. Это торговка углем, говорят, она хотела поцеловать меня, эта старая, страшная женщина. Первое сновидение: я убегаю от этой ужасной женщины к (красивой) маме. Второе сновидение: я хочу убежать от этой страшной женщины в анатомическое строение, но оно закрыто (для меня).
Если мы объективно изучим эти два сновидения, то мы увидим, что начало каждого из них одинаково: я убегаю от этой страшной женщины. В первом сновидении мальчику удается скрыться, во втором – нет; первое сновидение реально, мальчик убегает к матери, что, вероятно, раньше происходило часто; во втором сновидении местом укрытия служит не мать, а строение, в которое он, естественно, не вбегает. Здесь мы имеем дело с чистой фантазией и в соответствии с ней предполагаем, как узнаем из сновидений взрослых людей, что второе сновидение обрабатывает ту же тему (здесь – укрытие у матери), выражает лишь символично, как в большинстве случаев, тесное сексуальное желание. Как уже упоминалось, мы ожидали встретить ассоциацию «строение тела» с эротическими представлениями в сознании или бессознательном. Вместо этого Отто приводит нас в анатомическое строение. Думается, что выражение бабенка = женщина содержится даже в языке правозащитников, у взрослых людей присутствует выражение «строение» как символ женщины, также и Шернер211, который совсем не был аналитиком, указывает, что в сновидениях мы представляем собственное тело в форме строения. Одному профессору оперировали череп, когда ему разрезали череп, он закричал «Входите!». Очевидно, представление черепа превратилось у него в представление комнаты. Также и у Отто строение используется для обозначения человеческого тела. Прежде всего, слово «анатомия», наука, занимающаяся изучением человеческого тела, выдает нам ожидаемое телесное представление. Вместо того, чтобы укрыться «у матери», как в первом сновидении, во втором Отто бежит в тело, но это запрещено для него: символично то, что решетка преграждает ему вход. Естественно, я ничего не объясняю мальчику. На следующий день он снова рассказывает мне сновидение, которое, должно быть, происходит из того же времени. Содержание сновидения следующее: Отто входит в комнату212 (я прилагаю план),
спиной к двери сидит его гувернантка. Он идет к окну, берет без спроса украшение, но теряет одну жемчужину. В другую дверь врывается женщина, он хочет убежать, но дверь заперта. Женщина бросается на него и, цитируя слова Отто, «превращает меня в клубок». На этом месте он просыпается. Особенно страшным для него был ее раскрытый рот с большими зубами. С этими словами Отто идет к фортепиано. «Меня всегда преследует одна мелодия», – говорит он, и играет эту мелодию. Это хор из «Волшебной флейты» Моцарта. Я спрашиваю его, что он помнит. Это хор Ирису и Осирису. Здесь священники с длинными флейтами. Кто-то хотел жениться.
Сновидение сообщает, что я совершил что-то запретное. Было ли это на самом деле, или это была фантазия, остается неизвестным и неважным для нас: в психической жизни существуют лишь продукты нашей души, – Отто крадет запретное украшение, как однажды Адам и Ева украли запретный плод. Сексуальное толкование этого воровства, кроме того, подкрепляется посредством аналогичной символики у взрослых и последующими ассоциациями у самого Отто. Отто получает заслуженное наказание, при этом он особенно сильно боится большого рта женщины и ее зубов. Очевидно, что женщина является для него воплощением дьявола, который забирает его, потому что сразу же следуют упомянутые религиозные ассоциации.
Фрагмент из «Волшебной флейты», который Отто упоминает по ассоциации со своим сновидением, звучит следующим образом.
О, Ирис и Осирис, какое счастье!
Темная ночь прогоняет солнце.
Скоро благородный юноша почувствует новую жизнь;
Скоро он предастся служению нам.
Его дух храбр, его дух чист,
Скоро он будет достоин нас.
Сцена 22.
Те же. Тамино с правой стороны от Зарастро.
Принц! До сих пор ты был мужественным и невозмутимым, теперь тебе нужно преодолеть еще два опасных пути. Если твое сердце бьется так же горячо для Памины, и ты желаешь когда-нибудь править как мудрый государь, то боги будут сопровождать тебя и дальше. Дай твою руку! (Он подмигивает в левую сторону.) Внесите Памину!213
Этот фрагмент достаточно четко показывает, что сновидение побудило Отто к представлениям молодого человека, как Тамино, который смог мужественно выстоять, преодолев многочисленные порывы к искушению, и теперь достоин невесты. «Его бог214 храбр, его бог чист, скоро он будет нас достоин». Сновидение свидетельствует о противоположности самосознания, поэтому мы должны предположить, что Отто ведет себя как противоположность Тамино: его сердце трусливо (он постоянно прячется), потому что он всегда делает что-то грязное, и, в отличие от Тамино, которого принимают боги, Отто забирает дьявол. Естественно, дьявол забирает грешников; Отто и есть этот самый грешник, потому что он крадет, и, что бросается в глаза, крадет женскую вещь, украшение, что укрепляет нас в мысли о «грехе» в сексуальном смысле.